Тьен-Ирье: мэр из другого мира

Глава 1. Свобода от чужих родственников.

Дверь открылась с жутким скрежетом, в темное помещение попал желтый свет из коридора.

- Тора Ангем, в допросную!

Я едва смогла открыть глаза. Все тело болело, будто я спала на гвоздях, сильнее всего страдали ребра, утянутые в корсет. Кажется, при переломе ребер надевают специальный, чтобы срасталось все быстрее.

- В допросную! Тор Винсем уже заждался! – какой-то мужчина непонятной наружности схватил меня под локоть и стащил с узкой кровати, на которой я спала.

Странная больница. Палаты серые, неосвещенные. Где хотя бы одеяло на кровати? И это что? Замок на двери?

- Тора Ангем, идите быстрее. У вас что? – мужик неприятно усмехнулся. – Ноги от страха отказали?

Где я? Что происходит?

По полутемному, освещенному редкими настенными светильниками безлико-серому коридору меня протащили на удивление быстро. Разве что мешалось длинное платье в пол, которое каким-то чудом оказалось на мне, и туфли на шпильках. Я несколько раз едва не запнулась за подол. Моя одежда совсем не подходила этому месту. Мы поднялись по лестнице на два пролета и оказались в более устроенной части здания. По крайней мере, на это намекала вытертая ковровая дорожка и редкие наполовину засохшие цветы в горшках.

Дверь в конце коридора была распахнута. Внутри оказался один большой стол с двумя стульями напротив друг друга и ящиком для документов. Кажется, меня уже ждали.

- Тора Ангем, - на кожаном удобном стуле восседал пожилой мужчина. Большая часть его волос давно выпала, а оставшиеся клочки были полностью седыми. – Как отдохнули?

- Все тело болит, - честно призналась я. Он же у меня спрашивал, верно?

- Ну разумеется, вы ведь привыкли к совсем иному положению дел, - мужчина сально усмехнулся.

Меня передернуло от этого липкого взгляда. Тоже мне, престарелый ловелас. Что я тут делаю? Какого черта вообще происходит?

Однако вслух ничего произносить я не торопилась. А то вдруг сразу после этого разговора окажусь в красивой комнате без окон, но зато с мягкими белыми стенами. Мужчина, разгадав мой маневр, удовлетворенно хмыкнул:

- Видите, Дайтем, как чудесно успокаивает женские истерики ночь в камере? – мой провожатый глумливо хохотнул в ответ. – Что ж, теперь, пожалуй, мы можем поговорить.

Он достал из ящика стала какую-то металлическую бляшку и положил ее на стол:

- Где хранятся деньги?

- Какие деньги? – я недоуменно моргнула.

- Те самые, что украл ваш муж, - следователь, а, похоже, это был он, еще сильнее нахмурился и повторил. – Где украденные вашим мужем деньги?

- Я не знаю, - я ведь давно в разводе. Мы с Витей уже лет пятнадцать не встречались. Откуда я знаю, что там у него в жизни происходит. – До ваших расспросов я и не знала, что он что-то украл.

- Хм, правда, - он что смотрит это на бляшке? Какой-то мобильный детектор лжи? Где тогда датчики? – Значит вы жили в заоблачной роскоши и не заметили, что не все вещи ваши?

- Ну, я всегда жила хорошо, - да, папа майор неплохо зарабатывал и баловал всех нас.

- М-да, значит в этом деле вы не замешаны, - он уже более благожелательно сказал мужчина и откинулся в кресле. Это что? Легкий намек на улыбку?! – Зачем проводили благотворительные мероприятия?

- Я детям больным помочь хотела. Мы на лечение собирали, - да и как он узнал? Это же всего один раз было, да и то лет пять назад… - Я уже потом только поняла, что до детей деньги не дошли… Я вернуть их пыталась, а когда не вышло, так со своего счета накопленные сняла, чтобы возместить.

- Да-да, я вижу, - теперь уже и следователь, и мой сопровождающий пристально всматривались в амулет. – Значит, к делам вашего мужа вы никакого отношения не имеете?

- Н-нет, - у меня от нехороших подозрений начали шевелиться волосы. Поэтому я поспешно добавила. – Бывшего мужа.

- Это еще надо документально оформить, - мужчина сложил руки на груди. – Но я без того понятно, что вы к нам попали случайно. Дайтем, отведите тору наверх. И бумагу ей выдайте. Пусть идет.

- А куда мне идти? – он меня домой отпускает? Но ведь я точно помню, как ехала в больницу. Может, мне туда надо вернуться?

- Да, вопрос, - следователь цыкнул и посмотрел на Дайтема. - Представляешь себе волну возмущения горожан?

- А как же, - весело откликнулся тот. – Небось уже все окна в доме побили.

- Нет, - он покачал головой. Я только с удивлением переводила взгляд от одного к другому. – Там стража стоит. Дом-то снова подведомствен магистрату. Все должно остаться в лучшем виде. А вас… В магистрат. Развод оформлять, да?

- Наверное, - я сцепила руки и все же снова уточнила. – А потом куда?

- В городе Вам больше оставаться нельзя, - покачал головой следователь. – Народ не простит. Я бы посоветовал вам уехать как можно скорее. Есть же у вас родственники? Вот к ним и вернитесь. К родителям…

Родителей у меня уже давно в живых нет, но зато есть младший брат. Запойный. И буйный. И компания у него такая же.

- Ну, нет. Только не к родственникам. Все равно на порог не пустят. Можно я лучше у вас останусь? – и с надеждой посмотрела на следователя.

- А может ей этого… - мой провожатый смущенно почесал затылок. – Имя сменить? Ну, по программе. И ком-пен-са… цию…

Последнее слово он практически прошептал.

- Красивая вы женщина, тора, - усмехнулся следователь. – А что? Может и правда. И отчитаемся, что все концы в воду. Ну что ж, давай тогда ее в магистрат и побыстрее. А то они через два часа уже по домам разойдутся. Сейчас я тебе бумагу сопроводительную накатаю.

Через пятнадцать минут я снова шла по коридору со своим провожатым. Но на этот раз меня не волочили, а чинно вели под руку. Правда, платье все равно дико мешалось.

Сначала, перед выходом мы завернули в какую-то каморку, всю уставленную однотипными серыми коробочками и, хорошенько покопавшись в одной из них, провожатый вручил мне сумочку.

- Вот ваши вещи, проверяйте.

А сумка совершенно точно была не моя. Да и вообще, все происходящее стало напоминать бред. Может, нас с этой таинственной Торой в больнице перепутали? Чего в жизни только не бывает. Вот может меня из скорой вытащили и сразу на допрос. Смущает только магистрат и вот эта сумочка.