Тени трёх колец

Ответы

Вагон метро дёрнулся так резко, что Лика врезалась плечом в стекло. Острые когти сами выдвинулись, оставив глубокие царапины на металлической стене.

— "Чёртовы московские дороги!" — прошипела она, потирая ушиб.

Но следующее, что произошло, не имело ничего общего с плохими рельсами.

Свет в вагоне погас. Полностью. На несколько секунд воцарилась абсолютная, давящая темнота. Где-то впереди послышался женский крик, кто-то уронил телефон с громким звоном.

Когда освещение вернулось, оно было другим — мертвенно-голубоватым, как свет экрана в тёмной комнате.

— "Что за..." — начал Юки, но его голос замер.

Стены вагона... дышали.

Нет, это не метафора. Металлические панели действительно пульсировали, как живые. Швы между ними сочились чем-то чёрным и вязким, пахнущим медью и разложением.

Алан первым заметил окна. Вернее, то, что в них отражалось.

— "Не смотрите!" — бросился он закрывать глаза Юки, но было поздно.

В стекле, вместо отражения вагона, зиял бесконечный коридор из человеческих фигур. Сотни, тысячи силуэтов, стоящих плечом к плечу. Все — с одинаково пустыми лицами.

Лика резко развернулась к двери — её чёрно-алый хвост распушился до невозможного состояния.

— "Там что-то есть!"

Из тамбура доносилось шуршание. Как будто кто-то огромный медленно проводил когтями по металлу.

Поезд снова дёрнулся, на этот раз так сильно, что Анна упала на сиденье. Лисёнок в её рюкзаке завыл.

Тоннель изменился.

Вместо привычных бетонных колец — теперь это была какая-то органическая масса. Стенки пульсировали, покрытые сеткой вздувшихся вен. Где-то впереди виднелся тусклый красный свет.

Первая тень появилась справа.

Длинные, слишком длинные пальцы обхватили край окна. Чёрные, блестящие, как хитин насекомого.

— "Они нас нашли," — Анна инстинктивно прижала к себе рюкзак с лисёнком.

Вагон затрясся. Пластиковые сиденья начали плавиться, превращаясь в вязкую массу. Потолок над ними прогнулся, будто что-то огромное наступило сверху.

В этот момент первая тень прорвалась внутрь.

Стекло лопнуло не с треском, а с хлюпающим звуком, будто рвалась плоть. Длинные чёрные пальцы вцепились в раму, и оно полезло внутрь высоченное, с вытянутой как у насекомого головой, без глаз, без рта, только щель на месте лица.

Тень протянула руку внутрь — длинные пальцы обхватили плечо Лики.

— "НЕТ!"

Алан швырнул ампулу с экстрактом крови Юки. Розовая жидкость брызнула на тень.

Существо взвыло, не звуком, а самим разрывом воздуха. Его форма заколебалась, как изображение на плохом телевизоре.

— "Они боятся его крови!"

Поезд мчался вперед, подпрыгивая на стыках рельсов, которых уже не должно было быть. Анна вцепилась в поручень, чувствуя, как ее ладони скользят по влажному металлу. Воздух в вагоне стал густым, насыщенным запахом железа и чего-то гнилостного — как старая рана, которую никогда не лечили.

— "Что это?.." — прошептал Юки, его белые уши прижались к голове.

Впереди, там, где тоннель должен был уходить в темноту, теперь сиял разлом.

Это не была просто чернота.

Стены словно разорвались, обнажив нечто, что человеческий мозг отказывался воспринимать. Края разлома пульсировали, как живая плоть, из них сочилась густая, почти черная субстанция. Внутри мерцали красные прожилки, образующие странные узоры, то ли письмена, то ли карту неизвестного мира.

— "Он... дышит..." — Лика отшатнулась, когда разлом расширился, словно втягивая в себя воздух.

Алан резко развернулся к панели управления. Его пальцы летали по кнопкам, но экраны только захлебывались статикой.

— "Мы не можем остановиться!"

Поезд ускорялся.

Стены тоннеля теперь явно сжимались за ними, как кишечник, проталкивающий пищу. Оставшиеся стекла в окнах трескались, не выдерживая нарастающего давления.

— "Твари отступают!" — Юки указал в окно.

Тени, что еще минуту назад преследовали их, теперь замерли на границе разлома. Их вытянутые силуэты колебались, словно испытывая страх.

— "Они боятся..." — Анна почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Воздух загудел, наполняясь низкочастотным звуком, от которого дрожали кости. Пластиковые сиденья начали плавиться, превращаясь в вязкую массу.

— "Держитесь!"

Алан успел схватить Анну за руку. Лика вцепилась в Юки.

Лисенок завыл, его маленькое тело сжалось в комок.

И тогда поезд врезался в разлом.

Сначала была вспышка — ослепительно-белая, выжигающая сетчатку.

Потом тишина.

Абсолютная.

Анна первая пришла в себя. Ее веки дрожали, пытаясь разлепиться после ослепительной вспышки. Когда зрение наконец сфокусировалось, перед ней простиралось бесконечное белое пространство — ни пола, ни потолка, только туманная дымка, расстилающаяся во все стороны.

— "Где... мы?" — ее голос затерялся в пустоте, не дав эха.

Внезапно — вспышка рыжего.

Что-то мелькнуло вдали — огненный хвост, такой же светящийся, как у Алана, но на миг ярче, яростнее. Он прорезал белизну, оставив после себя шлейф искр, и исчез.

— "Вы видели?!" — Алан вскочил на ноги, его собственный хвост вспыхнул в ответ.

Но ответа не последовало.

Мир снова перевернулся.

Анна зажмурилась от резкой боли в висках — и когда открыла глаза, они уже стояли на улице незнакомого города.

Изменения бросались в глаза сразу:

Еще минуту назад была зима, а теперь вокруг золотистая осень. Листья кружились под ногами, теплый ветер играл с рыжими прядями Анны. Лисенок — его не было рядом.

Юки медленно прочитал вывеску на покосившемся здании:
— "Челя...бинск?"

Анна резко обернулась. Её рыжий хвост вздыбился, уши напряглись. Она вдруг начала нервно обнюхивать воздух.

— "Черт... черт, это же..."

Её пальцы сжали кирпичную стену рядом, будто проверяя её реальность.

— "Угол Проспекта Победы и улицы Лесной. Здесь был цветочный киоск... и скамейка где я..."