Тень Монарха (том 1)

Эпилог: Тень над Горизонтом

Прошло три месяца.

Хабаровск зализывал раны. Разрушения были колоссальными, но не катастрофическими. Точечные удары «Щита» и внезапное отступление монстров после «Вспышки» (как назвали в народе тот ослепительный свет) позволили отбить город. Работа кипела днём и ночью: разбирали завалы, восстанавливали коммуникации, хоронили погибших.

На центральной площади поставили скромный памятник. Не героям или охотникам. Простой камень с надписью: «Помним тех, кто пал за наш дом». Имена на нём не указывались. Их было слишком много.

Мария возглавила «Щит». Полковник погиб в последние часы боёв, прикрывая отход гражданских. Под её руководством гильдия стала чем-то большим, чем просто наёмная сила. Она стала оплотом порядка и восстановления. С «Хищниками» было покончено — их руководство было арестовано, остатки разбежались или перешли под знамена «Щита». Виктор исчез в подземельях и не напоминал о себе.

Архистратига не нашли. Ходили слухи, что видели его уходящим в тайгу — сломленным, седым стариком, в глазах которого навсегда застыл ужас.

Анна поправлялась. Сила Родника не просто исцелила её — она стёрла следы Энергетического склероза. Она была здорова, полна сил и надежд. Она часто приходила к памятнику, приносила цветы. И каждый раз ее глаза искали в толпе знакомую фигуру. Напрасные поиски.

Артём Волков стал легендой. Одни говорили, что он погиб, ценой жизни остановив угрозу. Другие — что он ушёл в тень, став тем самым «Призраком» навсегда. Третьи шептались, что он превратился в нечто большее и теперь охраняет город с высоты.

Правду знали лишь двое.

Однажды ночью Мария поднялась на крышу восстановленного штаба «Щита». Она смотрела на огни города, на тёмную ленту Амура, и в её руке был раскрытый коммуникатор.

— Отчёт за неделю, — сказала она в устройство. — Работы идут по плану. Аномалий нулевых. Город заживает.

Из динамика донёсся ровный, лишённый эмоций голос, который она узнала бы из тысяч: — Хорошо. Продолжайте наблюдение.

— Артём... — она запнулась. — Она спрашивает о тебе. Каждый день.

На том конце несколько секунд длилась тишина. — Она должна забыть. Должна жить нормальной жизнью. Без меня.

— Ты её брат! — голос Марии дрогнул. — Она не забудет. И я не забуду, что ты для нас сделал.

— Я не сделал ничего, кроме того, что должен был. Цена была приемлемой.

— Ты называешь это приемлемой ценой? — она с трудом сдержала возмущение. — Вечное заточение? Одиночество?

— Лучше я, чем весь город. Лучше я, чем она, — его голос прозвучал окончательно, как захлопнувшаяся дверь. — Связь прерываю. Следующий отчёт в установленное время.

Щелчок. Тишина.

Мария сжала коммуникатор так, что треснул корпус. Она знала, где он. В том самом подземелье, у окаменевшего сердца Скверны. Он стал его вечным стражем. Его личным тюремщиком. Он питался энергией монстров, которых изредка присылала ему сама земля через трещины вокруг ядра, чтобы поддерживать свои силы и укреплять печати. Он никогда не сможет подняться на поверхность. Его одиночество было его новой силой и его вечным проклятием.

Он спас их всех. Но проиграл себя.

Где-то в глубине, под тоннами камня и стали, в полной темноте, нарушаемой лишь мерцанием древних печатей, сидел человек. Его лицо было спокойным. Его глаза были закрыты. Он чувствовал каждый сантиметр своего подземного царства. Он чувствовал слабые вибрации жизни наверху. Он чувствовал, как его сестра смеётся где-то под солнцем, о котором он уже почти забыл.

Он был Тенью. Стражем. Молчаливым часовым у врат вечной ночи.

И это была его правда. Его выбор. Его искупление.

Он открыл глаза. В абсолютной тьме они сияли тусклым серебристым светом. Светом одинокой, но непоколебимой Воли.

Он был дома.

Конец?