Тени Амиран. Черный рыцарь для неженки

***

- Не делаем поспешных выводов. Голос - еще не все, - отрезал Рюск. - Но интересная версия, отбрасывать не станем.

- Тем более что раньше мы подобный вариант и не рассматривали.

- Дискриминация какая, феминизма на нас нет! - несколько истерично хохотнули Рюск с Вовиным.

Хаффнер к ним присоединился, но более сдержанно, лишь хмыкнув в усы. Новомодное движение он уважал, жена и трое дочерей дома научили... уважать.

Эдам поднял с пола чашку Рори. Та упала во время ее эксперимента, Рори и не заметила. Хорошо, что пустая была, иначе вытирать им очередную лужу.

Долил чаю, передал Рори в руки и сел обратно на табуретку.

- Спасибо. Извини. - Голос Рори хриплый, горячий напиток будет очень кстати.

Эдам кивнул. Смотрел, не мигая.

- Что? - Она отпила, зажмурившись от удовольствия.

Если непонятно - спрашивай. Самый легкий способ получить ответ. А Рори очень многое непонятно.

- Ты это сейчас намеренно сделала?

- Что именно? - не сдалась Рори, и в глаза Эдаму не смотреть, а то мало ли... ей соображать надо, а не «жизнь словно сон» и все в таком роде...

- Ладно. Потом.

- Спасибо, Рори. Эдам... Будем двигаться от последней жертвы к первой, - вернулся к обсуждению плана Рюск.

- Где сильнее след? - уточнил Вовин. - Так это работает?

- Так.

- Баба... - Вовин все не мог отойти от новой версии. - Дожили!

- В способе убийства есть странность. Смерть от концентрированной щелочи очень мучительна, даже небольшой ожог на коже нестерпим. У жертв Прожигателя ожоги четвертой степени, до костей. Вывод - убийца хотел, чтобы жертвы мучались. Иначе почему именно щелочь?

- Но?

- Зачем оглушать до этого? Облегчать участь беспамятством?

Рори молчала, не моргая даже.

- Ведь он... или она, не переносили жертву. Где настигли, там и убили.

- Зачем? - машинально переспросила Рори, сама боясь услышать ответ.

Для стражей в порядке вещей обсуждать детали убийств и строить версии, для Рори все впервые. Старается воспринимать лишь временной работой, не впускать в себя, в свою оберегаемую душу, эти подробности. Но, похоже, чем дальше в лес, чем глубже в дело Прожигателя, тем хуже у нее выходит оставаться отстраненной и деловой.

- В этом вопрос. И противоречивый штрих к портрету убийцы.

Портрет... Сможет ли Рори увидеть его лицо? На старых местах убийств?

Или на новых?

Некоторое время они молча пили чай. И Рори была благодарна за эту передышку.

Отойти хоть от увиденного. И услышанного.

- Это что, шоколад? - Хаффнер пошкрябал пальцем папку, поднял взгляд на Рори.

Она сделала вид, что она не она, и корова не ее. Папка и в самом деле не ее, лежала тут, оставленная, забытая. Все, что угодно, могло с ней произойти.

В том числе и шоколадный дождь, например.

- Конфеты, что ли? - очередь Вовина совать свой нос в дело.

Рори не выдержала. Ни их взглядов, ни понимающей ухмылки Эдама.

Отвлекают ее всем скопом? Действенно, ничего не скажешь.

- Да! Да, это шоколад! Я смотрела фотографии убийств и ела шоколадные конфеты! Я сожалею! Извиняюсь! Мне очень стыдно.

Стражи смотрели странно. Но Рори уже было все равно. Терять нечего. Она и так чудачка в их глазах.

Как там говорил Рюск - невротики ходячие? Вот-вот, это про нее.

- На этом все? Тема исчерпана? - уточнила холодно. - Возвращаемся к ожогам четвертой степени?

- Да не переживай ты так, - похлопал ее по плечу Хаффнер. - К концу дела... Когда-то же мы его поймаем! Короче, в конце эта папка будет напоминать мазню этих, как их... новомодных художников.

- Авангардистов?

- Во! Их мазню будет напоминать. Папка рабочая, на нее ляпать можно.

- А один раз, представь, - неожиданно с энтузиазмом подхватил Рюск, - папку похожую с собой на опрос выездной взял. Положил ее там на какую-то бочку, вообще не заметив, что там. Опросил свидетеля, которого, вообще-то, ну ни в чем и не подозревал – так, для галочки съездил. Чтобы по правилам все. А как в Управление доехал, смотрю - на папке рыжие следы, как ржавчина. Показал экспертам, они сверили с тем, что обнаружили у жертвы под ногтями, и - вуаля! Дело раскрыто!

- Ничего себе! - искренне восхитилась Рори.

- Да у меня подобных случайных раскрытий за службу немало набралось, - делился старший следователь. - Иногда так - легко. А иногда, как с Прожигателем - чтоб его черти съели! - топчемся месяцами без подвижек.

- Вот так, по пятнам, мы можем, например, сделать вывод, что ты любишь пралине. - Словно великий наставник, Вовин принялся жестикулировать указательным пальцем. - И что у тебя крепкий желудок и нервы, раз смогла есть, глядя на фотографии с места преступления.

Рори тихо выдохнула и глотнула еще чаю.

Они ей этого пятнышка не забудут, видимо. Позитива в их жизни не хватает.

- Вовин... - начал было Хаффнер, но тот не дал себя перебить.

- Что я хочу сказать? Что это есть хорошо! Так как вероятность эффективности твоей с нами работы повышается, а вероятность твоих обмороков уменьшается.

- Выезжаем часов в семь, нормально? - вернул всех в деловую колею Эдам.

- Конечно.

- Кто остается здесь?

- Я пас, меня Розалинда и так прибить грозится или любовника завести на те ночи, что я отсутствую. - Хаффнер резво поднялся и направился к выходу.

- И меня. - Вовин поспешил за ним. - В смысле, не Розалинда, а другая... девушка моя. Ждет. С обеда!

Рюск оглядел оставшихся, постучал исписанным дряхлым блокнотом о колени.

- Ну что... Консультанта Рориэн Мэй в курс дела ввели, новые версии записали, познакомились. Надеюсь, завтра сможем и дальше продуктивно поработать.

Взгляд его Рори не очень понравился. Расчетливый.

Если бы Эдам ей не рассказал о задумках Ордена, ничего бы не заметила и не подумала. Но, зная о планах на свой счет, относиться к старшему следователю без подозрений не получалось.