Тень иного завтрашнего дня

Глава 6

Горный воздух на рассвете был подобен ледяной воде — он обжигал легкие и заставлял мысли кристаллизоваться. Буран уверенно карабкался по узкой тропе, огибая острые выступы скал, которые в сумерках казались застывшими клыками древних чудовищ. Элара чувствовала каждое движение коня, каждую вибрацию тела Кайроса за своей спиной.

Она не спала ни минуты. Как можно спать, когда весь твой мир — всё, во что ты верила, что считала своим долгом и честью — рассыпалось прахом в подвалах архива?

«Я — изменница», — эта мысль больше не пугала её, она лишь констатировала факт. — «Но кто предал первым? Я — свою страну, или моя страна — саму суть человечности?»

Она закрыла глаза, и перед внутренним взором снова всплыли строки из отчета Валериана: «Потери среди гражданского населения допустимы». Каждое слово было как удар плетью. Она вспомнила лицо своего отца — суровое, но доброе, пахнущее табаком и старыми книгами. Он верил в Иллирию. Он верил, что служит свету. И этот свет оказался факелом в руках поджигателя.

Кайрос внезапно натянул поводья. Буран остановился, недовольно фыркнув и выпустив облако пара из ноздрей.

— Приехали, — коротко бросил генерал.

Элара огляделась. Они находились на небольшом плато, скрытом между двумя пиками. Здесь, среди обломков скал, притаилась старая охотничья хижина, сложенная из почерневших от времени бревен. Вид отсюда открывался головокружительный: далеко внизу Опаловый Пик казался игрушечным городом, затянутым утренним туманом.

Кайрос первым соскочил на землю и протянул руки, чтобы помочь Эларе. На мгновение его ладони задержались на её талии чуть дольше, чем требовала вежливость. Элара посмотрела в его лицо — шрам на щеке казался еще бледнее в холодном свете утра, а в серых глазах застыла настороженность хищника.

— Нам нужно переждать здесь пару часов», — сказал он, отпуская её. — Лошади нужен отдых, а тебе — еда. К полудню Валериан поднимет в воздух магических гончих. Если мы не уйдем за перевал до этого времени, нас найдут.

Он вошел в хижину, и Элара последовала за ним. Внутри было сыро и пахло пылью, но в углу нашлась старая печь и пара охапок сухих дров. Кайрос действовал быстро и скупо, словно каждый его шаг был выверен годами походов. Развел огонь, достал из седельной сумки вяленое мясо и флягу с водой.

Элара присела на низкую скамью у огня, протягивая озябшие руки к пламени.

«Он смотрит на меня», — чувствовала она его взгляд спиной. — «Неужели он ждет, что я сломаюсь? Ждет слез или истерики. Но у меня нет на это сил. Все мои слезы выгорели в том архиве».

— Ты молчишь с тех пор, как мы выехали из города, — Кайрос сел напротив, протягивая ей кусок мяса. — О чем ты думаешь, Видящая тень? Сожалеешь о своём выборе?

Элара подняла на него взгляд. В неверном свете огня её лицо казалось призрачным.

— Я думаю о том, что Валериан не остановится. Он не просто хочет нас поймать. Он хочет устроить провокацию, которая заставит оба народа требовать крови. Он использует мой побег как доказательство того, что Север похитил одну из высших чиновниц Департамента.

Кайрос хмыкнул, его глаза сузились.

— Он уже это делает. Еще до нашего отъезда Олдер доложил, что на границе начались стычки. «Неизвестные» в северной форме напали на приграничную деревню. Это старый трюк, Элара. Валериан — мастер иллюзий не только в магии, но и в политике.

«Она всё еще пытается осознать масштаб его предательства», — подумал Кайрос, глядя на её тонкие пальцы, сжимающие край мантии. — «Для неё это не просто политика, это личная рана. Она любила этого подонка. Нет, не как мужчину — как наставника, как символ порядка. А я… я просто тот, кто сорвал с него маску. Станет ли она ненавидеть меня за это?»

— Почему ты не сказал мне раньше? — тихо спросила Элара. — Про Ашхур. Ты ведь знал, что я дочь одного из тех, кто там погиб.

Кайрос отвел взгляд к пламени печи. Его Тень на стене была огромной и неподвижной, как скала.

— Я сам не был уверен. Верил в вероятность того, что поджог устроил кто-то из моих людей. И принял это. К тому же разве ты бы мне поверила? — в его голосе прозвучала горечь. — Для тебя я был «Мясником». Врагом. Любое моё слово было бы воспринято как попытка оправдаться. Тебе нужно было увидеть это самой. В ваших собственных записях, написанных вашим идеальным принцем.

— Ты прав, — Элара опустила голову. — Я бы не поверила. Я была слепа. Я видела только то, что мне позволяли видеть.

Она замолчала, и в хижине воцарилась тишина, нарушаемая только потрескиванием дров. В этот момент Элара почувствовала, как её дар снова начинает вибрировать. Золотая нить, связывающая её с Кайросом, стала ярче. Она чувствовала его усталость, его подавленный гнев и… странную, глубокую тревогу за неё.

«Он боится за меня больше, чем за себя», — осознание было внезапным и острым. — «Генерал, прошедший сотни битв, сейчас чувствует себя беспомощным, потому что не может защитить меня от правды».

— Кайрос, — она позвала его по имени, и он вздрогнул от того, как мягко это прозвучало. — Покажи мне свою настоящую Тень. Не ту, что видят все. Ту, что видел мой дар.

Он напрягся. Его пальцы сжались на рукояти ножа, которым он резал мясо.

— Зачем? Это всего лишь видение. То, чего нет.