Тень пустоты. Хранительница

Девять. Темнейший дар

В детстве я играла со старшими братьями.

В то время, как девочки сбивались в кучки и резвились в прятки, догонялки, обменивались секретиками, я бегала, прыгала, лазала, упражнялась и тренировалась.

Я точно помню тот день, когда поняла, что шептаться о мальчиках – скучно, а соревноваться, кто дальше прыгнет – нет. Тогда был особенно жаркий летний день. Куча народу бегало к колодцам – набрать воды, потому что скотина толком не ела, а только пила.

Я сидела в тени главного Храма вместе со своими подругами. Сколько я помнила себя и своих подруг, нас всегда было пятеро. Нечетное число. Кто-то постоянно оставался немного лишним, как бы, не со всеми, чуть-чуть сам по себе. И это я. В очередной раз, оставшись без пары в какой-то игре, сослалась на помощь матери и потопала домой.

По пути мне встретились старшие братья. Они все еще не начали в полной мере изучать искусство боя, поэтому часто пинали балду, забирались в заброшенные здания, дурачились. Сколько их помню, они всегда держались поодаль от остальных мальчишек, всегда втроем. Их тоже было четное число, но лишнего никогда не было.

Мы обнялись и пошли домой дальше вместе. По пути кидали камни кто выше, лазали по деревьям, толкались, пугали коров и убегали, пока хозяйка не дала оплеуху.

Когда до дома мы всё же добрались, Хаши и Сешин сразу умчались на кухню, а старший – Ацуси – спросил, почему я не гуляла с девочками. Я честно ответила, что мне не интересно все это предельно милое и девчачье. Поборов некоторое смущение, спросила у него, не могу ли я гулять с братьями. Он улыбнулся. И сказал, что любит свою сестренку и будет рад мне, когда бы я к нему не пришла.

С того момента, я всюду ходила с братьями и мне не было скучно.

Отойдя немного от противоречивых чувств, я перехватила клинок поудобнее и сделала пару выпадов. Оружие в руках действительно ощущалось продолжением руки. Все движения получались в точности такими, какие я планировала. Даже вес клинка буквально до миллиметров подходил к моей руке.

Еще немного подержав артефакт в руках, я неохотно вложила его в Сая (ножны). Как только лезвие полностью скрылось, черные завитки на моих левой руке и лице начали бледнеть, и, через несколько секунд, вовсе исчезли. Я ощутила грусть и тоску. Кажется, сама того не желая, я каким-то образом связала себя с клинком.

Взглянув на Артефакт снова, я застыла. Он больше не выглядел, как произведение искусства. Будто катану вообще подменили, на другую, обычную железную, в деревянных Сая (ножнах). Но стоило прикоснуться к рукояти, как в руку снова хлынул поток уже знакомой магии. Я вынула клинок вновь, и он на мгновение покрылся темной дымкой, и вот уже снова держу черное лезвие.

Озадаченная, я повторила действия с выниманием несколько раз, но результат был тот же. Артефакт будто прятал себя.

- На самом деле так будет даже проще. Теперь его не нужно особо скрывать, могу повесить на левое бедро. – вслух размышляла я.

Повесить Артефакт действительно стоило именно на левое бедро, так как я левша. Будет лучше, если я не вытащу ненароком не тот клинок.

- Что ж, мой новый друг, раз уж ты теперь вполне осознанно путешествуешь со мной, дам тебе имя. – это был совершенно детский и неожиданный для меня самой порыв. Возможно, я просто начала понемногу ощущать одиночество.

- Я – Хирику Сайи Ёсан – нарекаю тебя… Темнейшим. Да, отныне ты Темнейший. – как только я это произнесла, в мою руку будто вкололись миллионы маленьких ледяных иголочек. Стало больно,  затем холодно, а уже после страшно. Но все прекратилось так же быстро, как и началось.

Я вынула клинок, он снова преобразился. Из моего рта вырвался удивленный возглас. На Сая исчезли все серебряные завитушки неизвестного мне алфавита. Жесткими, угловатыми буквами моего родного языка, на Сая было выведено серебряной отделкой: «Темнейший».

Ну, и что я натворила? Быстро вложив клинок обратно в Сая, я вдохнула-выдохнула, прикрепила Артефакт к левой ноге и начала мерить шагами комнату.

Это… нелегко осмыслить. Говорить об этом я никому не собираюсь. Слишком опасно ходить и разбалтывать в Кирино всем подряд, что у меня тут проблемка с АРТЕФАКТОМ. Хотя, не уверена, что проблема как таковая есть. Клинок замаскирован, даже если я умудрюсь его вытащить, надписи на Сая больше не будут бросаться сильно в глаза… Хотя бы потому что их больше нет. Есть только имя, которое клинку дала Я!

- Хирику, ты не хочешь прогуляться? Ты почти весь остаток дня просидела в комнате. – раздается за дверью веселый голос Алию.

Ой. Я быстро обернулась к окну. На улице действительно уже сгущались сумерки, и зажигались магические фонари. В том числе и в моей комнате. А я  и не заметила…

- Да, хорошо, сейчас выйду. – тараторю я и начинаю осматривать себя и Темнейшего на предмет странностей. Их нет. Клинок снова замаскировался и висит себе спокойно на моей левой ноге. Черные завитки больше никак не проявляются на коже. Все в норме.

- Жду тебя на улице! – кричит дриада и уносится к выходу.

Что ж, Темнейший, раз уж мы подружились, давай не доставлять друг другу проблем.

***

Алию около получаса водила меня по Кирино, показывая поселение. Я поняла, что теперь могу немного ориентироваться здесь. Хотя раньше не особо обращала внимание на то, какая у меня хорошая визуальная память.

Все время, пока мы гуляли, я ощущала наличие Темнейшего, чувствовала его магический след. Места, которые были покрыты черной татуировкой, покалывало от магии. Все это вместе, как бы давало понять, что мне не привиделось, и я не сошла с ума.

Хотя,  учитывая количество вопросов и мыслей  у меня в голове, я была вполне близка к сумасшествию. Как только мне начинало казаться, что я все придумала, сразу же левые руку и глаз начинало покалывать, а клинок будто становился тяжелее. Неизвестная мне магия не хотела, чтобы ее забывали. Мне придется привыкнуть к сожителю в своем теле. И, если я могу использовать эту магию теперь, мне нужно будет как-то научиться это делать. Бесконтрольные магические порыва могут привести к катастрофе.