Тени на ринге

Первый учебный день

Утро было серым и промозглым. Тучи, низкие и тяжёлые, висели над городом, будто давили своим весом на крыши, улицы, плечи прохожих. Дождь моросил с ночи, не прекращаясь ни на минуту. Он не лил стеной, но и не отпускал. Мелкий, колючий, он впивался в кожу, пропитывал одежду, делал асфальт зеркальным и скользким.

Маша проснулась раньше будильника. Впервые за долгое время спала крепко, но проснулась с чувством тревоги. Той самой, липкой и бесформенной, что не объяснишь словами, но чувствуешь где-то между солнечным сплетением и сердцем.

Она поднялась, натянула тёплые носки и прошла в ванную. В зеркале отражалась бледная, с запавшими глазами, уставшая девушка. Синяки под глазами не скрывал даже тональный крем. Но она постаралась, уложила волосы, выбрала светло-серую футболку и джинсы.

На улице пахло сыростью и мокрым асфальтом. Машин было много, тротуары блестели лужами, зонтики сновали туда-сюда, как разноцветные насекомые. Она шагала по узкой аллее, ведущей к университету, стараясь обходить особенно глубокие лужи.

Подходя к углу улицы, она услышала рёв мотора. Вокруг было много машин, но этот звук был особенный: хищный, ровный, мощный. Через несколько секунд перед ней пронёсся мотоцикл, и из ближайшей огромной лужи фонтаном взлетела вода.

— Чёрт! — вскрикнула Маша, когда холодные брызги окатили её с ног до головы.

Футболка прилипла к телу, джинсы промокли до колен. Маша подняла глаза и увидела мотоциклиста в чёрной кожаной куртке, на спине которой был нарисован серый волк с оскаленной пастью и глазами, как две дыры в бездну.

Он не остановился. Даже не обернулся. Просто уехал дальше, оставив за собой полоску брызг и ревущую тишину.

Маша выругалась про себя и, отжимая края футболки, продолжила путь к университету.

Здание университета поднималось над улицей как старая крепость. Высокие арки, резные окна, винтовая лестница при входе, массивная дубовая дверь. Каменные стены, на которых мох пробивался сквозь трещины — всё напоминало о другой эпохе. Здесь витал запах сырой бумаги, мокрого известняка и кофе из автомата в холле.

У входа стоял Влад. Его было сложно не заметить. Высокий, в бордовой худи, с растрёпанными волосами и неизменной улыбкой на лице. Он махнул рукой, завидев её, и тут же нахмурился.

— Ты что под дождём плавала?

— Почти, — пробурчала она, подходя ближе. — Один гонщик облил меня из лужи. Прямо по курсу. Эффектно, от всей души.

— Охренеть. — Влад тут же снял с себя худи. — Держи. Надень, пока не окоченела. Ты вся дрожишь.

— Влад, не надо.

— Надо.

Он помог ей накинуть худи, запахнув её в тёплую ткань. Запах был его — немного мятный, немного древесный. У Маши на миг перехватило дыхание.

— Спасибо…

— Всегда пожалуйста. Если что, у меня ещё носки есть. Правда, они не стирались с прошлой недели.

Маша хмыкнула. Но в следующий момент что-то заставило её обернуться. Холод пробежал по позвоночнику.

Никого.

Только студенты, заходящие в здание, и шум дождя. Но ощущение не исчезло. Будто кто-то наблюдает. Пристально. Из темноты.

— Всё нормально? — спросил Влад.

— Да, просто… показалось.

Они вошли внутрь.

Аудитория 304 находилась на третьем этаже. Просторная, с высокими потолками и большими окнами, она выглядела светлой даже в пасмурный день. Ряды парт, старый скрипящий пол, доска, около которой уже стояла преподавательница с кипой бумаг.

Маша села у окна, всё ещё кутаясь в худи Влада. Серо-синий свет дождя стекал по стеклу, за которым размывался город.

— Ты как будто из лужи вылезла. — Кто-то подсел сбоку.

— Не как будто. Всё по-честному.

— День только начался, а уже катастрофа.

В аудитории стало шумнее. Заходили студенты, кто-то смеялся, кто-то зевал. И вдруг… всё стихло. Разом. Будто по щелчку. Маша почувствовала, как воздух в помещении изменился. Она подняла глаза.

В дверях стоял он.

Антон.

Шёл медленно, не спеша. В чёрной футболке, джинсах и… кожаной куртке. С тем самым волком на спине. Его волосы были чуть влажные от дождя, взгляд — холодный, как лезвие. Он провёл глазами по аудитории и уселся в последнем ряду. Спокойно. Мягко. Как зверь, занявший позицию перед прыжком.

Маша замерла. Мир перестал двигаться. Она чувствовала, как кровь отхлынула от лица, как пальцы сжались в кулак.

Это был он.

Он облил её из лужи.

Он сидел сейчас в её аудитории.

— Ого… — Девчонки вокруг начали переговариваться. — Ты его видишь?

— Красавчик. Со шрамом над бровью. Он как из сериала сбежал. Только что тут забыл?

— Ты видела его руки? Они все в татуировках.

— А спина какая! Этот волк — капец, как круто!

— Кто он вообще?

Кто-то набрался смелости:

— Привет. Ты новенький?

Антон чуть повернул голову, не улыбаясь.

— Можно и так сказать.

— Как тебя зовут?

Он помолчал пару секунд, а потом ответил:

— Зверь.

Имя пронеслось по аудитории, как ток. Девчонки захихикали. Кто-то выронил ручку. Кто-то уже открывал соцсети.

Маша вздрогнула. Это имя… оно резануло её, как плеть. Она знала, откуда оно.

Он повернул голову. И посмотрел прямо на неё.

Она чувствовала, как будто в ней открылся портал в прошлое. Один взгляд — и всё, что она так долго прятала, вырвалось наружу. Гнев, страх, вина. А в его глазах не было ничего. Ни боли, ни воспоминаний. Только лёд.

Он моргнул. Медленно.

И отвернулся.

Но этого взгляда хватило. Как удара в солнечное сплетение. Маша сглотнула. Горло пересохло, в ушах зашумело. Всё в ней кричало: «Это не он. Это невозможно. Он не может быть здесь». Но глаза не врут.