Тень старого монастыря

Глава 10 : Четырнадцатая

Библиотека встретила нас гробовой тишиной. Даже воздух здесь был неправильный — тяжёлый, застоявшийся, как в склепе, где слишком долго никто не дышал. Свет падал через витражи под странным углом, и казалось, что в каждом углу затаилось нечто, что не любит, когда его тревожат.

— "Зачем он тебе помогает? Никому, кроме меня, нет до этого дела?" — Алина щёлкнула замком на двери. В этом звуке было что-то от капкана. Её голос разнёсся эхом, как шёпот призрака, пробуждённого случайной фразой.

Я медленно провела пальцами по корешкам старых книг. Кожа их была неестественно тёплой, а на некоторых — едва заметные кровавые прожилки, словно сосуды под кожей.

— Ну, получается, да, — Маша облокотилась на стеллаж, который жалобно заскрипел. — Если он из твоего рода...

— А может, ты просто нужна живой, — резко сказала Алина, поворачиваясь ко мне. Её зрачки были расширены, и голос звучал чужим. — Для ритуала. Напомню: монастырь стоит на костях тринадцати ведьм. А ты... ты — четырнадцатая.

Тишина накрыла нас, как саван.

Мои пальцы сами собой сжали медальон. Он стал холодным, как лёд, и будто пульсировал.

— Зачем ему и вправду помогать? — прошептала я. — Может, она права... может, я уже... выбрана?

— Алина, ты гений, — Маша с тревожной смесью восхищения и ужаса уставилась на неё.

— Это точно, — пробормотала я. — Я даже не думала о предательстве...

Внезапно в груди стало тяжело дышать, как будто библиотека начала засасывать воздух. Книги на полках зашевелились — или мне показалось?

— Девочки... — я обхватила себя за плечи. — Может, нам не стоит лезть дальше? Осталось всего два месяца. Два. И мы дома. Просто забудем.

— Ты права, — неожиданно согласилась Алина.

Мы выскользнули из библиотеки. Или она сама нас выпустила?

Ужин прошёл в удушающей тишине.

Дениса не было.

Он — тот самый, кто подкладывал дохлых мух в компот и шептал мерзости в темноте — исчез. И его место за столом пустовало.

— Где наш клоун? — прошептала Маша, не глядя в тарелку.

— Не знаю. И не хочу знать, — я отодвинула ложку. Еда в этот вечер казалась безвкусной, как прах.

Ночь.

Сон — или что-то хуже.

Я открыла глаза. В комнате было неестественно темно, хотя луна должна была освещать всё.

Вальтер стоял у моей кровати. Лицо его наполовину скрывала тень, но я знала, что он смотрит прямо на меня.

— У тебя больше не будет обидчиков.

Голос был безэмоционален, как у палача, читающего приговор.

По моей спине побежали ледяные мурашки, но тело было парализовано, как во сне, из которого нельзя выбраться.

Я проснулась с криком.

На полу у двери — кровавый след, ведущий в комнату, а не из неё.

А на подоконнике — чёрная роза, покрытая инеем, будто её сорвали в аду.

Её лепестки дышали.