Тени старого особняка

Глава 3. Соседка-ведьма

Утро выдалось пасмурным, небо затянули тяжёлые облака, и в саду стояла влажная, настороженная тишина. Анна, почти не сомкнувшая глаз, быстро оделась и, не завтракая, вышла из дома. В кармане у неё лежал амулет, а в сумку она положила несколько писем.

Дорожка к дому Марии Ивановны была заросшей, по утренней траве тянулся туман. Анна чувствовала себя так, будто идёт не к соседке, а к неведомому рубежу, за которым её ждёт нечто важное. Сердце тревожно колотилось в груди.

Дом Марии Ивановны стоял чуть в стороне от остальных, за низким плетнём, увитым диким хмелём. Окна были украшены резными наличниками, на крыльце висели связки сушёных трав и пучки чеснока. Анна невольно вспомнила, как в детстве деревенские мальчишки дразнили Марию Ивановну ведьмой, а взрослые — обходили её дом стороной.

Она постучала в дверь. Ответа не было. Анна уже хотела уйти, как вдруг дверь медленно отворилась, и на пороге появилась Мария Ивановна — в длинной тёмной юбке и шерстяной кофте, с повязанным платком. Её глаза блестели проницательно и чуть насмешливо.

— Рано ты, — сказала она, не спрашивая, зачем Анна пришла. — Проходи, раз уж пришла.

Внутри пахло сушёными травами, мёдом и чем-то терпким, почти горьким. На полках стояли банки с настоями, в углу потрескивала печка. Мария Ивановна жестом указала на табурет.

— Принесла что-то? — спросила она, не сводя глаз с Анны.

Анна достала амулет и письма, не зная, с чего начать.

— Я… нашла это в подвале, — неуверенно сказала она. — И ещё… ночью в доме происходило что-то странное. Я слышала голоса, видела тени…

Мария Ивановна внимательно осмотрела амулет, провела по нему пальцем, потом взяла письма. Её губы беззвучно шевелились, когда она читала строки, будто она знала каждое слово заранее.

— Дом твой неспокойный, — наконец сказала она. — Старый он, много всего повидал. А этот амулет — не простая вещица. Его твоя прабабка носила, да только не уберёг он её…

Анна почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Что это за знаки? — спросила она, показывая символы на амулете и письмах.

Мария Ивановна задумчиво посмотрела в окно.

— Это обереги. Старинные, ещё до церковных времён придуманы. Они отгоняют не всех, только тех, кто без тела, но с памятью. В таких домах, как твой, иногда остаётся не только память, но и злоба. Особенно если кто-то в прошлом был не отпет как следует… или если тайна осталась нераскрыта.

Анна вспоминала письма, в которых постоянно повторялись слова о закрытых дверях, о голосах и о том, что нельзя открывать ночью.

— Почему они зовут меня? — прошептала она.

Мария Ивановна посмотрела на неё пристально.

— Потому что ты — кровь ихняя. Дом тебя признал. Но и старое зло тоже. Теперь всё зависит от тебя: или ты найдёшь, что здесь не завершено, или оно само к тебе придёт.

Анна почувствовала, как тревога сменяется решимостью.

— Что мне делать?

Старуха улыбнулась уголками губ.

— Для начала — не бойся. Страх их кормит. А потом… — Она встала и с полки достала маленький мешочек с сушёными травами. — Вот, возьми. Посыпь по порогу, по подоконникам и у кровати. А ещё — когда услышишь голос, не отвечай и не смотри в глаза тому, кто позовёт. Ищи в письмах правду. Там, где страх, там и ключ.

Анна поблагодарила Марию Ивановну и уже на пороге услышала в спину:

— Если станет совсем худо — приходи ночью. Только не одна.

Возвращаясь домой, Анна чувствовала, что теперь у неё есть не только страх, но и знание. Она решилась узнать всю правду — и защитить себя и дом, каким бы страшным не оказалось прошлое.

Анна шла обратно по заросшей тропинке, крепко сжимая мешочек с травами. Воздух был сырой, и казалось, что за каждым кустом кто-то наблюдает. Но теперь в её душе жила не только тревога — рядом с ней поселилась решимость. Она чувствовала, что не одна: у неё есть поддержка, пусть даже в лице странной и пугающей Марии Ивановны.

Когда Анна открыла калитку, дом встретил её привычной глухой тишиной. Она на мгновение остановилась на пороге, вспомнив слова соседки, и, не разуваясь, прошла в дом. В кухне она разложила письма на столе, но сначала занялась защитой: открыла мешочек, вдохнула терпкий запах трав, и, следуя совету Марии Ивановны, посыпала порог, подоконники и место у своей кровати. Травы рассыпались тускло-зелёным кружевом, и по комнате разлился странный, чуть горьковатый аромат.

Анна почувствовала, как напряжение в груди немного ослабло. Она задвинула засовы на дверях, проверила окна — всё было закрыто. После этого вернулась на кухню и, не удержавшись, перечитала последнее письмо:

"Если кто-нибудь найдёт это письмо — не пытайтесь разгадать все тайны этого дома. Некоторые двери лучше оставить закрытыми."

Но теперь Анна знала: у неё нет выбора. Дом уже выбрал её, и прошлое не отпустит, пока она не узнает всю правду.

Она взяла амулет и села у окна, глядя на сад, где между ветвями яблонь ещё висел утренний туман. В голове роились вопросы: кто эти голоса, что за зло осталось в доме, и почему всё началось именно теперь?