Тень за ее спиной

7. В цвету

Мэй выходит из комнаты. Она направляется по длинному, прохладному коридору, её шаги звучат глухо и тяжело на мягких коврах, поглощая все звуки, словно сама тишина обвивает её. Мэй ложится на кровать, её глаза смотрят в пустой, безжизненный потолок, голова кружится, видимо, от вина. Её мысли путаются, словно безжалостно растерзанные мотыльки, сердце вздрагивает от неясного страха и глубоких сомнений. Она закрывает глаза, но перед её мысленным взором снова и снова всплывают образы Лиззи и лорда, их танцующие фигуры, их смех, их тёплые улыбки, будто предательство в воздухе. Откуда это внезапное, неуправляемое чувство ревности? Мэй злится на себя, это глупо, она даже не рассматривала лорда в каком-то таком смысле. Мэй ёрзает, ищет комфорт на кровати, но поза оказывается неудобной, как бы что-то внутри не даёт покоя.

— Надо выкинуть всё это из головы, — шепчет она себе, вспоминая лицо лорда, его гладкое лицо с едва заметной тенью усталости. — Это глупо, чуть ли единственный мужчина в мое др й жизни, богатый, но это совсем не значит, что я что-то к нему чувствую. Я просто ревную подругу. Да и он не такой уж и красивый. Даже скорее некрасивый.

На утро Мэй не спускается к завтраку, на неё набрасывается чувство слабости, но мысли её взбалмошно носятся, как мотыльки в хаотичном смятении, не давая ей покоя. Она лежит в постели, её голова гудит, будто её мысль выпрыгивает из головы, а тело кажется таким тяжёлым, будто бы сделанным из камня, всё это от плохого сна, тревожных мыслей, в которых она сама себе боится признаться. Она слышит приглушенные, неслышные, но явные звуки из коридора, кто-то проходит мимо её двери. Но Лиззи не приходит к ней и Мэй злится. Время тянется медленно, словно сгущённый туман, обволакивающий её сознание.

Обеденное солнце с мягким, тёплым светом заглядывает в комнату Мэй и проводит своими лучами по её лицу, как нежный, но настойчивый прикосновение. Дверь комнаты резко открывается, и в неё вбегает Марк, молодой слуга. Его глаза широко раскрыты, а дыхание сбивчиво, оно с каждым разом становится тревожней.

— Мисс Мэй, пожалуйста, спуститесь вниз! Скорее же! — его голос полон какой-то неясной боли, что сразу заставляет Мэй встревожиться.

Мэй, встревоженная его тоном, медленно встаёт с кровати, её тело будто не слушается, она накидывает на ночное платье первую попавшуюся шаль и они спешат вниз по широким, старым лестницам, где каждый шаг отдается гулким эхом, как будто они идут не по лестнице, а по порой забытому времени. Мэй бежит босиком, она торопится поспевать за Марком, потому что-то в его голосе напугало её. Неужели что-то с лордом?

Они выбегают на улицу и проходят к саду, как раз к тому месту, где недавно они с Лиззи собирали травы. Слуги столпились здесь, их лица выражают страх и какое-то неодобрение.

Несколько стражников стоят прямо вытянув спины, а рядом с ними на ковре из цветов лежит тело Лиззи, её бледное лицо застыло в мрачной неподвижности.

Мэй чувствует, как её ноги подкашиваются, она едва не падает, но Марк поддерживает её, помогая удержаться на ногах.

— Что случилось? — еле слышно спрашивает она, её голос едва слышен, как слабый шёпот, почти бесцветный, переполняемый ужасом.

Один из стражников, мужчина с суровыми чертами лица, поворачивается к ней.

— Её нашли утром, мисс. Ведётся расследование. Мы стараемся выяснить, что произошло. Ничего трогать нельзя.

Мэй стоит, не в силах пошевелиться. Её мысли вихрем проносятся в голове, смешивая ужас, боль и растерянность. Она смотрит на лица людей, пытаясь уловить в них хоть какие-то следы вины или сочувствия, но ничего подобного она не видит.

Марк тихо шепчет ей на ухо:

— Держитесь, мисс.

Мэй кивает, но слёзы не текут из её глаз. Её душу заполняет холодная пустота, словно весь мир сжал её в ледяные объятия. Она замечает лорда Стронгхолда, стоящего за стражниками. Его лицо серьёзное и задумчивое, он пристально смотрит на происходящее, но не делает ни шага вперёд.

Слуги тихо перешёптываются, но Мэй ничего не слышит, мир сузился лишь до её дыхания. Она понимает, что больше ничего не будет как прежде.

Следующие несколько недель проходят однообразно и как в тумане. Мэй редко выходит из комнаты, еду ей приносит Мария, служанка с чёрными волосами и большими губами, живущая с родителями недалеко от замка. Лорд обучил её с помощью преподавателя хорошим манерам, танцам, она помогала во всем бывшей жене лорда. Мария — сильная женщина, гибкая, яркая — даже без макияжа её лицо очень выразительное. Мария расчесывает волосы Мэй, купает её все эти недели, пока Мэй приходит в себя. Пару раз лорд стучался к ней, но Мэй невыносимо было представить, что нужно будет что-то играть, говорить. Потом уже лорд перестал стучать.

Как-то утром Мэй просыпается, собирается сама, пока Мария спит на соседней кровати, и спускается вниз. Она идёт в столовую, но она ещё пустая. Садится и ждет. Она чувствует дикий голод, её желудок будто бы жаловался на продолжительную голодовку. Вскоре приносят посуду, а потом и еду. Слуги, увидев Мэй, тут же приносят ещё фрукты, ягоды и буквально заставляют стол разной едой. Лорд Стронгхолд заходит в столовую и быстро садится за стол, кивает Мэй. Следом за ним в столовую забегает девушка, обнимает его сзади. Это уже не та девушка, с которой он гулял в парке. Она кивает Мэй, здоровается и садится за стол. Они так и общаются за завтраком, а потом он уходит в свою лабораторию и просит Мэй или их с Мэй не отвлекать его. Вечером Мэй видит его из окна, прогуливающегося с той девушкой. Она иногда проводит руками по его руке или легонько касается щеки, что вызывает у Мэй странное чувство тревоги.

На следующее утро первая на завтрак является девушка, когда Мэй приходит, та уже сидит за столом: