Тень чупакабры

1. Тревожно

Новиков стоял в коридоре у окна и рассматривал яблони, посаженные вдоль стен главного корпуса НИИ, на втором этаже которого разместился Первый отдел. Раскидистые ветви уже покрылись бутонами, скоро цветки распустятся бело-розовой пеной.

На улице готовится пышно расцвести весна, а вот в коридорах Первого отдела душновато и пыльно. Воздух какой-то спёртый, хочется вдохнуть поглубже, да нельзя.

– Вы к кому? – произнёс за спиной сухой женский голос.

– К товарищу Зыковой, – обернулся Новиков.

– А, новоприбывший. Проходите. – Женщина с желтоватым лицом и короткой стрижкой открыла дверь и размашисто повела рукой, приглашая Новикова войти.

– Только после вас, – улыбнулся Новиков. Женщина всегда остаётся женщиной. Даже если она начальница Первого отдела и выглядит не лучше сушёной воблы.

Зыкова в ответ на любезность лишь пожала плечами и первой прошла в кабинет.

– Напомните, как вас зовут? – Зыкова достала из огромного серого сейфа несколько папок и кивнула Новикову на стул. В простенке между окнами висела большая акварельная картина с вечерним Ленинградом после дождя и чёрным силуэтом Медного всадника.

– Капитан Новиков Сергей Петрович, – произнёс новоприбывший, усаживаясь.

В дверь постучали.

– Да! – крикнула Зыкова запирая сейф. – Как некстати секретарши уходят в декрет, – пробормотала вполголоса, и, подойдя к столу, с сожалением потёрла подбородок.

– День добрый. – В кабинет вошёл грузный усатый мужчина в военной форме. Увидев Новикова, приветственно кивнул. – А, прибыли уже. Хорошо, очень хорошо. Позвольте представиться, я – полковник Чумазин, начальник режима.

Новиков пожал крепкую протянутую руку. Глава Первого отдела НИИ, а теперь ещё и начальник режима. И все по его душу. Тревожно.

– Вам уже рассказали? – коротко спросила Зыкова, стукнув ладонью по стопке папок, отчего в воздухе закружилось лёгкое облачко пыли.

– В общих чертах, – уклончиво ответил Новиков. По правде, он всего-то только и знал, что его первое на новом месте дело лежит у Зыковой. Ясно, какую именно контору она на самом деле представляет.

– Вот. Ваше дело. – Зыкова мягко положила ладонь на верхнюю папку. – Суть в том, что за последнюю неделю у Мазыйской слободы погибли две девушки.

– Мазыйская слобода – это район Добромыслова, – быстро проговорил Чумазин. – Глухомань на самой окраине, там всего-то одна улица – Божедомка, и та заканчивается непролазным лесом. – И он бросил взгляд на Зыкову, вроде как спрашивая, не сердится ли она за перебивание.

– Да. – Зыкова вроде не рассердилась. – Туда идёт трамвайная линия, правда, только до крайних домов. Ещё можно пройти через городской парк. Собственно, там этих девиц и нашли.

Зыкова глянула на Новикова, молча спрашивая, всё ли понятно. Он коротко кивнул.

– Но есть проблема. – Зыкова поставила локти на стол и подалась вперёд. – Дело в том, что… как бы это объяснить… – Она глянула на Чумазина.

– Они убиты, – тихо проговорил полковник. – Но вопрос в том, кто это сделал.

– Это всегда вопрос, – медленно произнёс Новиков, переводя взгляд с одного начальника на другого.

– Тут всё сложнее. Есть мнение, что это сделал не человек. – Зыкова сжала кулак и положила на папку.

– Зверь? – спросил Новиков, переставая понимать, что происходит. Такая секретность, важные чины. И всё из-за нападения животного.

– Неизвестный зверь, – почти шёпотом произнёс полковник. – Есть мнение, что это дело рук… хм… скорее, клыков и когтей чупакабры.

– Кого? – не понял Новиков.

– У этих мазычей, которые живут в Слободе, ходят слухи, что на людей якобы нападает чупакабра. – Зыкова постукивала пальцами по стопе папок. – То ли существо из сказок, то ли какой-то мутант. Проблема в том…

– Проблема в том, – подхватил полковник, – что эти слухи могут расползтись по всему городу. Или дальше. А нам это ни к чему. Закрытый город, режимные объекты, сами понимаете.

Ясно, – понял Новиков. Боятся лишиться погон.

– Ваш приезд оказался кстати. – Зыкова достала папиросу. Новиков быстро предложил ей зажигалку, которую всегда носил в кармане как раз для таких случаев, хотя сам не курил. Зыкова благодарно кивнула, закурила и продолжила: – В общем, план такой. Мы вас временно, подчёркиваю – вре-мен-но – поселим в Слободе. Вы там осмотритесь свежим взглядом, вникните в суть.

– Если люди там живут замкнуто…

– Нет, – Зыкова выпустила струю дыма. – Это раньше они там жили обособленно, ещё до Революции. Дома́ построил Сергомасов. Тот самый, первый хозяин завода. Строил для рабочих и инженеров. Своих, конечно. Он же сам из мазычей.

– Что это за народность? – спросил Новиков.

– Дальние родственники мордвы и марийцев. Их в Горьковской области полно́. – Зыкова снова выпустила дым, скривив рот. – Этот Сергомасов был купцом-миллионером. Строил Слободу именно там, потому что лес, который рядом, считался у мазычей священным. Там ещё раньше было их кладбище.

– А теперь?