Тени Весталии

Глава 3

В зале всё ещё витал лёгкий шёпот обсуждений, а на Лилии теперь был прикован куда больший интерес, чем она ожидала. Когда она вышла из центра зала и заняла своё место среди остальных дебютанток, шёпот всё ещё не стихал. Казалось, гости пытались понять — что именно увидела принцесса в новой девушке.

Среди других дебютанток реакция была совсем иной.

Первая — та самая тёмноволосая леди Винчестер, — едва заметно прикусила губу.

— «Неплохо»... — повторила она с фальшивой улыбкой. — Ничего особенного. Наверняка просто удачное освещение.

Рядом стояли две её подруги — близняшки Энн и Эмма Тейлор, которые изобразили утешительные жесты, но в их глазах вспыхнуло что-то явно невдовольное.

— Принцесса никогда не говорит так сразу, — тихо прошептала Эмма. — Обычно она вежливо молчит... или вовсе не смотрит.

— Это случайность, — буркнула Энн. — Она просто устала и решила сказать хоть что-то.

Но по их напряжённым лицам было ясно: они почувствовали угрозу.

Угроза в виде мягкой уверенности Лилии Харпер, которой достаточно одного спокойного выхода, чтобы обратить на себя внимание.

Лилия это заметила, но не позволила себе втягиваться в мелкие игры. Ее взгляд был направлен на другую сторону зала — туда, где стоял её отец.

Господин Харпер наблюдал за дочерью с того момента, как её имя объявили. Когда она подошла к нему после церемонии, он едва заметно положил руку ей на плечо — жест тихий, но очень значимый.

— Ты была великолепна, Лили, — сказал он негромко. — Спокойная, ровная. Ты умеешь держать себя лучше многих тех, кто вырос при дворе.

Его голос был тёплым, но сдержанным — так говорит человек, гордый, но не желающий смущать дочь эмоциями на людях.

— Спасибо, отец, — Лилия улыбнулась. — Но, кажется, я уже успела вызвать недовольство нескольких леди.

На его лице мелькнуло что-то вроде понимания и лёгкой усталой усмешки.

— Зависть — первый признак того, что ты сделала всё правильно, — ответил он. — Главное — иди своим шагом. Королевская чета любит тех, кто не пытается быть кем-то ещё. Ох, что-то я упустил из виду твою мать, наверное снова пошла рекламировать всем мадам Брион.

Лили глубоко вдохнула, собираясь с мыслями.

И вдруг, как будто почувствовав её взгляд, принцесса Виктория мельком обернулась в сторону Лилии.

Не улыбнулась — нет. Но слегка кивнула.

Одобрительно?

Заинтересованно?

Или просто как знак: я за тобой наблюдаю?

Лилия не знала.

Но знала другое:

этот бал только начинается, и то, что произошло сейчас — лишь первый штрих в большой картине светской жизни, полной интриг, роскоши и неожиданных союзников.

Музыка постепенно набирала силу, приглашая гостей на первый танец. Свет от люстр отражался в натёртом до блеска мраморе пола, и весь зал казался живым — будто дышал в одном ритме.

Едва Лилия успела сделать шаг от отца, как к ней подошёл первый поклонник — высокий светловолосый юноша в тёмно-синем фраке.

— Госпожа Харпер, — произнёс он почтительно, кивнув, — это будет честью для меня — пригласить вас на первый танец.

Его голос звучал уверенно, но в глазах мелькнуло явное напряжение. Видимо, он боялся отказа.

Лилия мягко улыбнулась:

— Благодарю, но... мне нужно сделать круг по залу, прежде чем я вступлю в танец.

Юноша слегка поклонился, но разочарование он скрыть не смог. Другие молодые люди, наблюдавшие за этим моментом, переглянулись — для них отказ не означал поражение.

Это был только первый ход.

Она ещё не успела отойти, как рядом возник другой — статный брюнет с темными глазами. Его шаги были уверенными, плечи расправлены.

— Леди Лилия, — произнёс он с слегка загорелой улыбкой, — позвольте мне быть первым, кто поведёт вас в танце. Обещаю — не наступлю ни разу.

Он явно рассчитывал, что её рассмешит его лёгкая шутка.

Лилия улыбнулась вежливо, но ответила так же мягко:

— Уверена, вы танцуете прекрасно. Но прошу простить — я ещё не готова.

Его брови чуть приподнялись, но он не обиделся — лишь с интересом изучал её лицо.

Когда Лилия двигалась дальше по залу, она чувствовала на себе не один и не два взгляда.

Её заметили.

Не из-за одной фразы принцессы — а из-за того, как она держалась.

Среди наблюдающих был господин Ларкстон, наследник одного из древнейших родов, красивый и изящный, словно созданный для светских салонов. «Холодна? Или просто умна...» — будто читалось на его лице. Следом был замечен взгляд молодого барона Саттерлина, мать рассказывала, что он известен своим острым умом и ещё более острым языком. Он смотрел с лёгким интересом, как будто мысленно оценивал, сумеет ли Лилия парировать его остроумие.

Пока Лилия двигалась вдоль зала, принцесса снова взглянула на неё — на этот раз с явным интересом.

Королева что-то тихо сказала дочери, и та чуть улыбнулась, но взгляд её снова стал хитрым, внимательным.

Она любила наблюдать за реакциями мужчин.

А то, что мужчины теперь поворачивались к Лилии — это был новый поворот, который принцесса не могла пропустить.

Неподалёку прозвучал низкий голос одного из аристократов:

— Говорят, Эрцгерцог Рейвенвуд вернулся из Кашира.

— Сегодня? — удивился его собеседник.

— Почти. Прибыл в Валленбург ночью. Но появляться на балу не планировал... пока.

Несколько мужчин взглянули на Лилию вновь, как будто проверяли её реакцию.

Но та лишь подняла подбородок немного выше. Она не собиралась обсуждать мужчину, которого даже не видела.

И это ещё больше привлекло к ней внимание — мужчины ценили достоинство.

Музыка перешла в новый мотив — лёгкий, торжественный, который всегда означал начало официальных танцев. Гости выстроились широким кругом вокруг центра зала. Молодые мужчины начали подводить девушек к танцполу.

Лилия оставалась в стороне, надеясь ещё немного понаблюдать, но не успела — к ней почти одновременно подошли три поклонника.

Первым — юноша в синем фраке, который подходил первым ранее.