Тени нашей любви

Глава 2. Сеть без выхода

Ксения всё ещё стояла в центре кабинета, чувствуя, как её дыхание замедляется. Она пыталась осознать, что только что произошло, и что будет дальше. Артемий был рядом, и его присутствие, как остриё ножа, давило на её грудь, не давая дышать. Его взгляд не отпускал её, словно она была пленницей, и её сила сопротивления таяла с каждым его словом.

Она сделала шаг назад, но этого было недостаточно. Он был всегда рядом, всегда был так близко, как нечто неизбежное. Даже когда она отвернулась, его тень всё равно была за её спиной, его голос звучал в ушах, как эхо, которое невозможно заглушить.

— Ты можешь пытаться уйти, — его голос был низким и уверенным. — Но ты не уйдёшь. Ты же знаешь это, Ксения.

Её сердце сжалось, но она не могла признать правоту его слов. Она попыталась найти в себе силы, чтобы ответить ему, чтобы вернуть хоть немного контроля.

— Я не буду частью твоей игры, — её голос был глухим, но твёрдым. Это было последнее, на что она надеялась.

Артемий медленно обошёл её, его шаги звучали по комнате, как удары молота. Она ощущала каждое его движение, даже если он не касался её.

— Ты не понимаешь, — его слова проникали в её сознание. — Ты не можешь не быть частью этой игры. Ты уже здесь, Ксения. Ты сама сделала этот шаг.

— Я не хотела этого, — Ксения чувствовала, как её голос дрожит. Она не могла оставаться спокойной. Все её мысли запутались в том, что происходит между ними.

Артемий замер у окна и, не оборачиваясь, продолжил:

— Ты не можешь вернуться назад. Ты думала, что можешь, но это не так. Ты уже моя.

Он повернулся к ней, и его взгляд встретил её. Его глаза были холодны и бесстрашны. В них не было ни малейшего сомнения. Он был сильным. Он был всем.

— Ты будешь моей, потому что другого пути у тебя нет, — произнес он, и в его голосе не было места для сомнений.

Она замерла. Эти слова звучали как приговор, и, несмотря на её внутреннее сопротивление, в её теле был момент слабости, когда она почувствовала, как его слова проникают в неё, обвивая её, как невидимая сеть.

— Ты всё равно не сможешь меня сломать, — с трудом произнесла она, но сама не верила в это. Его присутствие становилось слишком сильным, и её собственные слова звучали в её голове как эхо.

— Я не собираюсь ломать тебя, — сказал он, подойдя ближе, его дыхание стало слышно. — Ты сама станешь такой, какой я хочу тебя видеть. Ты будешь моей по собственной воле.

Её глаза раскрылись от удивления. Слова, которые он произнес, не имели смысла, но в глубине души она начала осознавать, что он был прав. Он не собирался разрушать её. Он собирался сделать её частью своего мира. И в этом мире она не могла быть ничем иным, как его.

— Ты не понимаешь, — она отступила, но её ноги словно потеряли силу. Он был слишком близко. — Я не хочу быть твоей. Я не могу этого принять.

Артемий стоял перед ней, не двигаясь, и его взгляд, как всегда, был пронизывающим, бескомпромиссным. Он не двигался, не поднимал рук, но в его присутствии было что-то такое, что заставляло её чувствовать себя сжимающейся, как в ловушке.

— Ты не выбираешь, Ксения. Ты уже выбрана, — сказал он, и в его голосе было спокойствие, как у человека, который не боится потерять контроль. — Ты будешь моей. Ты научишься этому. Ты будешь понимать меня. И ты будешь благодарна.

Не думаю, — она качнула головой, пытаясь вернуться в реальность. Но её мысли с каждым моментом становились всё более туманными. Она пыталась бороться, но что-то внутри неё уже начинало смиряться. И это пугает её.

Артемий шагнул к ней. Он не касался её, но в его движении была такая сила, что она почувствовала, как его энергия наполняет её. Её тело напряглось, будто оно интуитивно знало, что у неё нет возможности сбежать.

— Ты будешь моей, — его голос стал тихим, почти шёпотом, но в этом шёпоте было больше силы, чем в крике. — Ты не можешь отказаться. Ты не можешь. Ты будешь рядом. Ты будешь со мной.

Ксения ощутила, как её сердце бешено колотится, а внутри её всё сжалось. Она пыталась отстраниться, но не могла. Всё, что она чувствовала — это безвыходность, как будто её тело не подчинялось её воле.

— Почему ты не отпускаешь меня? — её вопрос был тихим, но полный отчаяния. Она не понимала, почему он не даёт ей выбраться.

— Потому что ты — часть этого мира. И я буду заботиться о тебе, Ксения, — сказал он, и на его лице появилась лёгкая, едва заметная улыбка, как у человека, который точно знал, что его жертва не уйдёт.

— Я не хочу быть частью твоего мира, — она сказала это с болью, с отчаянием. Но уже в её голосе слышалась слабость. Она знала, что её сопротивление было тщетным.

— Ты будешь, — ответил он. И в его голосе не было ни малейшего сомнения. — Потому что тебе нужно это. Ты будешь моей, потому что я — тот, кто тебе нужен.

Она не могла понять, что с ней происходит. Она была женщиной, которая привыкла контролировать свою жизнь, свои решения. Но рядом с ним всё рушилось. Он был силой, которая не поддавалась контролю, и она ощущала, как её собственные стенки разрушаются, как её сопротивление становится слабее с каждым словом.

— Ты не можешь мне сказать, что я должна быть твоей, — её слова звучали всё более беспомощно, но что-то в её голосе всё же пыталось сопротивляться.

Артемий подошёл к ней ещё ближе, так близко, что она почувствовала его дыхание на своём лице. Он был невероятно привлекательным и мощным, и всё в его существе казалось неотразимым. Она не могла оторваться от его глаз, от его энергии.

— Я не говорю тебе, что ты должна быть моей, — его голос стал тише, но от этого не потерял своей силы. — Я просто говорю, что ты уже моя. Ты не сможешь изменить этого.

Ксения чувствовала, как её мысли постепенно начинают путаться. Она пыталась сохранить хоть какие-то остатки контроля, но слова Артемия продолжали звучать в её голове, словно их эхо отдавало болью в груди. Он был слишком сильным, слишком властным. Он был тем, против кого она не могла бороться, как бы сильно ни пыталась.