Тени мира сего

Глава 24. Сияна

Дайна удивленно рассматривала девушку перед собой. Слова Максима противоречили увиденному. Она выглядела как стопроцентно нормальный и обычный человек.

– Но у нее же нет хвоста или чего-то еще… – Серебрякова покосилась на Неясова, а затем снова на новоиспеченную знакомую.

– Я сияна. У нас все волосы на теле прозрачные. Совсем другая структура. Это не отсутствие пигмента, они именно прозрачные. Глаза тоже отличаются, – Агата ловко извлекла зеленую линзу.

Дайна пару раз удивленно моргнула. Радужка действительно отличалась по цвету. Да не то чтобы отличалась, вообще практически сливалась с белком. Белая, немного с голубоватым оттенком, и то едва различимым. С учетом черного зрачка – выглядет весьма жутко.

– А как же ты в школу и универ ходила с другими детьми?

– Линзы всю жизнь ношу и волосы крашу. Вообще, у сиян красивый голос, мы можем им очаровывать, поэтому наших очень много среди известных певцов. Правда, нас в принципе довольно мало.

– А если у человека и нечисти будет ребенок, чей ген преобладает?

– Зависит от самого вида нечисти, но обычно именно наш. Просто не все любят с людьми связываться. Как видишь, тут многие живут, кто не хочет с ними контактировать. Сокрытых кварталов много по всем городам, туда и переезжают. У нас есть свои закрытые соц. сети для общения и знакомств.

– Вообще, многим можно сделать операцию, и они будут неотличимы от людей, но здешние хотят оставаться такими, каким родились. Кто не хотел – давно уехали к несведущим, – добавил Алес.

– Тогда почему в роддомах случаев не было? Типа, ребенок с хвостом… – Дайна все еще смотрела на Агату, будто могла увидеть что-то еще.

– Такие особенности потом появляются. Да и обычно люди знают, с кем связывают свою жизнь. Им выдается разрешение на посещение сокрытых кварталов. Если есть необходимость, то такие дети обслуживаются нашими поликлиниками и прочее.

– Так, – Максим хлопнул в ладоши. – Пойдемте похаваем что ли. Познакомим ее с местными блюдами.

– А они из чего? – от одной мысли о еде желудок заурчал. Дайне хотелось хотя бы кофн выпить, иначе скоро саму себя переварит.

– Мы ловим или разводим невидья и их готовим. Они вкусные. Не все, конечно, но все же. Чем-то похожи на ту же свинину, говядину или птицу. Не переживай, люди их тоже могут есть. По крайней мере, Максим еще не помер, – Агата направилась вдоль своего дома, ведя за собой ребят.

– Вот не надо на мне эксперименты ставить! – возмутился Неясов. – Хотя я не особо против, хочется кушать.

– Да нет у них ничего несъедобного, за исключением некоторых моментов. Но это считается особой пищей и не подается в обычных заведениях, – Алес убрал руки в карманы. – В любом случае, не отравишься.

– А почему Кирилл ни о чем не знает? В смысле, раз вы вместе росли, почему ему не рассказали? – девушка семенила за парнями, один шаг коих как три ее.

– А зачем? – Агата обернулась к ней. – Он обычный человек. Незачем его во все втягивать. Максим тоже не знал, до тех пор, пока сам не рассказал мне о том, что начал контактировать. Испугался за брата, вот ему и не сказал. Я объясняла все и показывала. Потом мы начали тусоваться тут, в моем районе. Тайно от Кирюхи, разумеется.

– В какой-то степени обидно за него. Так много не знает о родном брате и подруге детства… А если однажды что-то случится с вами? Как ему это объяснять?

– Да легко! Псы разодрали, машина сбила, еще чего, – спокойно отозвался Максим. – Я таракан, меня не убить так легко. Агата тоже не лыком шита. Ничего не произойдет.

– Те, кто говорил так же, лежат в гробу, – напомнил Алес. – А вообще, когда-нибудь люди все равно правду узнают.

– Пока голову забивать не стоит. Сюда, – Лисаева открыла дверь в кафешку и заняла дальний уголок. Место совершенно ничем не отличалось от любого другого заведения, разве что в меню блюда с непонятными названиями и не менее интригующим описанием состава. Мимо сновали официантки с довольно большими, заостренными ушами. Их лица немного вытянуты и походили на кошачьи морды, еще и зрачки вертикальные.

– Это китрасы. Отличаются хорошим слухом, большой выносливостью на короткие дистанции и весьма горделивы. Обычно они в сфере обслуживания не работают, считают ниже своего достоинства, – Максим поспешил влезть с объяснениями до озвучивания очевидного вопроса.