Тень Припяти

Часть 2. Путь сталкера

Глава 3. «Старые и новые знакомые»

Я стояла на мосту, глядя вниз, где когда-то текла река, а теперь остались только ржавые трубы и засохшее русло. Вдалеке виднелись обгорелые остовы домов — город Прибой. Раньше он был живым, шумным, полным людей. Теперь это было всего лишь название на карте, которую никто не обновлял.

Ветер дул с севера, принося запах ржавчины и чего-то ещё — чего-то, что пахло Зоной. Я закурила сигарету, хотя курить не любила. Просто нужно было чем-то занять руки.

Я рассказала вам, как всё начиналось.

Как я была Рикардой — студенткой, дочерью, мечтательницей. Как я потеряла всё в одну ночь. Как Зона сделала меня Ханслет — сталкером, выжившей, той, кто ходит по краю.

Но это только начало.

Потому что Зона не отпускает. Она не просто меняет тебя — она делает тебя частью себя. И теперь, когда я стою здесь, на этом мосту, между прошлым и будущим, я знаю одно: возврата нет.

Я бросила сигарету вниз и посмотрела, как искры гаснут в пыли. Потом повернулась и пошла в сторону рыжего леса.

Впереди — только Зона. И то, что она приготовила для меня.

Ветви деревьев сплетались над головой, как кости гигантского скелета. Листья — если их можно было так назвать — висели рыжими клочьями, будто лес иссох изнутри, но не умер, а застыл в предсмертной агонии. Я шла тихо, стараясь не шуметь, хотя Зона и так знала о моём присутствии. Она всегда знала.

Задание было простым: найти артефакт. Не любой — конкретный. Лесник сказал, что он лежит где-то в старом бункере, зарытом в земле возле выжженной поляны. "Не трогай ничего лишнего," — предупредил он. Но я и так знала: в Зоне каждое прикосновение может стать последним.

Я осторожно ступила на поляну, где трава была не зелёной, а серой, как пепел. В центре торчала ржавая крышка люка, полузасыпанная землёй. Вот он, бункер. Я присела, смахнула грязь с металла и потянула за кольцо. Крышка скрипнула, но не поддалась. Пришлось упереться ногой.

Внутри пахло сыростью и чем-то ещё — химией, ржавчиной, смертью. Фонарик дрожал в моей руке, освещая стены, покрытые странными символами — не граффити, а что-то более древнее, как будто кто-то пытался запечатлеть здесь свои последние мысли.

Ступени скрипели под моими шагами, когда я спускалась по ржавой лестнице в полумрак заброшенного подвала. Воздух здесь был густым, пропитанным запахом сырости и металла, как будто стены впитали в себя все страхи и надежды тех, кто когда-то здесь работал. В центре комнаты, на бетонном полу, лежал артефакт — тускло светящийся зелёным, как гнилушка в болоте. "Болотный свет", — мелькнуло в голове. Лесник предупреждал: такие артефакты могут залечивать раны, но если держать их слишком долго, кожа начнёт гнить, как будто сама жизнь вытекает из тела.

Я нагнулась, чтобы поднять его, и в этот момент услышала шаги. Не мои.

Мгновение — и чья-то рука стиснула моё плечо, прижимая к холодной стене. Боль пронзила рёбра, дыхание перехватило. Инстинкт заставил меня попытаться вырваться, но хватка была железной, неумолимой.

— Женщина? — раздался над ухом низкий, слегка хриплый голос. Не злой, скорее удивлённый. — Давно не видел женщин в Зоне.

Я резко выдохнула, пытаясь освободиться, но тщетно. Наконец, хватка ослабла, и я отступила на шаг, прижимая артефакт к груди.

— Извини, — сказал незнакомец. — Наверное, напугал.

— Да, напугал, — ответила я, разглядывая его.

Высокий, в облегающем чёрном комбинезоне, который сидел на нём как вторая кожа. На рукаве — эмблема: чёрный орёл на красном фоне. Наёмник.

— Ты наёмник, — констатировала я.

— Да, — не стал отрицать он. — А ты, как я вижу, одиночка.

Я кивнула, не доверяя ему ни на йоту.

— Мне надо идти, — сказала я, делая шаг к лестнице.

— Куда? — спросил он, не пытаясь удержать меня.

— Какая разница, — ответила я. — По делам.

— Как тебя зовут-то? — в его голосе послышалась лёгкая улыбка, но глаза оставались холодными, как зимний лёд на реке.

— Ханслет.

— Ханслет, — повторил он, как будто пробуя имя на вкус. — А я Хамер.

— Почему Хамер? — спросила я, хотя знала, что не должна задерживаться.

— Потому что я как молот, — ответил он. — Если что-то ломается, я чиню. Если не чинится — ломаю окончательно.

Я усмехнулась, несмотря на себя.

— И что ты здесь чинишь?

— Да ничего особенного, — он пожал плечами. — Просто осматриваю территорию. А ты что здесь делаешь?

— Ищу артефакты, — ответила я уклончиво.

— Опасное занятие для одиночки, — заметил он.

— А ты предлагаешь помощь? — спросила я с сарказмом.

— Если надо, — ответил он, улыбаясь. — За небольшую плату, конечно.

— Конечно, — сказала я. — В Зоне всё за плату.

— Ну, не всё, — ответил он, и его взгляд стал немного мягче. — Иногда можно найти и бесплатные вещи.

— Например? — спросила я, заинтересовавшись, несмотря на осторожность.

— Например, хорошую компанию, — ответил он.

Я фыркнула.

— Компания в Зоне — это всегда риск.

— Риск — это часть жизни, Ханслет, — сказал он. — Особенно здесь.

Я посмотрела на него и вдруг поняла, что он не такой, как остальные наёмники. В его глазах была не только холодная расчётливость, но и что-то ещё. Возможно, искра человечности.

— Ладно, Хамер, — сказала я. — Ещё увидимся.

— Обязательно, — ответил он и ушёл так же бесшумно, как и появился.

Я осталась одна в полутемной комнате, с артефактом в руках и мыслями, которые не давали покоя. Возможно, встреча с Хамером была не случайностью. Возможно, в Зоне ещё остались те, кто может быть полезен. Или опаснее, чем кажется.

Лес был тихим. Не той тишиной, что бывает в обычном мире — когда просто нет звуков. Здесь тишина была живой, как будто она дышала, прислушивалась, ждала. Я шла медленно, стараясь не шуметь, хотя знала: Зона и так слышит каждый мой шаг. Мои ботинки тонули в рыхлой земле, оставляя следы, которые через минуту затягивало, как будто их никогда и не было.