Тень для княжны

Тень для княжны

Глава 1. Не прячься

Екатеринбург. Офис «Атлантис Групп».

Серое небо давило на шпили небоскрёба «Исеть». Внутри, на двадцать третьем этаже, пахло кожей, кофе и застарелым страхом.

Арсений Князев стоял у панорамного окна. Сорок два года, идеальная осанка, дорогой пиджак сидел как влитой. Но в руке дрожал лист бумаги.

— Ты хоть понимаешь, что это значит, Кир? — спросил он, не оборачиваясь.

Кирилл, начальник службы безопасности, помял ухо:

— Арсений, мы прочесали всё. Системы в доме лучшие. Твоя квартира — крепость.

— Моя квартира, — Князев резко развернулся, — только что получила это.

Он бросил лист на стол. На обычной офисной бумаге было напечатано одно слово:

«Не прячься».

Тишину разорвал сигнал с улицы.

— Внедорожник, на котором возят Ари в университет? — голос Князева стал тихим, опасным. — Нашли с пробитым блоком. А полчаса назад моя дочь прислала мне эмодзи с призраком. Она смеётся. А я — нет.

— Нам нужен человек со стороны, — Кирилл сглотнул. — Не сетевой. Которого не знают в городе. Я нашёл одного… специфического кандидата.

— Мне плевать. Пусть хоть с хвостом. Но Ари ничего не должна знать. — Князев потёр переносицу. — Она не простит мне телохранителя. Скажешь, новый водитель. Или помощник по учёбе.

— Этого… водителя она точно не полюбит.

— Я заплачу ему столько, что он выдержит любую её истерику. — Арсений посмотрел на часы. — Когда встреча?

— Через час. В «Старом Тбилиси». Его зовут Никита.

— Имя будет важно, если он переживёт первую неделю.

ЖК «Президент». Пентхаус Князевых. Утро.

Двадцать второй этаж. За окнами — серое небо, снежные заряды, далёкие крыши. Внутри — тишина, прерываемая редкими шагами прислуги. Квартира Князевых занимала половину этажа: просторная, со вкусом отделанная, но без той помпезной роскоши, которая кричит о богатстве. Дорогая мебель, старинный рояль в гостиной, книжные стеллажи от пола до потолка.

Но комната Ари была другим миром.

Она стояла перед зеркалом на высоких ножках, прислонившись к косяку, и рассматривала себя. Чёрные стены — она перекрасила их сама два года назад, несмотря на слабые протесты отца. На одной — огромный постер Виктора Цоя, на другой — «Сплин», на третьей — чёрно-белое фото Парижа, где она никогда не была, но куда обязательно поедет. Гитара с порванной струной валялась в углу. На полу — ковёр тёмно-бордового цвета, такой мягкий, что хотелось лечь и не вставать. На подоконнике — чахлый кактус, который она поливала, когда вспоминала, и стопка непрочитанных книг по культурологии.

Ари подошла ближе к зеркалу. Провела пальцами по щеке — бледная, под глазами синева, вчера почти не спала. Длинные тёмно-русые волосы, небрежно собранные в узел на затылке, выбивались прядями. Она распустила их — тяжёлой волной они упали на плечи, коснулись лопаток. Стройная фигура, которую она прятала в мешковатых джинсах и толстовках, сегодня была упакована в обычный универский лук: чёрные джинсы, серая худи с капюшоном, кеды.

— Красивая, — сказала она своему отражению без улыбки. — А толку? Папа всё равно видит во мне ребёнка, которого надо пасти.

Она взяла со столика тёмно-вишнёвую помаду, провела по губам — машинально, без особой цели. Просто любила этот цвет. Он делал её старше, серьёзнее, что ли.

Из коридора донёсся голос отца:

— Ари, через час у тебя лекция. Ты не опаздываешь?

— Иду, папуль, — крикнула она, не оборачиваясь. — Ты сегодня сам меня везёшь? Давно не катались вместе.

Отец появился в дверях. Уже в костюме, при галстуке, с планшетом в руке. Выглядел уставшим — под глазами залегли тени, воротник рубашки чуть мятый. Сорок два года, а кажется на все пятьдесят в последнее время.

— Нет. У тебя новый водитель. Крутой.

— Крутой? — Ари повернулась к нему, скрестив руки на груди. — Пап, что значит «крутой»? Ты опять нанял очередного бывшего военного, который будет смотреть на меня как на потенциальную угрозу?

— Не преувеличивай. — Арсений прошёл в комнату, сел на край её кровати. — Его зовут Никита. Он будет возить тебя, помогать с учёбой, следить за порядком.

— Следить за порядком? — она усмехнулась. — То есть шпионить за мной? Папа, мне двадцать лет! Я не школьница.

— Я знаю. — Он посмотрел на неё серьёзно, без привычной мягкости. — И именно поэтому я хочу, чтобы ты была в безопасности. Не спорь, пожалуйста.

Ари отвернулась к окну. Она чувствовала — он что-то не договаривает. В последнее время отец стал другим: постоянно на телефоне, взгляд бегает, какие-то странные люди звонят даже ночью. Но спрашивать бесполезно — всё равно не скажет.

— Ладно, — бросила она, не оборачиваясь. — Пусть будет водитель. Но если он начнёт меня учить жизни — я выкину его из машины на ходу.

Арсений усмехнулся — первый раз за день.

— Договорились. Только сначала дай ему шанс. Он… необычный.

— Все они необычные, пока не начнут читать нотации.

Она взяла рюкзак — потрёпанный, чёрный, нашпигованный конспектами, парой книг по эстетике и пачкой «Парламента». Отец заметил сигареты, но промолчал. Выбрал битву.

— Посмотрим, какой он, — шепнула Ари себе под нос, выходя в коридор.

Отец остановил её у двери, положил руку на плечо.

— Ари… — начал он, но запнулся.

— Что, пап?

— Ничего. Просто… будь осторожна. И если что — слушайся Никиту.

Она хотела съязвить, но что-то в его голосе заставило её промолчать. Кивнула и вышла в лифт.

На кнопке первого этажа её пальцы задержались на секунду дольше, чем обычно. Внутри шевельнулось смутное беспокойство — не страх, а предчувствие. Будто за этой дверью её ждало что-то, что изменит всё.

— Глупости, — сказала она себе, когда двери открылись. — Просто ещё один охранник. Ничего нового.