Тени мира сего

Глава 6.2

– Ну, здание определенно не для убийств проектировали. Как чувствуете себя?

– Лучше… – Дайна завернулась в плед.

– Хочу домой… – Веда всхлипнула. – Я с тобой не пойду никуда больше! – она пихнула подругу в плечо.

– Прости… – она закрыла глаза.

– Раз вам легче, проедем в отделение.

– Какое еще отделение?! – Калинина вскочила с места. – Я никуда не поеду!

– Вы оказались в одном помещении с трупом и определенно искали его специально, или что-то другое. Мы обязаны разобраться в произошедшем и взять у вас показания.

– Не кричи, – Дайна взяла подругу за запястье. – Мы не убийцы, нас отпустят. Расскажем все и пойдем домой.

– Верно, – мужчина кивнул. – Меня зовут Неясов Кристислав Ладимирович, а вас?

– Дайна и Ведислава, – ответила Серебрякова. – Вы сыщик?

– Верно. Пойдемте, не торопитесь.

Девушки последовали за Кристиславом. Все равно выбора у них нет, придется сотрудничать. Подруги держались спокойно, стараясь не показывать свой страх. Оказаться в отделении стражей из-за дела об убийстве – определенно не то, из-за чего могут забрать их сверстниц.

Дайна сама не знала, чего ожидала в итоге. Ну нашла бы труп, и что? Приехали бы стражи, сказали: «Спасибо большое, дай интервью для новостей» и уехали? Вовсе нет. Сначала делать, а потом думать, никогда не было присуще ей, отчего Веда все больше и больше теряла уверенность в адекватном состоянии подруги.

Девушек развели в разные допросные комнаты. Сидя за столом в маленьком помещении, Серебрякова ощутила себя самой настоящей преступницей. Еще и все вещи забрали. Она опустила голову и рассматривала свой испорченный маникюр.

– Итак, – Неясов сел напротив. – Давай с самого начала. Полное имя?

– Серебрякова Дайна Благояровна.

– Дата рождения?

– Тридцать седьмое хладалета[1], четыре тысячи шестисотого лета.

– Полный возраст?

– Двадцать лет.

– Место жительства?

– Частный сектор «Великие поля», улица Всецвета, дом двадцать семь.

– О, так Вы из престижного района, – хмыкнул мужчина невесело. – Зачем в Звениславль приехали?

– Я здесь подрабатываю в историческом музее. Живу в общежитии, сейчас к Веде перебралась временно.

– Хорошо, – он постукивал пальцем с огрубевшей кожей по столешнице. – Каким образом вы оказались в офисном здании?

– Пришли поговорить с подругой Веды, Добромирой.

– Зачем?

– Я хотела узнать, работает ли у них один юноша… – Дайна опустили глаза. – Который мне понравился. Встретила его в том районе.

– Допустим, – мужчина подвинул к ней стаканчик с чаем. – Не бойтесь, я Вас не съем. Зачем Вы полезли наверх?

– Ну… – девушка пригубила напиток. На вкус – самый дешевый. – Я слышала историю о пропавших сотрудниках и мне стало интересно, уточнила у Добромиры подробности. Понимаете… У меня папа бесследно пропал двенадцать лет назад. Стало очень грустно, ведь семьи этих людей переживают то же, что и мы с мамой…

– Да, это несомненно тяжело. Вы невероятно смелая, раз решили самостоятельно найти их. Но запомните: искать пропавших – дело стражей, а не обычных людей. Вы могли пострадать.

– Знаю, мне правда жаль, что я полезла, куда не нужно, – Дайна подняла голову, взглянув на мужчину. Он не выглядел сердитым, отчего сидеть в тесной допросной было уже не так страшно.

– Так, как Вы додумались влезть к трубам?

– Яромир и Раиса остались доделать работу, когда никого практически не осталось. Я видела светопись в интернете – они оба достаточно щуплые и слабые физически. С ними коллега, его светопись тоже видела. Огромный такой мордоворот. Камеры работают только у входов, в остальных местах или нет, или не записывают. Я сразу подумала, что он мог попытаться… Ну… Приставать к девушке, пока юноша вышел. Когда он вернулся, ей удалось вырваться, и они сбежали. Видимо, тот мужчина смог преградить путь и им осталось только идти в корпус, закрытый на ремонт. Дверь оказалась открыта. Там, в коридоре, есть оторванная решетка, по ней я забралась наверх.

Дайна ненадолго замолчала, делая пару глотков. От того, как внимательно сыщик слушал, становилось немного не по себе. Обычно мало кто из взрослых воспринимал ее слова всерьез, ссылаясь на юный возраст и абсолютное непонимание жизни.

[1] Хладалет – период с 13 декабря по 22 января по григорианскому календарю.