Тень наемника

Легкость и непредсказуемости

После ужина я почувствовала, как лёгкое вино плавно захватило моё сознание, придавая всему этому дню какой-то неуловимый шарм. Смех, веселье, лёгкость — всё это слилось в одну большую картину, в которой я была центром. И, похоже, мне это нравилось.

Мы вышли из ресторана, а я снова запела, уже не обращая внимания на звуки или на то, что говорю. Вино делало своё дело, и мне было совершенно не важно, что я пою как попало.

— “Эй, я знаю, кто ты, — не может быть, что ты мне скажешь!” — с весёлым, почти беззаботным голосом я продолжала петь, хотя слова давно вылетели из памяти.

Смех так и лился из меня, и даже когда я чуть не споткнулась, Линарий мягко подхватил меня за плечо. Я даже не заметила, как остановились, и Линарий с удивлением посмотрел на меня.

— Ты на самом деле можешь петь, — сказал он, явно не ожидая такого от меня. Его голос был тёплым, и я заметила, что его лицо стало мягче.

Я хихикнула, забыв про смущение. Моё состояние было как раз таким, когда чувства и слова смешиваются, и я чувствовала себя лёгкой, как никогда.

— Ну, может, не стоит надеяться на мою карьеру в музыкальной сфере, — проговорила я, отпуская шутку, чтобы разрядить обстановку. — Но спасибо за комплимент. Я же вряд ли в будущем буду петь на сцене.

Линарий молча улыбнулся, и я почувствовала, как воздух между нами стал немного теплее. Мы продолжили идти, и я смеялась над каждым шутливым словом, хоть и чувствовала, что он как-то особенно стал внимателен. Но я не придавала этому значения — это, наверное, просто моё настроение от вина.

— Я не ожидал, что ты такая весёлая, — сказал Линарий с лёгким интересом в голосе. — У тебя вообще необычный смех, такой лёгкий и искренний.

Это признание заставило меня улыбнуться, и я ответила:

— Спасибо. У тебя тоже есть своя особенная харизма. Холодность, конечно, порой мешает, но ты всё равно умеешь улыбаться.

Линарий приподнял бровь, как будто не совсем понимал, что я имела в виду, но потом спокойно сказал:

— Наверное, ты права.

Я рассмеялась, чувствую, как настроение снова становится лёгким и непринуждённым. Мы продолжили идти, и я, несмотря на свою пьяную легкомысленность, чувствовала, как приятно быть рядом с ним в такие моменты.

Так красиво , меня потянуло к фонтану , и я не мешкая забралась на него , наслаждаясь вечерним воздухом. Линарий стоял рядом, его взгляд следил за моими движениями с явным беспокойством, хотя он пытался этого не показывать.

— Ты, правда, не думаешь, что это опасно? — его голос был тоном, полным предостережений.

— Опасно? — я слегка улыбнулась и посмотрела на него. — Просто смотри, как красиво. Вода отражает свет, а ночью всё как-то особенно… необычно.

Он прищурился, но ничего не сказал. Я, в свою очередь, с трудом удерживала равновесие на краю фонтана, наслаждаясь ощущением лёгкости.

— Ты не боишься, что упадешь? — спросил Линарий, его интонация стала чуть острее. Но, несмотря на это, он подошёл ближе, будто готов поймать меня в любой момент.

Я бросила взгляд через плечо и, не замечая, как теряю устойчивость, пошла дальше.

— Я не такая хрупкая, — ответила я с лёгкой насмешкой, но в тот момент потеряла равновесие и, споткнувшись, полетела вперёд.

Его реакция была мгновенной — Линарий схватил меня за талию, удержав, прежде чем я успела даже понять, что происходит.

— Ты серьёзно с ума сошла, Алекс? — произнёс он, с лёгким упрёком в голосе.

Я быстро выпрямилась и попыталась отделаться от его рук, но на самом деле почувствовала себя несколько… неловко.

— Это было совсем не запланировано, — я сделала шаг назад, пытаясь скрыть смущение, и пожала плечами. — Но ты же поймал меня ?

Он, похоже, только сейчас осознал, насколько близко мы стоим. Он отпустил меня, всё ещё не выпускав из виду мои движения.

— Поймал, — коротко ответил он, но его голос звучал сдержанно. — Просто будь осторожней.

Я кивнула и отступила немного дальше, стараясь вернуться к привычному спокойствию.

— Не люблю скучные разговоры, — сказала я, указывая на фонтан. — Всё это слишком серьёзно. Мне нравится просто… смотреть.

Он немного помолчал, внимательно меня разглядывая, как будто проверяя мои слова. Потом хмыкнул:

— Это твоё право. Но стоять на краю фонтана в полной темноте — это немного… не для всех.

Я улыбнулась, почувствовав, как напряжение немного спало. Все-таки он был таким непредсказуемым, порой слишком серьёзным, но это тоже нравилось.

— Думаешь, я бы упала и утонула? — я бросила взгляд на воду и снова обратилась к нему. — На самом деле… этот фонтан — это символ города. Мало кто понимает, почему. Он как символ… тихой силы.

Линарий не сразу ответил. Он просто молча наблюдал, как я стою рядом с фонтаном, по-прежнему слегка напрягшись.

— Иногда ты слишком много думаешь, Алекс. А иногда ты слишк беспечна . Но сейчас тебе бы действительно не мешало расслабиться , — сказал он, чуть отступив. — Но это тоже твой выбор.

Я немного растерялась, но вместо того чтобы вступать в спор, просто кивнула и снова отступила на шаг.

— Ладно, пошлите домой. Вон, кажется будто вся столица уже уснула— я не собиралась задерживаться здесь долго.

Он не сказал ни слова, но его взгляд показал, что разговор на этом не закончится. Мы оба начали двигаться по улице .

Алекс продолжала весело шагать, время от времени подшучивая над собой. Ее смех звучал искренне, и даже Линарий, хоть и оставался внешне сдержанным, не мог не заметить, как его настроение улучшалось с каждым ее смехом.
— Вы прямо как ребенок, — сказал он с легкой улыбкой, когда она снова зацепилась за камень и чуть не упала, но успела поймать равновесие.

— А вы имеете что-то против?— ответила Алекс, покачиваясь и весело улыбаясь. — Я уж думала, что вы не любите, когда люди такими глупыми бывают.