Тенебрис. Ложь света

Глава 19. Поединок

Мариус атаковал первым.

Он двигался быстрее, чем я ожидала от студента, который большую часть времени проводил в библиотеке за древними текстами. Выпад, уклон, попытка захвата. Я отступила, блокируя его руку предплечьем, и почувствовала силу удара.

Не маг-теоретик. Боец.

Мы закружились в центре круга под взглядами других студентов. Мариус атаковал методично, проверяя мою защиту и ища слабые места. Каждое его движение было выверенным, контролируемым. Никакой спешки, никакой агрессии, его мысли занимал только холодный расчёт.

Я могла закончить бой быстро. Видела незащищённые места в его стойке, знала приёмы, которые сработали бы. Но вместо этого отступала, давала ему возможность продолжать. Мне нужно было увидеть больше.

– Неплохо, – произнёс Мариус, проводя серию ударов, которые я блокировала. – Но ты сдерживаешься.

Я не ответила, уклоняясь от подсечки. Он прав: я сдерживалась намеренно. Показывала ровно столько, сколько нужно, чтобы выглядеть хорошим бойцом, но не непобедимым.

Мариус изменил тактику. Перестал атаковать в лоб и начал использовать обманные движения, заставляя меня реагировать на ложные угрозы. Это была техника опытного бойца, того, кто провёл годы в настоящих схватках, а не на тренировочной площадке.

Я специально пропустила один из его ударов, позволив ему зацепить плечо. Не сильно, но достаточно, чтобы он ощутил преимущество. В его глазах мелькнуло удовлетворение.

Вот оно. Жажда победы. Как же легко узнать её в глазах соперника.

Мы продолжали поединок – он атаковал, я защищалась, иногда даря ему небольшие победы. Мариус становился увереннее, агрессивнее. Начал использовать приёмы, которым не учат в академии. Захваты, нацеленные на болевые точки. Удары, рассчитанные не на демонстрацию навыков, а на реальный урон.

Студенты вокруг притихли, наблюдая. Даже Маэра смотрела внимательнее обычного.

– Ты хороша, – сказал Мариус, отступая на шаг. Дыхание его участилось, однако он всё ещё его контролировал. – Но недостаточно.

Он бросился вперёд, и на этот раз атака была серьёзной. Комбинация ударов, которая должна была прижать меня к краю круга. Я блокировала, уклонилась, но позволила себя оттеснить. Мариус использовал момент, попытавшись провести бросок через бедро. Технически безупречно. Если бы я не знала, что он планирует, могла бы упасть.

Вместо этого я подалась вперёд в последний момент, нарушив его баланс, и сама отбросила его назад. Мариус полетел на землю, но проконтролировал падение, перекатился и вскочил на ноги.

В выражении его лица явно читалось удивление. Что же, он должен был понимать, против кого выступает.

Оставалась минута раунда. Мариус изменил подход полностью. Перестал сдерживаться, показав истинный уровень. Движения стали текучими, почти танцевальными, но смертельно опасными. Такую технику на занятиях в академии не освоить.

Я приняла вызов. Перестала притворяться, показала настоящую скорость. Мы обменялись серией ударов так быстро, что другие студенты едва успевали следить. Каждый блок, каждый уклон требовал полной концентрации.

Мариус попытался схватить меня за горло, но я отбила его руку, использовала инерцию, чтобы развернуть его и прижать к земле. Он попытался вырваться, но я держала крепко, контролируя каждую точку давления.

– Сдаёшься? – прошептала я ему на ухо.

Он замер на секунду, потом расслабился.

– Да.

Я отпустила его и отступила. Маэра свистнула, объявляя конец раунда.

– Вольман побеждает. Отличная работа, оба.

Мариус поднялся, отряхивая форму.

– Ты полна сюрпризов, Эйра Вольман, – сказал он тихо, так, чтобы услышала только я, и улыбнулся. – Интересно, сколько их ещё.

Он ушёл к краю площадки, оставив меня стоять в круге. Я смотрела ему вслед, неожиданно поняв, что такого находили в Шейне старшекурсницы. Профессор Делмар был прав. Мариус скрывал больше, чем казалось.

Маэра объявила конец тренировки, и студенты начали расходиться. Я осталась на месте, тяжело дыша, чувствуя, как адреналин медленно отступает.

Краем глаза заметила движение. Обернулась.

Кейран Дастрос стоял у края площадки, опираясь плечом о дерево. Наши взгляды встретились через двор. Он медленно поднял руки и начал хлопать.

Аплодисменты были неспешными, почти насмешливыми. Но в его глазах я увидела нечто иное. Признание. Понимание того, что я только что сделала.

Я не сдержала усмешку. Развернулась и направилась к выходу с площадки, чувствуя его взгляд на спине.

Мариус Шейн показал себя. Теперь оставалось понять, что именно он скрывал. И почему профессор Делмар считал его опасным настолько, что записал имя в дневник перед смертью.