Тень Небесной Принцессы

Глава 11. В шаге от счастливой судьбы

Ши Юн снова делает шаг вперёд, потом ещё один. Настя не пятится, но ей хочется спрятаться и от его взгляда, и от его слов.

— Ты хочешь сбежать? — говорит он тише, но от этого кажется ещё опаснее. — Куда? В свой мир, где тебя никто не ждёт? Где ты просыпаешься каждый день пустая, теряя себя настоящую, не зная почему всё это происходит?

— Я не… — она задыхается. — Я не теряю себя. Я… ищу. Я просто хочу понять, что происходит! Почему я каждую ночь оказываюсь здесь, с тобой… в этом чертовом дворце? Я не хочу быть частью ваших ритуалов, ваших Лотосов, ваших… пророчеств! Причём тут я?

Она поднимает глаза, и в них слишком много боли, усталости, испуга и отчаяния. И совсем по-детски выдаёт:
— Я просто хочу вернуться домой.

Её голос ломается, слова срываются, а потом вдруг рука крепче сжимает кулон. Словно это не просто кусок металла, а спасение, лестница из сна, мост через разлом.

— Держи фокус, дыши ровно, — сами собой всплывают в её голове слова мастера. — Представь мир, откуда пришла: дом, кровать, обстановку на кухне.

Она зажмуривается и пробует мысленно воспроизвести мельчайшие детали интерьера своей съёмной квартиры, но Ши Юн замечает. Его взгляд падает на её руку.

— Что это у тебя?

Он не грозит, не бросается к ней резко, но тон его — ледяная вода. Настя едва не роняет кулон. Затем быстро прячет его за спиной.

— Просто амулет, — отвечает, отводя глаза. — Для сна.

— Зачем?
Она молча отводит взгляд в сторону, знает: если скажет — он не поймёт или хуже того — осмеёт.

Он подходит ближе, и в каждом его движении чувствуется тяжесть, не ярость. Смотрит на неё, и весь мир вдруг сжимается до расстояния между их взглядами.
⠀
— Ты всё равно не поверишь, — задушенно шепчет она..

— А ты попробуй, — отвечает он. И в голосе — не вызов, не подозрение, лишь усталое ожидание.

Но она не пробует, просто отворачивается. Промолчать проще, чем солгать или сказать правду, в которую не верит даже она сама. И это её молчание громче крика, плотное, как штормовое небо перед ударом.

Ши Юн стоит перед ней, и всё в нём напряжено до предела: пальцы сжаты, как будто сдерживают магию, дыхание неровное, плечи напряжены, словно он на грани взрыва.

— Попробуй, — повторяет Облачный Повелитель .

Он хочет понять, верить, хоть во что-то, но она... отказывает ему даже в этом. Она снова отводит взгляд.

— Я... не могу, — шепчет еле слышно.

Он делает шаг ближе, не угрожающе, но тяжело, как будто шагает навстречу неласковой судьбе.

— Ты не доверяешь мне? — произносит глухо. — Или не доверяешь себе? — добавляет ещё тише.

Настя дрожит, сжимает кулон в кармане, будто тот может стать щитом от этого непонятного мужчины с глазами, в которых столько боли, что хочется кричать.

— Я не знаю, кто ты, — выдыхает она. — Чего ты хочешь от меня? Что вообще всё это значит? Мне страшно, ясно?

Поднимает на него взгляд. В уголках её глаз блестят слёзы. Они не проливаются, но он их видит. Он видит всё. И впервые за долгое время он не злится, а просто устало произносит:

— Мне тоже.

Тишина разрастается между ними, как трещина. Он пытается протянуть руку. Не к ней, к тому мосту, что только что рухнул между ними, но в этот момент… Настя резко отшатывается.

— Нет, хватит! Я не хочу больше здесь быть. Я не хочу, чтобы ты… чтобы этот мир… присваивали меня, словно я ваша.

Почти в панике она отступает, глубоко дыша, словно задыхается.

Ши Юн поднимает руку: не удержать, не схватить, просто прикоснуться.
⠀
— Нась Цзя…

Она вздрагивает от имени, сказанного почти шёпотом. Язык Облачного Повелителя против воли произносит его с такой нежностью, о которой его хозяин, возможно, даже не подозревал до сих пор.

Но от этого страх и решимость Насти только усиливаются. Она ещё крепче сжимает кулон: как молитву, как бунт.

— Прекрати! — срывается с её губ. — Не называй меня так. Это не обо мне. Я — просто Настя, и я хочу проснуться.

Воздух дрожит и трепещет, что-то щёлкает в ткани пространства. По полу вибрациями катится легкий, почти неслышный звон. Занавеси на окнах вспыхивают светом и колышутся, как от невидимого ветра.

Ши Юн резко вскидывает голову, понимая, что раньше времени открывается переход.
⠀
— Нет… — выдыхает он. — Не сейчас!

Настя смотрит на него в последний раз, и в её глазах отражается всё, что она не сказала: страх, растерянность, обида… и искра. Та самая, от которой он не может отвести взгляд.
Потом пространство вспыхивает и Настино тело мягко рассеивается, как будто она растворяется в воздухе по собственной воле.

Он делает шаг вперёд, резко хватая руками в пустоту.

— Нась Цзя!

Но её уже нет. Только кулон мерцает последним отблеском, и в комнате рассыпается тонкий след от дыхания, которого не стало.

Ши Юн снова остаётся один, замирает, не двигается. Только смотрит в пустоту перед собой. Все слова развеялись, как дым. Все планы рассыпались в прах. А он только-только поверил, что в шаге от счастливой судьбы, которую почти осмелился тронуть.

Тьма за окном шевелится, извещая, что где-то далеко храм Вечного Лотоса дрожит в предвкушении важного.

Мир вокруг дышит тишиной.Ши Юн сжимает кулаки и закрывает глаза. Делает медленный, тяжёлый вдох, потом — выдох.

Тень ложится на его лицо, но во взгляде загорается нечто новое. Он никогда больше не будет прежним.

— Хорошо, — произносит он в пустоту. — Ты хочешь сбежать. Тогда я научусь приходить за тобой в любые миры.