Тень Небесной Принцессы

Глава 13. Тепло под кожей

Выхожу из главного корпуса с пластиковым стаканом латте, спускаюсь по лестнице вниз, на дорожку, где тени от деревьев режут плитку на лоскутное одеяло. Уже почти весна, но воздух всё ещё колючий, с привкусом усталости и мокрых веток.

И вдруг ловлю на себе чей-то пристальный взгляд. Парень с факультета японоведения снова смотрит на меня.

Стоит у входа в нужный мне корпус вместе с другом и что-то листает в телефоне, но выглядит это только прикрытием. Он меня видит, и взгляд его пересекается с моим не случайно.

А я ловлю себя на том, что улыбаюсь: совсем чуть-чуть, почти незаметно, лишь уголками губ. Выпрямляю спину, расправляю плечи и стараюсь нести себя плавно и грациозно. Как будто не было почти бессонной ночи с изматывающим ночным кошмаром, и внутри меня прямо сейчас кто-то щёлкнул переключателем: ты на сцене, ты в фокусе.

Он высокий, с чёткой линией плеч, тёмной чёлкой и светлой кожей, на которой веснушки почти незаметны, только если хорошо приглядеться. Конечно же, с такого расстояния я не вижу их, но знаю, что они есть. У него спокойные, но цепкие глаза, какие бывают у людей, умеющих долго ждать и всё подмечать.

Мы переглядываемся вот уже несколько недель: в столовой, в библиотеке, между корпусами, но никто из нас не делает шаг навстречу.

Я думаю, что это правильно, потому что он из другой жизни. Из той, в которой модное худи, премиумные наушники, машины родителей и поездки в Токио «на практику» — это просто фон. У него друзья из того же мира: красивые девчонки с шелковыми волосами, парни, у которых голос звучит так, будто они уверены в себе с детсадовского возраста.

А я… Я знаю, как пахнет дешёвый суп в университетской столовой по понедельникам, вторникам и другим дням недели. Я могу написать курсовую по сходной цене всего за одну ночь. Я живу в съёмной квартире, где батареи то слишком горячие, то ледяные. Я — не из их мира.

Но всё же я смотрю, и мне приятно. Что думает он, я не знаю. И вряд ли узнаю когда-нибудь.

Друг решительно трогает его за рукав стильной куртки и кивает на вход в учебный корпус. “Мой японовед” бросает в мою сторону прощальный взгляд и скрывается за дверью здания, в которое мне через несколько минут предстоит войти.

Я тороплюсь, ещё немного и опоздаю на лекцию по истории письменности Восточной Азии. Ускоряюсь, позабыв обо всём на свете, взлетаю по ступенькам, перепрыгивая сразу через несколько, резко дёргаю на себя дверь и через минуту оказываюсь в коридоре первого этажа.

Хорошо, что мне не нужно подниматься выше, два поворота направо и я окажусь в нужной мне аудитории. Поворачиваю за угол, потом за второй и… врезаюсь в кого-то всем телом.

Мой кофе вылетает из рук, немного обжигая пальцы. Я вскрикиваю и начинаю заваливаться вбок, но чья-то сильная ладонь удерживает меня за локоть.

— Осторожно! — его голос мягкий, но достаточно громкий, чтобы я замерла. Это — ОН! Какая банальщина! Из всех студентов этого вуза я должна была врезаться именно в него.

Он смотрит на меня сверху вниз, слегка прищурившись.

— Прости, — быстро говорю я и пытаюсь выдернуть руку. Он отпускает.

— Это ты меня прости, я стоял на дороге, — он наклоняется, поднимает мой стакан, крышка на нём всё ещё каким-то чудом держится. Кофе выплеснулся лишь мне на руку, и то немного. — Ты не обожглась?

Я отрицательно качаю головой, а внутри дрожь: не от кофе.

Он передаёт мне стакан. Наши руки едва соприкасаются, но я успеваю ощутить, что у него тёплая ладонь. И пахнет от него приятно: не парфюмом, а чем-то чистым, немного цитрусовым.

— Спасибо, — шепчу едва слышно.

Молчание повисает между нами, и я уже почти готова отвернуться и бесшумно раствориться за дверью аудитории, как он вдруг продолжает:

— Ты учишься на китаеведении, да?

Я киваю:

— Ага, а ты — японовед?

Он тоже утвердительно кивает в ответ и неожиданно добавляет:

— Меня зовут Егор.

Имя не вяжется с его внешностью. Я почему-то ожидала чего-то вроде «Дава» или «Мика», но это делает его более… реальным.

— Настя, — отвечаю, и голос звучит неуверенно, будто чужой.

Он улыбается, по-настоящему, как будто запомнил, а не просто отметил вежливо.

— Я тебя уже видел.

Я хмыкаю, стараясь удержать спокойствие:

— Ну, да, случайность, наверное. Один курс, смежные специальности, трудно не заметить.

— Не думаю, — его взгляд становится чуть спокойнее, теплее. — Я даже был уверен, что ты избегаешь меня специально.

— Что? — я смеюсь, удивлённо и нервно.

— Слишком красивая, чтобы быть случайностью, — говорит он, почти не меняясь в лице. Как будто это не киношная фраза, а реальная очевидность, которую надо произнести.

И я вдруг чувствую, как где-то внутри, в районе солнечного сплетения, по мне пробегает знакомое перышко. Щекотно!

— Ладно, мне пора, — выдыхаю, потому что иначе не выдержу.

— Увидимся? — спрашивает он.