Отец ждал Аниона в своём кабинете. Как всегда — в костюме, в кресле с высокой спинкой, за дубовым столом, который будто был куплен, чтобы внушать страх. За окном — большой зелёный двор, строгий и безэмоциональный, как и сам Пётр Сергеевич.
— Садись, — сказал он, не поднимая взгляда от бумаг. — Разговор будет коротким.
Антон молча сел, будто снова стал школьником. Только теперь у него были свои битвы, своя сила. И своя Маша.
— До меня дошли слухи, — начал отец. — Видео, разговоры. Имя девочки — Маша. Та самая, с которой ты, кажется, проводишь всё свободное время.
— И что ты хочешь мне сказать?, — спросил Антон ровно.
Отец посмотрел на него с долгим молчанием. Потом аккуратно положил ручку.
— Ты в курсе, кто я в этом городе? Ты понимаешь, какой урон может нанести твоё поведение нашей фамилии?
— Урон? — усмехнулся Антон. — От чего именно? От того, что я с человеком, который умеет постоять за себя?
— От того, что она участница подпольных драк. Если это подтвердится и если ты был рядом, это отразится на мне. На предстоящих выборах.
— А я думал, тебе важно, кто я. А не кем я выгляжу на фото и в слухах.
Отец поднялся, его голос стал холодным:
— Мне важно, чтобы ты не разрушал то, что я строил десятилетиями. Ты можешь быть кем угодно, но не можешь быть с той, кто тянет тебя вниз.
Антон тоже встал.
— Ты не знаешь её. Она не тянет вниз. Она вытаскивает меня наверх, когда я сам готов был утонуть. Она — лучше, чем я. И, возможно, лучше, чем ты.
Пауза. Пётр Сергеевич посмотрел на него, будто в первый раз.
— Значит, ты готов отдать всё ради неё?
— Если ты ставишь вопрос так, то да.
— А на что готова она ради тебя?
Повисло молчание.
— Тогда знай: если информация о бойцовском клубе всплывёт официально — я не смогу, и не буду тебя защищать. Ни тебя, ни её.
— Я этого и не прошу, — тихо сказал Антон. — Я не хочу жить под твоей защитой.
Он развернулся и пошёл к двери. Но на пороге остановился.
— Знаешь, пап. Я иногда думаю: если бы ты хоть раз в жизни выбрал человека, а не статус — может, мама была бы счастлива с тобой.
Щёлчок двери был тише, чем удары на ринге. Но в комнате повис настоящий нокаут — не физический, а моральный.
Пётр Сергеевич остался один. С папками. И с тенью, которую теперь отбрасывал не только сын, но и его выбор.
#953 в Молодежная проза
#119 в Подростковая проза
#1796 в Проза
встреча через время, от ненависти к любви, университет
16+
Отредактировано: 11.11.2025