Тени мира сего

Глава 17.2

– Мрайнов слуга.

– Я знаю, у него был Мрайнов меч. Как выглядел?

– Не знаю. Никто не знает, добрый молодец… – девушка говорила немного печально и задумчиво. Она ступила босыми ногами по старым еловым иголкам, подходя ближе. – Маска скрывала лицо.

– Вот как… Черть, – Максим зарылся пальцами в густые волосы, взлохмачивая себя.

– Добрый молодец должен заплатить за информацию, – лесянка протянула ладонь. Пальцы словно обожгло и она с криком одернула руку.

– Увы, с таких, как я, плата не взымается, – он подмигнул. – Не серчай, красна девица, но времени у меня больше нет. Раз ты ничего боле предложить мне не в состоянии, вынужден откланяться.

Юноша махнул рукой на прощание и направился в сторону, куда ушла Люси. Искать ее долго не пришлось: сидела на поваленном дереве и с сосредоточенным видом выслушивала душевные терзания маленького существа, напоминающего старичка. На первый взгляд, любой бы его и принял за самого обычного дедушку, пришедшего пособирать грибы. Однако лапти и старая одежда выдавали в нем совсем иную сущность.

– Дедушка лесай, – Максим приложил ладонь к сердцу и низко ему поклонился. – Доброго здравия.

– Мрайнов мальчик, – сипло ответил мужичок. Он медленно снял плетеную корзину с горба, отворил крышку и вынул земноводное, протягивая ему. – Держи жабу.

– Э… Спасибо? – юноша взял несчастную амфибию, непонимающую сути происходящего, и стал усердно не понимать вместе с ней.

Люси закрыла ладонью лицо, усердно стараясь не смеяться. Получалось откровенно плохо. А Максим так и стоял с жабой на ладони, удивленно уставившись на лесного духа. Если сам помощник лесовика пришел с даром, принять его необходимо, иначе оскорбит хозяина и больше не сможет ступить сюда.

– И что мне с ней делать? – юноша все же решил уточнить. Мало ли.

– Она знает.

– Она-то, может, и знает, но я-то нет! А жабьем, увы, не владею.

– Разговаривай с ней, – старик приложил ладонь к груди, – сердцем, и тогда сокрытое узришь.

– Понятнее не стало, – Максим уставился на амфибию. Она квакнула и шлепнула языком ему по носу.

Люси расхохоталась в голос, соскользнула с бревна и упала на мягкий подстил иголок. Одни ноги торчали. Девушка продолжала смеяться, а значит, с ней все в порядке.

Дедушка лесай взгромоздил корзину себе на горб и неспешно побрел дальше, опираясь на крючковатую палку в качестве трости. Раз ушел – приходил только ради этого и больше вопросы задавать бессмысленно.

– Иногда мне хочется уволиться, – Максим вытер нос рукавом и присел с ней на корточки. – Ну, давай поговорим… – начал юноша и получил языком в то же место.

– Ты ей не нравишься! – Люси расселась на земле, опираясь грудью и предплечьями о поваленное дерево и продолжая хохотать.

– Сама с ней разбирайся тогда, раз умная такая! – возмутился парень и снова история повторилась.

Люси уткнулась лицом в руки, стараясь наконец-то успокоиться. Максим же поставил лягушку на лапки и отошел на безопасное расстояние, предпочитая больше на корточки не опускаться.

– Так… Уважаемая… Э… Сударыня-лягушка. Нам бы убийцу найти. Помогите, пожалуйста. Буду очень, очень признателен.

Лягушка прищурила глаза, недовольно квакнула и поскакала прочь. Ничего не осталось, кроме как следовать за ней. Единственная причина помощи лесовика – ему не нравится нарушение покоя леса. К тому же, когда хочет в услужение новую лесянку, заводит девушку в дебри и водит кругами пока та не умрет в болоте или еще где. Вот так внезапно новенькие ему не нужны, и убийце «спасибо» уж точно не скажет.

Люси тащилась следом, все еще тихо посмеиваясь. Она иногда поправляла длинный черные свитер, стараясь спрятать в нем пальцы.

– Замерзла? – юноша поинтересовался с долей волнения.

– Нет, ты же знаешь. Привычка…

– Здесь бурелом, осторожнее, – он протянул руку, когда перед ними оказалось много веток и поломанных деревьев.

– Ого, откуда такая обходительность? Я сама справлюсь, – Люси запрыгнула на одно из бревен.

– Осторожнее давай! – Максим, наоборот, перепрыгнул.

Жаба вела их все дальше и дальше. Юноша успел засомневаться, действительно ли она ведет их куда-то в правильное место. Чем дальше они шли, тем гуще и темнее становился лес. Солнце пряталось за высокими кронами и широкими еловыми лапами, практически не попадая на землю, из-за чего стояла сырость. Дышать немного тяжело, еще и душно из-за внезапной жары.

Вскоре проводница остановилась и квакнула. Максим тоже замер. Немного тревожное ощущение чувствовалось сразу, отчего хотелось сделать шаг назад.