Тени этого мира

Глава 14, 2 часть

Мы спустились вниз, вышли в сад, и тут же я услышала крик:

-Госпожа! Госпожа!

Ко мне бежал малыш Матиуш, а перед ним с лаем мчался Феликс. За то время, что они оба были с нами, шёрстка Феликса залоснилась, бока немного округлились, и даже наметилась довольно внушительная складочка на холке. И не удивительно – никто был не в силах отказать ему в еде. Матиуш тоже выправился и поздоровел.  

-Госпожа! Тут просто прекрасно! Мы уже обошли и дом, и весь сад, и даже вышли наружу. Я хотел осмотреть весь остров, я бы справился и до обеда всё обошёл, но госпожа Джемма так быстро ходить не может. И, кроме того, господин Матео не велел уходить одному, а я не смел его ослушаться! Феликс поймал мышь, и я едва её отобрал, а то он уже хотел её сожрать! А мышь маленькая и чёрная и она почти дохлая была! Её Феликс придушил! Там сзади ещё есть грот, так сказала госпожа Джемма, и в нём летучие мыши! Они сейчас спят! А Сирина дала нам к завтраку пирогов и горячего шоколада, а ещё апил.. аплил… аплилсин! Вот! – всё это Матиуш выложил мне буквально на одном дыхании под хохот Пеллегрины.

-Милый Матиуш! – я протянула руки и обняла паренька.

Тот зарделся и засопел, но я видела, что ему приятны и мои слова, и мои объятия.

Наши глаза с Матео встретились.

-Значит, он больше не опасается стать для тебя обедом? – не удержалась я от шпильки.

Матео хмыкнул.

-Как видно.

-А-а! Ну, наконец-то! – это в сад вошла Пеллегрина. – Наконец-то!

Пеллегрина вела за руку девочку воистину небывалой красоты. Золотые кудри и голубые глаза, фарфоровое личико и улыбка, самая обаятельная на свете! Я остановилась, пораженная ее красотой и тем удивительнее было мне видеть, что Матиуш спрятался за моей спиной, будто бы не желая подходить к девочке. Сама же малышка с непосредственностью дитяти пошла нам навстречу.

-Вот! – объявила Пеллегрина. – Не всё же другим делать добро. Пора и мне приняться за благие дела.

-Как ее зовут? – спросила я, завороженная маленькой красавицей.

-Береника, - объявила Пеллегрина с гордостью.

-Береника? Ты сама придумала для неё это имя? – я продолжала наблюдать за тем, как малышка, совершенно не обратив на меня никакого внимания, направилась к Матео и протянула к нему руки.

-Ты!– требовательно крикнула она, но тот игнорировал и ее призыв, и ее протянутые руки и так же, как Матиуш, пожелал избежать общения с ней.

Девочка нахмурилась и захныкала, а Пеллегрина объявила:

-Матео! Почему ты обидел дитя? Она просит о такой малости, а ты…

-Оставь, Пеллегрина, - голос Матео прозвучал сухо. – Твоя воля развлекаться, как угодно, но нас уволь.

Пеллегрина недовольно хмыкнула.

-Быть может, хотя бы синьор Матиуш соблаговолит уделить внимание девочке? – с сарказмом спросила она.

Матео обернулся и подмигнул мальчишке. Тот облегченно выдохнул и крикнул:

-Ну, нет! У нас с Феликсом и без девчонок много дела!

С этими словами он живо скрылся из виду, и всем свидетелям этой сцены оставалось только рассмеяться с той или иной долей искренности.

-Вы все против меня! – пожаловалась Пеллегрина.

-Вовсе не против, дорогая, - к нам незаметно присоединилась Джемма. – Но нельзя требовать от мужчин сверх того, что они могут нам дать, - с этими словами она взяла на руки девочку и погладила ее по голове, заставив малышку успокоиться. – Разве мало, что и я и госпожа Оливи, - Джемма кинула на меня краткий взгляд, - готовы уделить Беренике своё внимание? От меня ты можешь ожидать даже большего, - тихо прибавила она.

-Бедняжка моя! – несколько выспренне объявила Пеллегрина, подходя к Джемме.

-Я вас тоже оставлю, - сказал Матео, поморщившись. – Полагаю, вам будет, чем поразвлечься, - он поцеловал мне руку и ушел.

-Ну, вот! А я-то думала, мой благородный порыв все оценят, - пробормотала Пеллегрина.

-Я оценила, - сказала я, глядя на девочку. – И надеюсь, это не временная забава для тебя?

-Как ты можешь так думать! – Пеллегрина, кажется, даже оскорбилась.

-Расскажи, как у тебя оказалась девочка? Я хочу послушать.

-О! Это история, достойная пера романиста, - Пеллегрина довольно усмехнулась. – Угодно ли вам выслушать меня?

-Угодно, - рассмеялись мы с Джеммой.

-Ну так вот… Пока вы путешествовали, а после не покидали острова, вся Венеция кипела страстями по поводу одной истории, о которой я просто обязана вам рассказать. Знаете ли вы нашего большого живописца, флорентийца по рождению, по прозванию Джентиле Флорентино?

-Да, я слышала о нём, - сказала Джемма.

-У этого Флорентино есть дочь, весьма талантливая художница. Она так же искусна в своём мастерстве, как небезызвестная вам Маддалена Казулана в своём. И, пожалуй, превосходит многих мужчин в своём деле. По крайней мере, старик Флорентино решил именно ей передать секреты живописного мастерства, ибо его сыновья все, как один, бездари.