Тень на поверхности моря

Глава 9

Первое ощущение после портации – прохладный ветер с нотками зимнего запаха, хорошо приправленный ароматами хвои и травы.

Стас огляделся. Он стоял на небольшой каменной площадке, посреди гор, вершины которых были укутаны снежными шапками. Здесь, внизу, снега не было, да и температура была вполне летняя. Вдалеке виднелся хвойный лес, именно оттуда порывы ветра приносили запахи. Вокруг растительности не было, за исключением редкой, пробивающейся среди камней, травы. Сама платформа располагалась на большом выступе в неглубоком и узком ущелье, пологие стены которого были не больше десяти метров в высоту. Вдаль вела тропинка, судя по виду которой, ходили здесь очень редко.

Вокруг была тишина. Лишь изредка ее нарушали звуки осыпающегося щебня, но они были настолько призрачными и нереальными, что, казалось, имели мистическую природу.

Необычными были и облака – касаясь горных вершин, они меняли цвет на бирюзово-лиловый, утрачивая свою естественность, и, переливаясь в белых лучах, приобретали схожесть с алхимическим паром над колбами в лаборатории древнего мага.

Все это завораживало, и Стас на минуту оцепенел. Для городского жителя, все знакомство с природой для которого ограничивалось поездками в ботанический сад, развернувшаяся картина была ошеломляющей. Поражала не сама высота гор – в загроможденных высотками микрорайонах это обыденность – а их грандиозность и масштабность ландшафта.

Он двинулся по тропинке вдоль ущелья. Гладкие каменные плиты под ногами сменились шелестящими россыпями гравия. Слуха Стаса коснулся едва уловимый звук, похожий на гул сверхмощного вертолета. Он вздрогнул и начал оглядываться. Погоня?.. Да как они могли догнать так быстро, ведь ученый телепортировался через половину карты мира. Или, на самом деле, государства здесь настолько маленькие? Или авиация настолько быстрая? Нет, все это притянуто за уши. Хотя, вполне возможно, что в горах располагается военная база, на которой получили сигнал о нарушителе и сразу организовали поиски. Все равно, слишком уж быстрое реагирование.

Звук нарастал. Пространство наполнилось мелкой, пронизывающей вибрацией. Стас крутил головой, пытаясь понять, что происходит. Взгляд его упал на движущийся снежный поток, текущий от одной из вершин в сторону ущелья.

Лавина!.. Лицо и шея ученого покрылись холодной испариной, сердце подпрыгнуло к горлу, а глаза округлились от страха. Он рванул бежать по тропинке, судорожно размышляя, что же делать. Первой пришла мысль – какой толк бежать? Он знал, что скорость лавины может быть больше ста километров в час. Снежный поток еще далеко, но это расстояние он покроет за несколько минут. Одна надежда, что на своем пути он встретит преграду, которая или его остановит, или хотя бы существенно ослабит. Тогда появится шанс не быть размазанным о камни в одно мгновение, и, может, получится выбраться из-под снега.

Стас понимал, что нельзя бежать прямо, по вектору движения лавины, но свернуть было попросту некуда. Ущелье, хотя и значительно расширилось, все так же было ограничено каменными стенами, и высота их была метров пять. Хоть и не отвесные, но недостаточно пологие, чтобы можно было взобраться наверх и поискать высокое укрытие.

Бежать по гравию было не просто. Лабораторные мокасины слабо защищали стопы, и каждый выступ на дороге отдавался болью. Запнувшись, Стас кубарем прокатился пару метров, расцарапав ладони и локти, но тут же подскочил и помчался дальше. Нет времени заниматься ранами. Сейчас есть проблема поважнее.

По краям ущелья стали появляться чахлые кустики, да и травы стало значительно больше. Это хороший знак – возможно выход из ущелья в долину уже где-то рядом. Только и снежный поток стремительно приближался. Гул стоял такой, что у Стаса начало закладывать уши, а догоняющие порывы ветра стали холодными и влажными.

Через пол минуты добавилась еще одна неприятность. Ущелье раздвоилось, предоставив ученому два пути. Один, по-прежнему, шел прямо, а второй чуть отклонялся вправо. На размышления ушла секунда. Нужно сворачивать. В боковое ответвление ущелья уйдет значительно меньше снега, чем по прямому пути. Но тропинка шла прямо, а это означало, что свернув, Стас мог оказаться в тупике. При таком раскладе, если ответвление короткое, его забьет снегом до самого верха, и шансов выбраться из завала не останется никаких. Впрочем, прямая дорога теперь просматривалась далеко, гораздо дальше, чем ученый смог бы пробежать до того, как его настигнет лавина, и никаких укрытий в поле зрения там не было.

Приняв решение, он свернул. Впереди, метрах в пятидесяти, снова был виден поворот направо, и это добавляло шансов выжить. Стас ускорился, и преодолел расстояние за несколько секунд. От представившейся картины он опешил.

Опасения подтвердились, метров через двести был тупик. Стены ущелья, по-прежнему, были недостаточно пологими, и не имели выступов, по которым можно было бы взобраться наверх. Но главным было даже не это. Посредине оставшегося пути стоял мальчишка-подросток и словно загипнотизированный смотрел на взлетающую вверх снежную пену. Подскочив к нему, Стас легко толкнул его в плечо. Мальчишка не отреагировал и продолжал заворожено смотреть на приближающуюся лавину, как кролик на удава. Обернувшись, ученый увидел, что до снежного потока осталось метров двести. Счет пошел на секунды.

Лихорадочно огляделся. В нескольких шагах, в стене ущелья виднелась ложбинка с уходящим в землю углублением. Небольшая, где-то в полтора человеческих роста в высоту, и около двух метров в ширину. Стас схватил мальчишку, и с силой оттолкнувшись ногами, кубарем полетел в сомнительное укрытие. Едва коснувшись дна расщелины, она оба покатились кубарем – поверхность уходила вниз под углом примерно градусов тридцать. Исцарапанные и изрезанные острыми гранями попадающихся мелких камней, они выкатились на относительно ровную площадку. В этот же момент ученый ощутил мощный акустический удар, и в ушах заныла тупая боль, стало абсолютно темно. В лицо ударили первые брызги влетевшего в укрытие снежного потока.