Тени на ринге

Скорость

Утро началось с низкого рёва мотора под окнами. Маша выглянула из своей квартиры и приподняла брови. У подъезда стояла дорогой спорткар. За рулём, в солнцезащитных очках, сидел Антон. Он выглядел так, будто только что выехал из рекламы.

Она спустилась, слегка растерянная.

— Это… твоя? — Спросила, кивая на машину.

— Почти. — Он усмехнулся. — Отец подарил.

— И ты решил сегодня приехать как из «Форсажа»?

— Только если ты со мной. — Он открыл дверь машины. — Поехали. Будем первыми в универе. Или последними. Как повезёт.

Маша села в салон — обитый кожей, с идеальным запахом бензина и кофе. Когда двигатель зарычал, она почувствовала лёгкий трепет в животе.

— Ты часто на ней гоняешь? — спросила она, держась за ручку, когда они выехали на трассу.

— Ночью. Иногда. Мы с парнями устраиваем покатушки. Без ставок, просто... доза адреналина. Кто быстрее на набережной, кто ловчее в поворотах у вокзала. Никогда не дрифтуем рядом с домами. Свой кодекс чести, хоть и без лицензии.

— Ты не боишься?

— Бояться — это часть кайфа. Но я никогда не беру лишнего. — Он повернулся к ней на секунду. — А сейчас ты рядом, и я еду тише, чем обычно.

— Спасибо. — Она усмехнулась. — Но держись за руль. У меня плохое предчувствие, когда ты отвлекаешься.

Они влетели в центр, и Антон свернул к заднему въезду университета — туда, где студенты обычно не заходили. Машина мягко остановилась, и он повернулся к ней:

— Знаешь, почему я люблю скорость?

— Потому что можно убежать от проблем?

— Нет. Потому что именно на скорости ты понимаешь, кого не хочешь терять. — Он коснулся её руки. — Я не хочу, чтобы ты выпадала из моей жизни. Даже если весь этот университет, Анна и мой отец будут против.

Она опустила глаза, чуть покраснев.

— С тобой даже тишина звучит громко.

Он выдохнул — и наклонился ближе, почти коснувшись её губ.

— Поехали? Или сбежим?

— Сегодня — учёба. Завтра — можно сбежать. Только возьми плед и плейлист.

Они вышли из машины. Маша поймала на себе взгляды ребят. Кто-то шептался, кто-то просто лениво рассматривал её.

А она шла рядом с Антоном, как за рулём: немного волнуясь, но с доверием.

Университет жил своей жизнью. Пары сменялись перерывами, коридоры наполнялись гулом голосов, и, как всегда, в тени толпы прятались слухи. Но в тот день — они звучали громче обычного.

— Видела, как он её вёл за руку? — прошептала одна. Высокая, с идеальным хвостом и безупречным мейком. — Как будто она — не библиотекарша в растянутом свитере, а королева бала.

— Маша? Эта... — вторая скривилась. — Серая мышка. Он же раньше с Анной был. Та — топовая.

Смех. Тихий, язвительный. Маша всё слышала.

Она стояла у кофейного автомата и пыталась не вздрагивать, не оборачиваться. Просто держала стаканчик и делала вид, что поглощена расписанием в телефоне.

Шаги. Слева. Тёплое касание на плече.

— Не обращай внимания, — прошептал Антон. Он стоял рядом, как щит.

— Я не обращаю, — ответила Маша, спокойно. — Только... странно. Я не знала, что могу так раздражать людей, просто идя по коридору.

— Это не ты. Это они. Они привыкли, что центр внимания должен выглядеть, как они. А ты другая. Ты настоящая. Поэтому и бесишь.

— И ты тоже их бесишь.

— Я привык. — Он усмехнулся. — Но теперь ты под огнём.

Она выдохнула и посмотрела ему в глаза. — Просто скажи, что ты со мной, не потому что жалко. Не из протеста. Не назло кому-то.

Он взял её руку на глазах у всех. Медленно, не скрываясь.

— Я с тобой, потому что когда ты молчишь, мне легче думать. Когда говоришь — хочется слушать. Когда улыбаешься, я забываю обо всём.

На другом конце коридора девчонки утихли. Кто-то отвёл глаза. Кто-то закатил.

Но Маша смотрела только на него.