Мария вышла из Разлома бледнее обычного. Её руки, обернутые инеем, всё ещё были подняты в боевой стойке. Она медленно осмотрела периметр, её обострённые чутьём охотника глаза выискивали малейшую аномалию.
— Всё чисто? — один из её людей, крепкий мужчина с автоматом, сделал шаг вперёд. — Нет, — отрезала Мария, наконец опуская руки. Иней растаял, оставив после себя лишь влажные пятна на перчатках. — Здесь что-то было. Что-то… большое. Оно ушло, почуяв нас.
Она не стала говорить о следах, о том чувстве всеобъемлющего наблюдения, которое испытывала. Это было бы непрофессионально. Слишком по-девичьи. Но в душе она знала — «Призрак» был тут. И он видел её. И почему-то не стал атаковать.
— Свяжись с базой, — приказала она второму охотнику. — Пусть поднимают архивы. Мне нужно всё, что связано с аномальными явлениями, исчезновениями без вести и… с инцидентом с группой Гордеева две недели назад. Особенно по тому Е-рангу, который выжил. Артёму Волкову.
Её люди закивали, привыкшие к дотошности своей командирши.
Вернувшись в штаб-квартиру «Щита», Мария замкнулась в своём кабинете. На столе уже лежала тонкая папка с делом Волкова. Фото — неприметный, испуганный парень. Данные — самые посредственные. Выжил в катастрофе, где погибли опытные охотники. Сестра в больнице. Типичная история отчаяния.
Но её чутьё кричало, что это не всё. Она достала планшет и вызвала запись с его последнего допроса в Ассоциации. Она смотрела на его лицо на видео, на его опущенный взгляд, на сжатые плечи. И затем она мысленно наложила на этот образ то ощущение холодной, безжалостной силы, которое она почувствовала в пещере.
Они не совпадали. Совсем.
— Что же ты скрываешь, паренёк? — прошептала она, уставившись в экран.
Артём вернулся в свою крошечную квартирку на рассвете. Он чувствовал себя не так, как после обычной охоты. Не прилив силы, а гнетущую тяжесть. Тот окровавленный лоскут он сжёг, расплавив в пламени конфорки до ничего. Но пятно на совести так просто не выведешь.
Он принял душ, пытаясь смыть с себя не грязь, а ощущение той пещеры, взгляда Марии. Вода была ледяной, но он почти не чувствовал холода. Его тело стало слишком крепким.
Он взглянул на своё отражение в запотевшем зеркале. И увидел не себя. Он увидел тень того, кем становился. Сухое, поджарое тело с рельефными мышцами, которые выглядели не как у атлета, а как у хищника. Шрамы от старых ран побледнели, почти исчезли. Но самое главное — глаза. Глубокие, тёмные, в них плавала та самая бездна, что поглотила его душу.
Он резко отвернулся. Ему нужно было увидеть Анну. Ему нужно было напомнить себе, ради чего всё это.
В больнице его ждал сюрприз. Возле палаты Анны он столкнулся с незнакомым мужчиной в дорогом костюме и с холодными глазами. Рядом с ним стоял охотник из гильдии «Хищник» — тот самый, что толкнул Артёма тогда в парковке.
— Артём Волков? — мужчина улыбнулся дежурной, липкой улыбкой. — Меня зовут Виктор. Я представитель гильдии «Хищник». Мы слышали о твоей… нелёгкой ситуации.
Артём почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Его тени, оставшиеся на улице, напряглись, готовые по первому мысленному приказу ворваться в здание.
— Что вам нужно? — его голос прозвучал тихо и ровно, без тени прежнего заискивания.
— Просто поговорить, — Виктор сделал шаг ближе, понизив голос. — Видишь ли, в последнее время в городе происходят странные вещи. Пропадают люди. Пропадают монстры. Целые Разломы оказываются вычищены под ноль. Кто-то нарушает наш… рыночный баланс.
Охотник за спиной Виктора презрительно хмыкнул.
— Нам кажется, ты мог бы быть полезен, — продолжил Виктор. — Ты много времени проводишь в полях. Можешь стать нашими глазами и ушами. Сообщать о любых аномалиях. О любых подозрительных личностях. Например, о том же «Призраке», — он многозначительно поднял бровь. — Взамен гильдия возьмёт на себя все расходы по лечению твоей сестры. Полностью. Лучшие клиники, лучшие врачи.
Это был щедрый крючок. И очень опасный. «Хищники» что-то подозревали. Они не связывали его с «Призраком» напрямую, но чувствовали, что он как-то причастен. Они хотели сделать его своим стукачом. А возможно, и приманкой.
Старый Артём, отчаявшийся и загнанный в угол, возможно, и согласился бы. Но новый Артём видел ловушку с первого же слова.
— Я не интересуюсь делами гильдий, — ответил он, глядя Виктору прямо в глаза. — И мне нечего вам рассказать.
Взгляд Виктора помрачнел. Его фальшивая улыбка исчезла. — Это опрометчивое решение, парень. Мир охотников жесток. Без поддержки такой гильдии, как наша… легко попасть в беду. Или создать проблемы для своих близких.
Это была прямая угроза. Анне.
Артём не дрогнул. Он почувствовал, как ярость — холодная, тихая, смертоносная — поднялась в нём. Его тени снаружи замерли в готовности. Он мог убить их обоих прямо здесь, в коридоре, за секунду.
Но он видел камеры наблюдения. Видел медсестру в конце коридора. Он не мог.
— Вы всё сказали? — спросил он ледяным тоном.
Виктор изучающий его несколько секунд, пытаясь понять, где же тот страх, который должен был быть. Он его не нашел. Это сбило его с толку.
— Мы вернёмся к этому разговору, — пообещал он на прощание и, развернувшись, ушёл вместе со своим охранником.
Артём проводил их взглядом, в котором уже плескалась чёрная вода бездны. Угрожать Анне было самой большой ошибкой в их жизни.
Он вошёл в палату. Анна бодрствовала и смотрела на него широко раскрытыми глазами. — Тёма… кто эти люди? Они были такими… неприятными.
— Никто, Аннушка, — он сел на край кровати и взял её руку. Её хрупкие пальцы казались такими беззащитными в его мощной, готовой к убийству ладони. — Просто никто.
— Они говорили про меня? — в её голосе послышался страх. — Нет. Всё в порядке. Я всё решу.
Он сидел с ней, пытаясь вернуть себе то чувство человечности, которое ускользало с каждой минутой. Он рассказывал ей старые, заезженные истории, пытаясь шутить. Но его шутки звучали плоско и неестественно. Он видел, как она смотрит на него — не с обожанием, а с растущим беспокойством.
Отредактировано: 05.09.2025