Тень над Солнечным Плато

Глава 1. Испытание обсидианом

Из «Хроник Лучезарного Правления», Глава 1, Стих 1-3

«И сказал Сол, Несущий Свет: „Да будут дети мои, наделённые искрой моей, слугами воли моей на земле. И да определят они прикосновением к Камню Чистоты — кто из рождённых смертными достоин нести дар мой. Не имеющие же искры — суть сосуды самые чистые, ибо не отягчены они мощью земною. И будут они вознесены к престолу моему, дабы в сиянии моём обрести жизнь вечную и служение высшее“.»

Пыльное окно спальни приюта «Святого Сияния» превращало заходящее солнце в растёкшийся мёд. Лилия поймала в стекле своё отражение — серебристые волосы, выцветшие от бесконечной стирки в щелочном мыле, и огромные зелёные глаза, слишком яркие для худого, заострённого лица. Она не чувствовала тепла — лишь наблюдала, как в этом сиянии пляшут пылинки. Миллионы крошечных, ни к чему не обязывающих жизней. Через три дня Испытания. Через три дня этот луч будет освещать её погребальный костёр.

— Лили, хватит в окно пялиться! — Кровать скрипнула под весом Мона. Его густые каштановые кудри растрепались по грубой наволочке, а в тёмных, всегда чуть насмешливых глазах сейчас горел непривычный огонь. — Смотри, что Соля откопала!

Соля, румяная, с лицом круглым, как маковый пряник, и таким же золотистыми, вечно выбивающимися из пучков волосами, уже размахивала перед носом Лилии потрёпанным томом.

— «Скрытые артефакты магической природы»! — выпалила она, запыхавшись. — Тут целый раздел про резонансные материалы! Твой амулет... он может быть ключом! На Испытаниях он срезонирует с Камнем, и все ахнут! Мы втроём получим такие способности, что нас сразу в Высший круг возьмут! Будем жить в одной из башен Луминоса, заказы самые сложные брать...

— И есть клубнику со сливками на завтрак, обед и ужин, — глухо закончила Лилия, глядя куда-то мимо сияющего лица подруги.

Она видела на её тонком запястье тот самый браслет с солнечными узорами — тот, что Лилия вручила ей неделю назад «на удачу». Каждый завиток на металле был ей ненавистен. Вся эта вера — сладкий яд, который она годами позволяла вливать в себя, лишь бы не видеть боли в глазах друзей.

— Хватит уже так говорить, — помрачнел Мон, его смуглое, веснушчатое лицо стало серьёзным. — Магия у тебя есть. Я... я просто знаю.

А я знаю, что её нет, — отозвалось внутри Лилии.Знаю каждым ударом своего бесполезного сердца. Чувствую пустоту там, где у вас рождается сила.

Но вслух она выдавила:

— Конечно, есть. Просто... устала.

Она подарила им кривую улыбку — последнюю монету из её скудных запасов притворства.

Их вера была тёплым одеялом, под которым так хотелось спрятаться. Но Лилия давно прозябала в ледяной пустоте под ним. В пустоте, куда она провалилась два года назад, ворвавшись в кабинет Отца Элиана и найдя свою учётную карточку.

«Анна, мать. Статус: Святая. Принесена в жертву во Славу Солнца в 15 день месяца Жатвы».

И этот значок. Солнце в когтях дракона. Печать, испепелившая её мать. Теперь она ждала и её.

«Святая». Красивое слово для пожизненного рабства. Боги отняли у неё всё — мать, детство, будущее. И теперь требовали вечность. За что? За право дышать?

— Знаешь, — тихо сказала Лилия, глядя на трещину в потолке, — если бы мне и довелось присягнуть кому-то, то только одному.

— Снова про своего бога смерти? — Соля с дрожью в голосе прикрыла лицо руками. — Это же кошмар! Я читала, ему не нужны слуги! Ему прислуживают Тени из самых глубин Забвения, сплетённые из душ, что забыли сами себя!

— А меня не пугает отсутствие выбора, — пожала плечами Лилия. — Он не сулит рая. Не требует веры. Он — просто финал. Единственная честная сила в этом мире лжи.

— Лилия! — Мон смотрел на неё с упрёком, его губы плотно сжались.

В этот момент за окном каркнул ворон. Резко, бесцеремонно, будто разрывая полотно наступивших сумерек.

Соля взвизгнула и отшатнулась.

— Видишь? Он везде! Его пернатые шпионы повсюду!

Девушки уставились друг на друга, и через мгновение залились нервным, срывающимся смехом, в котором утонул весь немой ужас грядущего.

Но когда смех стих, Лилия поймала себя на мысли, что провожает взглядом чёрное пятно, растворяющееся в багровеющем небе.

Услышал?

***

Утром, когда они стояли перед ослепительными мраморными стенами Главного Храма Солнца, Лилию охватило странное, почти металлическое спокойствие. Это была не отвага, а полная капитуляция. Она знала — пути назад нет. Врата Храма зияли, как пасть исполинского зверя, прикрытая позолотой и ладаном.

Она замерла на пороге, втянув воздух в свою узкую, почти безгрудую клетку.

— Держи, — с усилием стянула она с шеи тонкую серебряную цепочку. Матовый белый амулет на ней был холодным, как лёд. Она протянула его Мону. — На удачу.

Потом повернулась к Солe и поправила на её запястье браслет с солнечными узорами.

— И ты... носи. Пусть напоминает о наших планах. О башне.

— Лили... — Соля сжала браслет, и её пальцы задрожали. — Ты же уже...

— Я знаю, — резко оборвала её Лилия, не в силах снова слышать о их несбыточных мечтах. — Просто... сделай это для меня.

Она солгала им в последний раз.

Внутри Храм оглушал. Воздух гудел от сконцентрированной магии, тяжёлый запах ладана смешивался со сладковатым ароматом страха. Сотни юношей и девушек выстроились в очередь к Камню Пробуждения. Огромный обсидиановый монолит, отполированный до зеркального блеска. Над ним склонился Верховный Жрец — старец с лицом, бесстрастным, как надгробие, и бородой, острой как ритуальный кинжал.

Лилия смотрела, как под чужими ладонями камень вспыхивает ядовито-зелёным, багрово-чёрным, ослепительно-золотым. Конвейер, сортирующий души. Кто-то рыдал от счастья, кого-то уже вели к следующему этапу.

Подошла Соля. Камень вспыхнул ослепительным золотом. Чистая, мощная сила. Соля обернулась, сияя, и помахала ей. Лилия в ответ подняла руку, пальцы сжаты в ледяной комок.