Тень Лунного замка

Глава 38

Утро застало меня внезапно. Казалось, что я и заснуть толком не успела, а в дверь уже настойчиво стучали. Я сладко потянулась, решив больше ни в чем себе не отказывать. Теплые лучи утреннего солнца ласкали щеку, проникая в комнату между слегка раздвинутых шелковых штор. Кровать казалась необыкновенно мягкой. Жизнь — прекрасной.

И, конечно, первым делом в памяти всплыли слова Эйдана: «Придешь сама».

«Ох и не понял этот несчастный, кому угрожает: могу ведь и прийти!» — мстительно подумала я. Напугать меня решил. Развлечься. Посмотрела бы, как он будет открещиваться от своего предложения, если я и в самом деле его приму. Герцог его явно по голове не погладит за порчу… так сказать… имущества. Эйдан его, конечно, заткнул, но что-то мне подсказывало — он тут не главный.

Наконец Нора устала ждать, пока я встану, и вломилась в комнату сама. Странно, что вообще стучала так долго, обычно терпение у нее заканчивалось быстрее. Впрочем, ответ нашелся сразу: она была не одна. Вторая служанка несла новый наряд.

Мне в момент поплохело. С чего бы им меня как-то особенно наряжать? Вывод напрашивался сам собой, и неутешительный: меня ждала новая встреча с герцогом.

«Слишком много чести», — с тоской подумала я. То ли Эйдан проболтался, предположив мое более высокое происхождение, то ли вчера мой внешний вид испортил герцогу врожденное чувство прекрасного. Ни тот, ни другой вариант не сулили ничего хорошего.

Шевелиться мне вообще не хотелось, а Нора, судя по ее лицу, не собиралась вести со мной переговоры. Поэтому я молча позволила натянуть на себя нежно-розовое платье с тяжелой шелковой юбкой. Угрюмо посмотрела в зеркало. Корсет хоть и не давал нормально дышать, но удивительно подчеркивал фигуру. Давно я не носила таких удавок. Надо же, почти отвыкла. Все-таки в том, чтобы быть служанкой, нашлись и свои плюсы.

С прической вышла заминка. Пришлось упрашивать их сделать так, чтобы волосы закрывали уши.

— Совершенно не модно, — не оценила Нора.

— Не волнуйтесь, госпожа, мы все поднимем лентами. У вас такая длинная, изящная шея — не стоит ее скрывать, — вмешалась вторая служанка.

— Вот только никаких лент не надо, — сквозь зубы процедила я. Не объяснять же мне было, что все эти ленты мне напоминают.

Они обменялись многозначительными взглядами и одну мне в хвост все-таки вплели. Я мысленно пообещала себе запомнить это. Вдруг меня случайно выдадут за герцога, несмотря на мое сопротивление? Вот тогда мы снова и встретимся…

Хорошо хоть никаких украшений хозяин замка мне не прислал. За серьги я бы воевала, как та лесная тварь. А потом меня повели… на казнь.

Через десять минут и несколько посланных слишком узким туфелькам проклятий мы с Норой оказались в незнакомом мне полупустом зале. Она остановилась, давая понять, что дальше со мной не пойдет, и рукой указала вглубь помещения. За огромными стеклянными дверьми был выход на балкон.

— Его Светлость предпочитает завтракать на свежем воздухе, — пояснила она.

Я вздохнула и отправилась к балкону. Постаралась выпрямиться, расправить плечи и принять хоть сколько-нибудь подобающий дорогому платью вид, но все равно ощущала себя самозванкой. Нелюбимой некрасивой дочерью, которую мать наряжала только потому, что неприлично было совсем не выводить ее в свет. Толку от этого не прибавлялось — все внимание быстро приковывала к себе Марлен.

Я отодвинула рукой полупрозрачную, украшенную замысловатой вышивкой занавеску и прошла на широкий балкон. Непроизвольно щурилась от слишком яркого солнца, а в голову одно за другим лезли навязчивые подозрения.

На свежем воздухе он завтракать предпочитает. А не потому ли, что Эйдан ненавидит, когда столько света, а значит, точно не станет вмешиваться в разговор?

Как будто меня специально лишили единственного защитника, а заодно и возможности к бегству. В такой тяжелой юбке и убийственно давящей обуви далеко не убежишь.

Я наивно понадеялась, что причесывали меня достаточно долго, чтобы герцог закончил завтрак, но богиня не была ко мне благосклонна. Он ждал меня, прислонившись к перилам.

— Ваша Светлость, — неуклюже поклонилась я, не рискуя приседать в проклятой обуви: не хватало еще растянуться перед ним на полу. Герцог Рейнард Сирил Мунфолл смотрел на меня испепеляющим взглядом, пока я зачем-то старалась припомнить все его имена, а потом просто сдалась на двух.

Затем он жестом пригласил меня к столу, дождался, пока я приближусь, и любезно помог мне сесть, придвинув стул.

Я с волнением осмотрела приборы и решила, что вообще есть не буду. У меня и пальцы-то отказывались сгибаться, ими только все ронять.

— Вы слишком напряжены, — оценил он, располагаясь напротив меня. Оценил низким пленительным голосом.

Я в изумлении подняла на него взгляд. Позволила себе осмотреть почти уже ненавистного жениха. Передо мной сидел совсем не тот человек, которого я встретила вчера в покоях у Эйдана. Нет, несомненно, тот же — и все же совсем другой. Он мягко, но чарующе улыбался, оглаживал меня изумительным взглядом. Я не могла оторваться от его глаз невероятного глубокого синего цвета. С каждой секундой я все больше смущалась, краснела от неподобающих мыслей, но продолжала смотреть. Он что-то спрашивал, я робко отвечала. Простые бесхитростные вопросы о сне, о погоде, о любимых вещах. Я почти не замечала, как на моей тарелке появились фрукты, как кусочек за кусочком я отправляла их в рот, а сама ловила каждое его слово. Не пропускала ни одной улыбки. Напряжение пропало, сменившись изумлением, почти предвкушением.

Так почему я не хотела замуж?