Тень над поместьем

Глава 10

Часы показывали двадцать минут второго. Весь дом давно погрузился в глубокий сон. За одной из деревянных дверей слышался размеренный храп мистера Уотсона, разносясь эхом по узким длинным коридорам.

Николь медленно пробудилась, сквозь полусон ощущая тяжесть на веках. Лунный свет струился сквозь окна, рисуя уродливые тени от кривых ветвей на дощатом поле. Она потянулась, накидывая на плечи легкую шаль, мало кто знал, что её носила покойная мать девушки и была ей очень дорога. Складки ткани всё ещё хранили тепло нежных родных рук, девушке нравилось думать, что так и есть.

Девушка тенью выскользнула из комнаты в коридор. Осторожно спускаясь по лестнице, Николь прислушивалась к тишине, внезапно показавшейся гнетущей. Её тело словно качало из стороны в сторону. В руках она держала свечу, ее мягкое пламя мерцало в унисон с ее мыслями. По спине пробежала дрожь. Головная боль усиливалась, как будто тени сгустились, и теперь шептали ей о давно забытых тревогах.

В детстве ей всегда казалось, что этот дом просто кишит призраками. Наслушавшись няниных сказок, девушка верила, что на чердаке обитает дух её далёкого предка. И по вечерам выл не ветер, а неприкаянная душа скулила, ища успокоение.

Сейчас же её собственная тень пугала до жути, порождая воспоминания, а воображение рисовало ужасные картины. Словно бы двигалась не она, а другой человек. Было нестерпимо душно, кто-то закрыл все окна в доме.

Деревянные доски под ногами нещадно скрипели, издавая неприятные режущие слух звуки. Николь спустилась в своеобразную гостиную, где у камина лежала шкура медведя. Казалось, что его глаза-бусинки пристально следят за каждым движением. Помещение вокруг давило. Николь показалось, что она задыхается. Срочно был необходим глоток свежего воздуха, иначе она тотчас же упадёт... Чёртово место ночью...

Девушка спешно подошла к окну. Осторожно потянув за ручку, она приоткрыла створку, и свежий вечерний воздух заполнил комнату. Лёгкий ветер трепал невесомые шторы. Запахло ночной сыростью и травами. Прохлада приятно окутала герцогиню, даря ощущение свободы и свежести, заставляя голову проясниться.

Юная Гамельтон без труда забралась на широкий подоконник и уютно устроилась, прижимая ноги к себе. Порывы ветра нежно трепали распущенные волосы, обдували лицо. Если бы кто-то снаружи увидел её в этот миг, то и вправду подумал бы, что это дух старинного дома. Девушка закрыла глаза, впитывая звуки вечернего леса — тихий шёпот листьев, посвистывание соловья, прерывистые вздохи за верандой... Вздохи?!

Николь резко распахнула глаза и приподнялась. Кто это там так громко ахает и стонет? Очень даже интересно.

Девушка никогда не пыталась усмирить своё любопытство, хоть это иногда и обходилось ей стороной. Вот и теперь просто так усидеть на подоконнике она не могла. Во-первых, интерес засевший в голове не давал ей покоя. Во-вторых, ночное спокойствие и тишину нагло кто-то нарушал, по-видимому, совершенно не боясь быть услышанным.

Николь, не раздумывая, спрыгнула на мокрую от ночной росы траву. Мягкая прохладная земля мгновенно охладила её ступни, но не пыл. Даже большая вероятность слечь с горячкой после босых прогулок не могла усмирить любопытство девушки.

Свечу она разумно оставила гореть на подоконнике, чтобы не быть замеченной, и быстро побежала к веранде, поросшей густым виноградом. Стебли обвивали деревянные конструкции, создавая безопасную тень даже в ночное время. Каждое её движение было легким и бесшумным.

Чем ближе она подбиралась к веранде, тем громче становились звуки. Теперь Николь могла различить, что к режущим уши стонам девушки прибавился тихий мужской шёпот. Неужели кто-то из слуг осмелился заниматься непристойностями почти в господском доме.

Или на девушку так действовал ночной воздух, или же мужской голос показался ей смутно знаком. Любопытство подстегнуло её действовать решительно. Николь осторожно привстала на носочки и приникла к ромбовидной решётке, заглядывая в открытое пространство. Листья винограда густо переплетались между собой, и герцогине почти невозможно было разглядеть, что происходило внутри, тем более вокруг царила непроглядная ночь.

Перед взором предстала бесстыдная парочка. Любовники стояли совсем близко, в дальнем углу веранды. Мужская спина, обтянутая чёрной тканью рубашки, возвышалась над телом девушки, и под ней раздавались сладкие едва сдерживаемые стоны. Крепкая проворливая рука задрала юбку любовницы, забираясь под неё, порождая очередной шумный выдох. Слышались влажные звуки поцелуев.

Парочка даже не могла представить, что одно белокурой существо наблюдает за ними совсем рядом. Николь же густо заливалась краской до самых ушей.

Она узнала мужчину... Это несомненно был Грей Кэмптон. Эту рубашку на нём она заметила ещё утром, а черные волосы, в которых плескался лунный свет точно принадлежали ему. В девушке она с трудом признала скромную служанку Бэтти, которая и слова не могла сказать в присутствии господ. А сейчас...Сейчас же её голос был прекрасно слышен в ночной тишине, и стонала девушка явно без всякого стеснения. Сердце Николь оглушительно билось, кровь закипела в висках.

К своему изумлению юная Гамельтон никак не могла оторвать глаз от представшей перед ней сцены. Ей хотелось отвернуться, скрыться, сбежать далеко-далеко и не наблюдать за чужой страстью, но почему-то она не могла заставить себя это сделать...

Как всегда, удача оказалась не на стороне Николь, а может быть её наказывали небеса за то, что она жадно наблюдала за любовной парочкой. Но в носу у девушки неожиданно защипало. Она еле успела скрыть лицо в складке локтя, подавляя чих, наконец отвернувшись от телохранителя и служанки.

Оставалось только возносить мольбы, чтобы до конца скрыть своё немое присутствие, чтобы чутьё Кэмптона в этот раз его подвело. Никогда ещё Николь так сильно не делала оказаться в своей комнате, как в этот момент.

Ошарашенно моргая и всё ещё краснея, девушка на цыпочках начала пробираться сквозь колючие кусты роз обратно к открытому окну. Боже, чему она только что стала свидетельницей? И были ли на свете какие-то способы стереть память?