Тени мира сего

Глава 33. Всего лишь траглодитятка

В комнате стояла напряженная атмосфера. Максим сидел, сгорбив спину, уперев локти в колени и поднеся сцепленные пальцы к губам и носу. Он смотрел перед собой неотрывно, задумчиво и немного нервно. Вообще не моргал. Иногда шумно сглатывал и не сводил взгляда. С каждой секундой вокруг него словно воздух тяжелее становился и находиться рядом как-то неприятно, волнительно.

Из коридора доносился тихий стук старинных часов, занимавших почетное место в углу, поскольку больше этого полутораметрового истукана ставить некуда. Стоило стрелке передвинуться и раздаться мелодичному звону, обозначающему три часа дня, Максим моргнул, а затем подорвался с места с криком: «НЕЧЕСТНО!». Сидящий напротив Кирилл наигранно злобно рассмеялся, потирая ладони как муха.

– Первое слово дороже второго, все! – он поставил руки в боки и гордо задрал нос.

– Нет в тебе ни капли брутальности, понимаешь? Нет! Вообще! Надень свой мягкий свитер и топай.

– Ты обещал, и проиграл! Так что все, давай!

– Да дай ты ему кожанку, сам ведь не носишь, – Агата сидела в кресле, перекинув ноги через подлокотник.

– Не ношу, но если испортит, мне будет очень, очень, очень, очень, очень обидно! – Максим нехотя подошел к шкафу. Аккуратно приоткрыл, просунул руку, придержал Костю, забрался внутрь наполовину и вылез с черной кожаной курткой в руках.

– Я, в отличие от некоторых, бережно отношусь к вещам, и не позволяю себе запросто их портить, – Кирилл радостно взял куртку и надел поверх рубашки.

– Нет, нет, нет! – парень дернул брата за белоснежный воротник. – Немедленно снимай свою классическую гадость. Не смотрится ведь. Футболку любую, лучше темную. А еще джинсы рваные!

– Ну уж нет, я твою дизайнерскую дрань не надену. Все же не весна, холодает. Поддувать будет.

– Зато вентиляция. Закаляйся!

– Нет уж, спасибо, – Кирилл ушел в свою комнату, искать хоть что-то подходящее. Когда заветная фиолетовая футболка была найдена, Агата вооружилась расческой и баллончиком с лаком для волос. Она нанесла всего чуть-чуть, чтобы зачесанная на левую сторону челка держала объем и не разлеталась в стороны от ветра.

– Все, я пошел!

– Стоять бояться! – гаркнул Максим, заставляя брата замереть в коридоре.

– Ты хоть не позорься, – он достал из кошелька несколько крупных купюр и сунул Кириллу. – Цветы ей купи и своди в какое-нибудь приличное место.

– Да это же не свидание…

– Свидание, не свидание, не важно! Вы идете вдвоем, уродиной ты ее не считаешь. Почему бы не сделать человеку приятно? Бери давай, – юноша вложил деньги ему в руку.

– Но это слишком много! Откуда у тебя вообще столько?

– Я ж говорил про подработку. Топай давай. Вали, вали, вали. Не заставляй девушку ждать, – Максим помахал рукой в сторону двери.

– Наконец-то на свиданку пойдешь! – Люси выглянула из кухни. – Удачи!

– Ладно… Спасибо, – Кирилл сунул купюры в карман и убежал.

– Дети так быстро растут, да? – Агата остановилась в дверном проеме.

– Самообман скоро схлынет. Подождем, когда опозориться полностью. Все мы знаем, не получится у него быть кем-то, кроме милашного пай-мальчика, – Максим лениво потянулся. – Так че, пойдешь к Дайне праздновать?

– Чтобы мне предъяву новую кинули? – Агата закатила глаза. – Не особо-то и хотелось.

– Да ладно, бросишь нас на произвол судьбы? Не будь такой вредной. Одна и так бросила.

– Ничего не знаю, у меня кругосветное путешествие, – Люси показала им язык, как любила делать в детстве. – Думаете, нормально с ним все будет?

– А не должно? Это же девушка, а не чудовище какое-то. Не съест.

– Нет, я о том, что ему нельзя волноваться.

– Невозможно прожить за человека его жизнь и уберечь от любого стресса, – Агата пожала плечами. – Если тому суждено случится – так и будет. Мы не можем повлиять на процессы организма и тем более не ответственны за раскрытие ясностей.

– Девчули! – Максим хлопнул в ладоши. – У нас есть дела поважнее. Троглодитятки распоясались совсем, надо приструнить.

– Э, нет, я ведь не выездной сотрудник. Решай свои дела без моего непосредственного присутствия, – Агата похлопала друга по плечу и попыталась слинять, но была неумолима поймана за ворот коричневого вязаного платья.

– Не-а, Графин сказала, ты со мной пашешь. Давай-ка устроим незабываемую прогулку!