Тень прошлого

Глава 10. Встреча с колдуньей

Эвелин уже собиралась возвращаться обратно, но ее что-то останавливало. Она чувствовала, что здесь кто-то есть. Не дух, не тень, а нечто более зловещее.

— Кто бы ты ни был, я просто хочу поговорить, — сказала она, её голос прозвучал уверенно, хотя руки слегка дрожали.

Тишина. Затем послышался слабый шорох, и из угла комнаты вышла фигура.

Это была женщина — старая, измождённая, но с такой силой в глазах, что Эвелин невольно отступила на шаг. Её волосы, серые как пепел, свисали спутанными прядями, а лицо было покрыто глубокими морщинами, словно вырезанными временем. На ней был длинный чёрный плащ, а руки, костлявые и покрытые шрамами, сжимали деревянный посох.

— Тебе не место здесь, дитя, — раздался голос, хриплый, как шелест сухих листьев.

Эвелин выпрямилась, борясь с желанием развернуться и убежать.

— Если это касается Анны и семьи Марлоу, то мне самое место, — твёрдо сказала она. — Кто вы?

Старая женщина усмехнулась, её смех был низким и почти звериным.

— Кто я? Я та, чьё имя забыли. Та, кого ваш мир изгнал. Я Изольда.

Эвелин ахнула.

— Изольда? Та самая Изольда, которая наложила проклятие?

Колдунья подняла посох и указала им на Эвелин.

— Тебя удивляет, что я всё ещё здесь? Этот род Марлоу должен был умереть вместе со мной, но они продолжают жить, а вместе с ними — и я.

Эвелин сложила руки на груди, пытаясь сохранить хладнокровие.

— Значит, ты наложила проклятие на свою собственную семью? Потому что они тебя не защитили?

Изольда стиснула челюсти.

— Они предали меня! Я была их кровью, их плотью, а они отвернулись. Они смотрели, как меня тащат к костру, и не сделали ничего.

Эвелин задумчиво кивнула.

— Да, звучит как достаточно веская причина для обиды. Но, может быть, достаточно? Ты уже сделала их жизнь адом.

Изольда подошла ближе, её глаза сверкнули в полумраке.

— Ты ничего не понимаешь. Я связана с этим проклятием так же, как и они. Моя душа здесь, в этом месте, как в клетке. Я не уйду, пока не исчезнет последняя из них.

Эвелин нахмурилась.

— Значит, ты хочешь уничтожить Анну?

— Нет! — резко выкрикнула Изольда, её голос эхом отозвался в каменных стенах. — Я хочу, чтобы меня освободили. Если ты не сделаешь это, то Анна останется здесь, между мирами, в ловушке навечно.

Эвелин прищурилась.

— И как ты предлагаешь мне тебя освободить?

— Моя душа связана с этим местом. Смерть не дала мне покоя. Я была несправедливо обвинена, сожжена, проклята самим временем. Мой гнев стал магией. Но теперь я устала. Если ты хочешь спасти девушку, ты должна освободить мою душу.

Эвелин нахмурилась.

— Что нужно сделать?

Изольда сделала шаг к ней, её фигура выглядела угрожающе в тусклом свете.

— Найди ключ. Он был потерян столетия назад. Только с его помощью ты сможешь открыть врата между мирами, спасти Анну и освободить меня.

— И что будет, если я этого не сделаю?

Изабель наклонилась к ней, и её голос стал шёпотом.

— Тогда Анна никогда не вернётся.

Эвелин сжала кулаки, её сердце бешено колотилось.

— Где искать ключ?

Изольда отступила, её глаза снова наполнились болью.

— Это твой путь, не мой. Но помни: время играет против тебя. Еще ты должна найти место, где я умерла, и произнести слова, которые я тебе скажу.

Эвелин скрестила руки на груди.

— Это звучит слишком просто. В чём подвох?

Изольда усмехнулась.

— Подвох в том, что это место защищено. Ты столкнёшься с тенями моего гнева, с теми, кто когда-то был против меня. Они не позволят тебе пройти.

Эвелин закатила глаза.

— Конечно, почему бы и нет? Ещё немного демонов, и это будет вечеринка века.

Эвелин на мгновение замолчала, обдумывая её слова.

— А если я все же откажусь? — спросила она, встречаясь взглядом с Изольдой.

— Тогда Анна умрёт, — ответила та холодно. — А ты будешь знать, что это твоя вина.

Эвелин почувствовала, как что-то сжимается в груди.

— Ты играешь нечестно, — сказала она.

— Я всегда играю по своим правилам, — ответила Изольда, её глаза вспыхнули светом.

Эвелин сделала глубокий вдох.

— Ладно. Я сделаю это. Но если ты меня обманешь, то я найду способ, как вернуть тебя сюда.

Изольда улыбнулась, впервые её улыбка была почти доброй.

— Ты упрямая, девочка. Возможно, это и спасёт тебя. Помни, — сказала Изольда. — У тебя есть только одна попытка.