Тень Небесной Принцессы

Глава 9. Ловушка для сновидений

Я просыпаюсь резко, словно проваливаюсь с высоты в темноту привычной комнаты, где мобильник вибрирует на прикроватной тумбочке. Сердце стучит, как барабан. а в голове тонкой навязчивой трелью, соревнуясь с будильником, уже бьётся раздражение.

У меня ощущение, что будильник орёт так громко, словно хочет докричаться до другой реальности. Той, в которой я каждую ночь проживаю одно и то же: тот же зал, те же стены, те же бессмысленные взгляды. И он…
Вечно недовольный страж сна, который я не выбирала. Говорит со мной, как будто я что-то должна. Смотрит так, словно нарушаю правила.

Я сажусь на край кровати, уставившись в пол, и думаю: если сейчас не выдохну — сорвусь.

— Хватит. Просто хватит, — бормочу я вслух. — Этот сон повторяется каждую ночь, как заезженная пластинка, как прилипчивая музыка. Я не могу ничего изменить. Не могу сбежать. И что больше всего бесит, даже не понимаю, кто он такой, этот Облачный Повелитель. И чего он ко мне прицепился?

Понуро бреду в ванную, а потом на кухню. Настроения нет от слова “совсем”. Не радует даже то, что у нас сегодня общие с японоведами лекции по истории стран Азии.

Просто там есть один парень, который с недавних пор смотрит на меня: долго, часто, пристально, с интересом. А я украдкой смотрю на него. И мне приятны наши переглядывания. У него спортивная фигура и красивые черты лица. Чисто эстетически мне очень нравится его разглядывать, пока он не видит. А когда ловлю его взгляды, как будто кто-то пёрышком меня щекочет изнутри в районе солнечного сплетения.

Наши переглядывания так и останутся лишь визуальным контактом. Мы из разных миров: я из обычного, а он — из мира небожителей. Про таких говорят “золотая молодёжь”. У них своя компания — несколько парней и девчонок. Они всегда держатся вместе.

Я даже не знаю, есть ли у него девушка, поэтому сильно не заморачиваюсь. Я не верю в историю Золушки. Красивая сказка, не имеющая никакого отношения к современной реальности. Не более! Но, в то же время, внимание этого парня мне приятно.

На кухне знакомо пахнет чаем с бергамотом и подгоревшими гренками. Это я вчера пыталась приготовить ужин. Позвонила Лика, и я забыла про гренки. Пришлось выбрасывать два последних кусочка хлеба, сгоревших в угольки, в мусорку. И ужинать одним чаем. Как хорошо, что во сне меня кормят. Хотя бы это радует. И, как ни странно, я не чувствую себя голодной по утрам, словно по-настоящему поела.
Взгляд упирается в надпись на магнитике на холодильнике: “Улыбайся! Ты всё сможешь.”
Глядя на неё, я слабо усмехаюсь: — Всё смогу, да? Особенно выжить в этом дурдоме…

Быстренько собираюсь и бегу на занятия, почти опаздываю.

В университете — обычная суета. Толпы студентов, несущихся по коридорам, как сорвавшиеся с поводка. У меня сегодня лекции с утра до вечера, а ещё нужно встретиться с преподавательницей. Я решила отдать ей фотографию странного знака, того самого, с рукописи.

На парах я снова не слышу, что говорят преподаватели. Мыслями уношусь обратно туда, в Облачный Дворец, в этот раздражающий сон, где каждый вечер будто теряю свою волю.
Туда, где Облачный Повелитель, будь он трижды неладен, смотрит с холодной сосредоточенностью, словно я его отвлекаю от великой миссии. Никаких романтических взглядов. Только раздражение и молчаливый укор в каждом взгляде.

А я устала. Я правда устала быть между… Между тут и там. Между чужой жизнью и своей. Между снами, которые не кончаются, и реальностью, которая начинает терять цвет, вкус и запах.

На перемене меня за локоть ловит Лика.

— Как спала? Кошмары больше не мучают?

— Он опять был, — говорю тихо.
Она сразу понимает, о ком речь. Я давно от неё не скрываю: у меня личный роман с параллельной реальностью. Проблема в том, что роман крутится без моего согласия.

— Всё то же?

— Почти слово в слово. Он как будто играет роль с одним и тем же текстом. И взглядом, без слов говорящим, что меня там быть не должно.

Лика поджимает губы.

— Знаешь, у моей знакомой девчонки мать ходила к женщине. Она разбирается в осознанных снах. Не волнуйся, она не эзотеричка, не «открой чакры», не шарлатанка, а бывший учёный. Реально работала с психикой. Хочешь, попрошу принять тебя?

— Я… — колеблюсь и долго мнусь, чтобы сказать, что у меня нет денег на поход к специалисту, возможно очень не дешёвому. Одна часть меня уже махнула рукой на всё это, но другая… всё же надеется. Надеется, что удастся проснуться по-настоящему.

— Если нет денег, я займу. Отдавать не надо, поможешь с курсовой и ладно.

— А, давай, договаривайся, — машу рукой, раз жизнь сама подкидывает мне решение.

Она кому-то торопливо звонит, отойдя в сторонку, туда, где потише. И взволнованно машет мне рукой, требуя подойти.

— Записывай или запоминай адрес: Малая Андреевская, дом 43, офис 16. Да, она сейчас подъедет. Спасибо вам!

Я ошарашенно смотрю на подругу, пытаясь сказать, что у нас вообще-то пары.

— Никуда твой косматый не денется, — хмыкает Лика, намекая на парня с факультета японоведения. — Езжай, у неё сейчас как раз свободное окно. Деньги я тебе переведу на карту. На лекции прикрою, если что.

Я киваю, закидываю учебник по истории стран Азии в сумку и двигаю поперёк движения студенческой волны к выходу. Краем глаза выхватываю удивлённый взгляд “моего японоведа”, но сейчас реально не до него.