Тени Ревности

15

Глава 15: Возвращение Тени
Пока Мария, словно цветок, медленно распускалась под тёплыми лучами Жениной доброты, Арсений, в своём мрачном особняке, погружался в собственную агонию. Пустота, оставленная её уходом, не уменьшалась, а трансформировалась в мучительное, жгучее желание вернуть её. Он не мог забыть её лицо, её глаза, полные ненависти, её спокойную решимость, с которой она покинула тот бордель, оставив его гореть в огне собственного поражения. Эта одержимость не ослабевала; она лишь приобретала новые, более тёмные формы.
Его помощник, человек без имени и тени, был его глазами и ушами. Ежедневные доклады о жизни Марии стали для Арсения единственным источником информации, единственной нитью, связывающей его с ней. Он знал о каждом её шаге: о возвращении в университет, о её попытках найти работу, о её встречах с друзьями. И когда в этих докладах всё чаще стало мелькать имя Жени, внутри Арсения вспыхнуло нечто дикое.
"Он проводил её до дома. Снова. И они держались за руки," — бесстрастно доложил помощник, стоя у массивного стола Арсения.
Арсений не шевельнулся. Его взгляд, прикованный к панорамному окну, за которым расстилался город, принадлежащий ему, был пуст. Но внутри него поднималась волна. Не просто ревность, а что-то более глубокое и болезненное. Это была смесь ярости, предательства и глубочайшей боли, которая отсылала его к самым страшным воспоминаниям.
"Мать," — прошептал он, и его голос был похож на скрежет металла. — "Она тоже так ушла. С другим. Оставила меня."
Каждое упоминание Жени, каждое описание их близости, пусть даже невинной, било Арсения по самым больным точкам. Он видел в этом повторение своего детства, когда его мать, устав от его деспотичного отца, сбежала с другим мужчиной, оставив маленького Арсения на попечение равнодушных нянь и телохранителей. Он чувствовал себя брошенным, ненужным, преданным. И теперь Мария, вторая женщина, которую он любил (пусть и своей извращённой, собственнической любовью), повторяла этот сценарий.
Его поведение в бизнесе стало ещё более жестоким и непредсказуемым. Совещания превращались в пытки, где любая мелочь могла вызвать вспышку неконтролируемого гнева. Партнёры, привыкшие к его холодной расчётливости, теперь сталкивались с иррациональной яростью. Сотрудники ходили по струнке, боясь поднять глаза. Договоры расторгались по малейшему поводу, конкуренты уничтожались с особой, садистской изощрённостью. Он не просто вёл бизнес; он вымещал свою внутреннюю агонию на окружающих.
"Этот Женя," — голос Арсения стал низким и опасным. Он повернулся к помощнику, и в его глазах полыхнул дикий, нездоровый огонь. — "Узнай о нём всё. Каждую мелочь. Каждую ошибку. Я хочу, чтобы он исчез. Чтобы он понял, что такое боль."
Помощник молча кивнул. Он знал этот взгляд. Это был взгляд человека, который потерял контроль над собой, но не над своей властью. Он видел, как его босс буквально сходит с ума, но не смел ослушаться.
Арсений снова повернулся к окну. Город, раскинувшийся под ним, казался игрушечным. Но его взгляд был прикован не к зданиям, а к невидимой точке, где-то там, где находилась Мария. Его одержимость достигла пика. Он был готов уничтожить всех, кто встанет между ним и ею. Он считал, что она – его единственная надежда на избавление от этой мучительной, жгучей пустоты. И он не позволит какому-то Жене встать на его пути. Никогда.