Тень Всадника

Глава 6. Предпочтения меняются

Женя

Амулет.

Магический шар.

Череп ворона.

Я мог обойтись и без этого, но всё должно выглядеть бесподобно и правдоподобно, чтобы даже самый закоренелый скептик поверил в происходящее. Чем больше меня доводил Кирилл, тем сильнее я верил в свою безумную идею. Атрибуты, конечно, не мои. Магический шар я одолжил у старого антиквара, а череп ворона... его я нашел на чердаке заброшенной церкви – место жуткое, но атмосферное. А вот амулет... Амулет я взял у нашей местной цыганки. Никто в городе не знал, правда ли она видит будущее, как утверждала, но рискнуть и узнать, что меня ждет, я все же решился.

Цыганка, имя которой я боялся даже произносить вслух, встретила меня в своём доме, пропахшем ладаном и сушеными травами. Она, не говоря ни слова, указала на потертый, дубовый стол, покрытый паутинной и заваленный картами Таро. В два счёта она разложила их веером. Карты были старые, с поблекшими рисунками.

— Тяни карту, — сухим голосом сказала она, словно не просила, а требовала.

Не долго думая, я вытянул ту карту, что лежала в самом начале справа. Она усмехнулась, что не добавило мне оптимизма. Её огромные, массивные кольца на руках, украшенные тускло поблескивающими камнями, бились друг об друга, издавая приглушенный звон, а кольцевые серьги мотались из стороны в сторону.

По её безмолвной просьбе я вытянул еще порядком четыре карты, наугад.

— Крыса, — вдруг смеясь, произнесла она, глядя на последнюю вытянутую мной карту.

Не понял. Смотрит на меня. Я крыса, что ли?

— Белая крыса нашла своего хозяина, — начала она говорить чуть тише. — Чувствую тоску твою по ней.

— По крысе? — не удержался я от вопроса.

— Не перебивай! — рявкнула она.

Я вздрогнул и замолчал.

— Вижу, места она не находит. Путается. Путается в клубке. Нитями повязана. Опасность преследует, — цыганка провела длинными, костлявыми пальцами по выбранным мной картам. — Тень нависла над ней.

— Кто-то умрёт? — нервничая, спросил я.

Её темно-карие, почти чёрные глаза уставились на меня.

— А хочешь, чтоб кто-то умер? — ехидно ухмыльнулась она, обнажив потемневшие от времени зубы. — Можем устроить...

— Нет, — сглотнув, ответил я. — Я злой на одного человека, но смерти ему никогда не пожелаю.

— Пожелаешь. — Она произнесла это так уверенно, что у меня не осталось сомнений – она действительно что-то видит.

— Что?

— Пожелаешь, говорю, — также улыбаясь, сказала цыганка.

Нужно бежать отсюда, пока она не решила, что я – идеальный ингредиент для её очередного зловещего зелья. Подскочив со стула, я попятился к двери, не сводя с неё глаз. "Прощайте," – пробормотал я, надеясь, что больше никогда ее не увижу.

И хотел уже уйти, как вдруг заметил странное изменение в её поведении. Она медленно закрыла глаза, и её голова начала трястись, словно она впала в какой-то транс. Мои ноги будто приросли к полу, я застыл на месте, совершенно завороженный этим зрелищем. Ее губы зашевелились, и тихий, но отчётливый голос прошептал:

— Ночь клыки точит, но луна убережёт.

Я выронил раскрытый портфель из рук. Из него выкатился хрустальный шар. Забыв обо всём на свете, я потянулся за ним и ударился затылком о край стола.

Последняя нервная клетка в моём организме не выдержала напряжения и лопнула. С трудом поднявшись на ноги, я, не оглядываясь, пулей вылетел из её дома.Трижды перекрестился, прочитав какую-то самую легкую молитву, которую помнил.

Зачем я всё это затеял?

Перед покосившейся калиткой внезапно появился чёрный кот. Его хвост угрожающе покачивался из стороны в сторону.

— Только попробуй мне дорогу перейти, — дрожащим голосом произнёс я, указав на него пальцем. — Я и так натерпелся. Обижусь, понял?

Кот, словно поняв мои слова, лениво махнул хвостом и грациозно прыгнул в густые кусты шиповника, растущие вдоль забора. Я с облегчением выдохнул и, спотыкаясь, зашагал по каменистой тропинке, ведущей к дороге. Закрывая за собой калитку, я еще раз окинул взглядом невзрачный домик цыганки.

Только что я пережил какой-то фильм ужасов.

***

— Я тебе говорю, у неё была глубокая чаша! А там, по-любому, жертвенная кровь! — жестикулировал я, рассказывая другу о своём маленьком приключении.

Он расхохотался.

— Гонишь, — сказал Сеня. — Как тебя туда угораздило забрести? Ты ж у нас парень домашний, дальше мамки ни ногой.

— Началось с того, что я придумал план.

Сеня скептически изогнул бровь.

— Идиотский?

Я замялся.

— Ну, почти. Скорее да, чем нет. Но, чёрт возьми, это должно быть эффектно!

— Тогда внимательно слушаю, — слегка раскачиваясь на качелях, улыбнулся он.

И я выложил. Всё, до мельчайших деталей. О своей безумной идее – свести Кирилла с ума, довести до грани, а потом аккуратненько упаковать в тихую палату психиатрической лечебницы. В теории, план казался мне простым и изящным. Но чем больше я говорил, тем шире становились глаза Сени. Он слушал, затаив дыхание, и я почти физически ощущал, как его мозг судорожно пытается обработать услышанное. Когда я закончил, повисла тишина.

Сеня молчал, уставившись куда-то в темноту. Я уже начал сомневаться, что он вообще меня слышал.

— Это даже не просто идиотский план, Жень, — наконец, медленно произнес Сеня, наклонив голову набок. – Это самый отбитый, безумный, нереальный план, который я слышал за всю свою чертовски скучную жизнь! И... я с тобой! – Он резко спрыгнул с качелей и, подойдя ко мне, хлопнул по плечу. – Только сразу предупреждаю, за амулет и всякую такую фигню отвечаю я. У меня есть дар.

— Вообще-то я не рассчитывал, что ты согласишься, — честно признался я. — Чего? Какой дар?

— У-у-у, — недовольно проворчал Сеня. — Теряешь хватку. Я буду выступать в роли ясновидящего, сразу не понял, что ли?

Ветер на улице неожиданно усилился, завывая между домами. Холодный порыв пронесся по моей коже.