Тени мира сего

Глава 28.3

***

Утро началось с будильника. Со стоном и хрипом девушка воскресла и без особого энтузиазма стала собираться на работу. На удивление, за ночь она не обросла чешуей или шерстью, зато синяки стали болеть куда меньше.

Мысленно Дайна витала среди полученной информации. Люси не обманула: написала ей с подозрительно пустого аккаунта и отправила текстовый документ с азами. Девушка благополучно отвлеклась от работы, погрузившись в изучение теории. Ничего особого нового там не было: разделение ведунства в зависимости от традиции, работа с богами, определенные ритуалы, перекликающиеся с волховными.

– Начальство будет зверствовать, – Веда покосилась на задумчивую подругу. – Совсем ты из жизни выпала. Возвращайся в бренную реальность хоть иногда.

– Сейчас мне это совершенно неважно, – Дайна подняла голову, стоило чему-то высокому и непонятному загородить дневной свет. Вот те на, повстречался писаный красавец! Высокий, худой, с осанкой вопросительного знака, одно плечо ниже второго. На голове – три кучерявые волосины, на большом носу а-ля флюгер – массивные круглые очки с толстенными стеклами. В добавок ко всему – зубы веером.

– П-при-ф-фет, тефя как зовуть? Й-я М-Максимилиан Н-Неяскович, – слегка заикаясь то ли по жизни, то ли от волнения, произнес юноша с шальным шепелявством, гуляющем от одной буквы к другой. – Б-будем фнакомы!

– Эм… – Дайна не сразу нашла слов для достойного ответа. – Наверное? Дайна Серебрякова, – девушка неуверенно пожала его бледную потную ладошку и поспешила вытереть ее об край джинсовки.

– М-Ма-аксим г-говорил о тебе! Т-ты прафда офень к-красифая!

– А, так ты его друг, – она не могла избавиться от нотки сомнения в голосе. Невольно задумалась, к какому подвиду может относиться данное чудо. – Он назвал меня красивой?

– Д-да!

– Вот как, – девушка слегка улыбнулась. Хоть что-то приятное за сегодняшний день. – А ты случайно не с ним работаешь?

– Й-я в инфолмационном о-отделе. З-занимаюсь с-сайтом и р-рекламой.

– Оно и видно, – Дайна вздохнула. Все сразу встало на свои места. – Ну, ты это… Чего пришел-то? Что-то нужно? – девушка мельком взглянула на подругу. От нее так и исходили флюиды брезгливости и недовольства.

– Н-ничего. Й-я профто пофдоров-ваться з-зашел. У-увидимся еще! – Максимилиан помахал ладошкой и поспешил покинуть кабинет, пока на него не начали ругаться другие работники, вообще-то работающие.

– Что это за чудик? Я ничего не поняла из его шипения, – зашептала Калинина.

– Друг Максима. Иронично, но у них даже имена и фамилии похожи…

– Мы тоже долго смеялись, когда узнали, – так же тихо произнес Кирилл, стоящий у них за спинами.

Девушки пискнули от неожиданности и дернулись в сторону, чуть не упав с кресел. Неясов же улыбнулся немного виновато, отчего стал напоминать потерявшегося бездомного щенка еще больше обычного.

– Извините, не хотел напугать. Принес документы для начальника вашего отдела, – он оставил папку на краю стола.

– Да ничего… Просто не делай так больше, – Дайна приложила ладонь к груди. Еще немного и совсем нервной станет.

– Ты слишком бесшумно ходишь, – Веда выдохнула. – Я ж седой стану. А на черных волосах, между прочим, седина слишком отчетливо видна! Не устану повторять это!

– Каюсь, каюсь! Мне любопытно стало: нравится ли вам тут?

– Это соцопрос от руководства? – девушка подскочила с места, подошла к нему поближе и обняла за локоть. – Я могу в подробностях рассказать про всех сотрудников, каждому дать оценку!

– Не сомневаюсь, – на бледных щеках Неясова выступил легкий румянец. – Дайна устроила грандиозный скандал с Настей, она приходила к директору ругаться, но премий ее все равно лишили.

– Поделом ей, – Дайна вспомнила вредную девчонку, тихо сидящую за дальним столом. На удивление, пока никаких гадостей она не устроила. Чем дольше затишье, тем страшнее предстоит буря.

– Вы обе не правы. Согласись, ты бы могла вести себя поскромнее. Не всегда наглость открывает все двери.

– Мне ли не знать, – она горько усмехнулась. – Но это не значит, что я позволю об себя ноги вытирать. Всю жизнь в школе и универе терпилой была, надоело. Разве ты сам не такой же?

– В смысле? – Кирилл немного опешил от ее заявления.

– Ты искренний и добрый, явно исполнительный и старательный. Значит, тебе на шею сесть может, кто угодно. Еще и ножки свесит. А ты по доброте своей будешь всем за так помогать во вред самому себе. Наверняка не только в универе, но и тут находятся те, кто тебя обижает.

– Не сказал бы… Я…