Тень гигантской кошки

.19. К чему привел урок полетов на метлах

Первокурсникам Пушок тоже понравился. За исключением Гермионы и Джастина. Будучи магглорожденными, с пелёнок знавшие легенды древней Греции, они имели несколько предвзятое отношение к трехголовой собаке. Но, понаблюдав, как к церберу тянутся другие дети и как радостно их привечает чудовищный пёс, переменили свои взгляды. Да и как иначе? Ведь Пушок был таким ласковым, таким дружелюбным, а с какой аккуратностью он держал себя с людьми! С такой предусмотрительностью и предупредительностью, что Гермиона с Джастином были вынуждены признать: ни один ребёнок не пострадает при общении с ручным цербером.

Так что два выходных дня прошли на самом высшем уровне в компании с трехголовым пёсиком. Обязанности сторожа на эти дни взяли на себя Филч и Миссис Норрис, вместо цербера следя за тем, чтобы никто посторонний не проник в запретный коридор. Надо сказать, со своей добровольной миссией они прекрасно справились: никто так и не посягнул на охраняемый объект.

В понедельник Пушок заступил на пост, дети засели за уроки, и старина Филч занялся своими обычными делами: патрулированием школьных коридоров, ловлей нарушителей и любимыми склочками со старшекурсниками.

Вторника дети ждали с нетерпением, ведь, как сообщала доска объявлений, в этот день должен был пройти урок полетов на метле. Для Гарри и Гермионы с Джастином этот предмет стал диковинкой, им сразу вспомнились читанные и слышанные там-сям фразы, связанные с полетами ведьм на шабаш.

— Полеты на метлах?! Что, прямо так и полеты? — поразился Гарри.

— А раздеваться не надо? — занервничала Гермиона. — А то я слышала, что ведьмы летают нагишом верхом на козлах…

— А я слышал, как одна ведьма заколдовала монаха, оседлала и на нём полетела на сходку, — вспомнил Джастин. — Монах летел и жутко сквернословил, страдая страхом высоты и попранием целомудрия, сотворенным голой тёткой.

— О, Боже, неужели я та самая ведьма?! — закручинилась Гермиона, когда до неё дошла колдовская подоплека её дара. — Я выучусь на ведьму и стану летать на шабаши в ночь Белтейна? Вот ужас-то…

Стоявшие вокруг студенты, заслышав рассуждения магглорожденных детей у стенда, громко и от души захохотали. Оторжавшись, Перси весело проговорил:

— Вот за что мой отец любит магглов, они такие смешные и наивные. Подумать только: нагишом на шабаш! Девочка, — обратился он к Гермионе. — Полеты в стиле ню давно упразднены, сейчас так никто не делает, это практиковалось в глубокой древности, в раннем средневековье, если точнее. И шабаши ведьм давным-давно устарели, разве что поклонники старых традиций ещё кой-где устраивают майские праздники с кострами, но и только.

Ладно, обсудить обсудили, но и задуматься тоже пришлось: а каково это, летать на метле? На первый взгляд это казалось маловероятным — попробуй усидеть на палке! Но с другой стороны…

Эта, другая сторона, открылась им во вторник, когда двадцать ребят собрались на поле для квиддича и встали напротив ряда метел, лежащих на земле.

— Ну и чего вы ждете? — гаркнула бодрого вида тётка с седыми всклокоченными волосами ежиком. — Подняли правую руку над метлой и сказали: «вверх»!

— Вверх! — вразнобой крикнули дети, вздымая правые конечности.

Метла Гарри прыгнула прямо в ладонь: он аж вздрогнул от неожиданности. Сжав древко в кулаке, мальчик поднял голову и увидел, что не всех метлы послушались: от Гермионы она сбежала, укатившись колбаской, а на приказы Невилла и Джастина даже не шелохнулись, оставшись лежать, как обычный инвентарь дворника.

Отвернувшись, Гарри сосредоточился на своем снаряде. Его метла вибрировала и словно льнула к ладони, деревянная, теплая от солнца, внимательная. Последнее сбивало с толку, как дворницкий инструмент может внимать?.. Донесся очередной приказ всклокоченной тётки, который Гарри прослушал, но, увидев, как дети седлают метлы, последовал их примеру: перекинул ногу через палку, встал, зажав её между ног, и почувствовал себя малость идиотом. Как бы малышом, играющим в лошадку… Тьфу ты.

— Отталкиваетесь и взлетаете по свистку! — грянула тетка. — Вы трое: поднимите метлы! — раздраженный рявк в сторону Гермионы, Джастина и Невилла. — Три, два, оди-и-ин! — последняя цифра потонула в трели свистка.

Гарри оттолкнулся и…

Взлетел. Господи боже, он взлетел! Ахнув, Гарри крепче вцепился в древко, свел бедра, опасаясь за яички, но им, как тут же выяснилось, ничего не угрожало, ведь тело, очутившись в воздухе, утратило вес, приобретя невероятное, противоестественное здесь и сейчас свойство невесомости. Как будто оказался в водной среде, когда ныряешь с головой. Гарри перестал ощущать свой вес.

Голова моментально распухла от миллиона вопросов: а как, а почему, каким образом, в чём причина такого эффекта и так далее и тому подобное. Но тут снова раздались крики дыбоволосой тётки, и вопросы пришлось подвинуть. Гарри сконцентрировался на уроке: начал менять положение рук и корпуса, ускоряясь и замедляясь, совершая разные маневры и повороты.

Вскоре рядом с ним очутился Малфой, и Гарри заметил, как свободно тот держится в воздухе. Ну конечно! Родился же он в семье магов и летать научился чуть ли не с пелёнок.

— Эй, Драко, ты знаешь, как это у нас получается? — крикнул Гарри, силясь перекричать ревущий в лицо ветер.

— Конечно, знаю! — завопил в ответ Малфой. — Это одна из особенностей волшебника: способность к левитации, этакий бонус к телепортации.

— А метла?..

— Всего лишь костылёк, как волшебная палочка. Ты не поверишь, но некоторые маги способны летать без метел, сами по себе. Раскинул руки и воспарил.

— Врешь! — не поверил Гарри.

— А вот фиг тебе! — возликовал Драко. Сделал сальто и высунул язык. — Лично знаю таких летунов.