Тени Весталии

Глава 21

Утро во дворце началось раньше обычного.

Тахирийская делегация должна была присутствовать на частном завтраке с королевой и узким кругом советников. Это означало строгий протокол, минимум света и максимум дипломатии.

Солнце только поднималось, когда Лилия стояла у окна своей комнаты. Двор казался спокойным, но внутри дворца уже шло движение — слуги, офицеры, камердинеры.

Сегодня всё было иначе.

Теперь при дворе появился новый центр силы. И это чувствовалось.

В кабинете королевы атмосфера была деловой.

Принц сидел прямо, без лишней демонстративности. Рядом — его главный советник, человек с холодным, проницательным взглядом.

Эдмунд находился напротив.

— Мы заинтересованы в расширении морских маршрутов, — говорил принц спокойно. — Но Тахирия должна быть уверена в стабильности партнёров.

Маргарет ответила ровно:

— Стабильность — то, чем мы гордимся.

Лёгкая пауза.

— В отличие от некоторых государств, — добавил Эдмунд.

Советник Тахирии едва заметно напрягся.

Принц улыбнулся.

— Перемены не равны нестабильности.

— Иногда равны, — ответил Эдмунд.

Это был не спор. Это было прощупывание.

Маргарет наблюдала.

Она видела больше, чем говорилось вслух.

— Мы обсудим детали после официальной части визита, — подвела итог королева. — Пока же предлагаю сосредоточиться на культурной программе.

Это означало: достаточно.

Но напряжение осталось.

Тем временем в саду Лилия прогуливалась с Викторией.

Воздух был прохладным, свежим.

— Он необычный, — тихо сказала Виктория.

— Принц?

— Да.

— В каком смысле?

Виктория задумалась.

— Он не флиртует ради игры. Он будто проверяет, можно ли мне доверять.

Лилия улыбнулась.

— Это звучит серьёзнее, чем танец на балу.

— Возможно, — тихо ответила принцесса.

Они остановились у фонтана.

— А ты? — спросила Виктория. — Ты чувствуешь, что всё становится… больше?

Лилия кивнула.

— Раньше это были просто взгляды. Теперь это государства.

И в этот момент по гравию послышались шаги.

Рейнольд Ларкстон.

Он поклонился.

— Прошу прощения, что нарушаю утреннюю прогулку.

— Вы не нарушаете, — спокойно ответила Виктория.

Он обратился к Лилии:

— Мне необходимо поговорить с вами позже. О делах, которые касаются вашего отца.

Она напряглась.

— Что именно?

— Возможный контракт с тахирийской стороной. Я бы не хотел, чтобы Харперы оказались вне игры.

Он говорил искренне.

Но в его словах чувствовалась стратегия.

— Я передам отцу, — ответила она.

Эдмунд наблюдал издалека.

Он видел, как Ларкстон разговаривает с ней.

И это ему не нравилось. Не из ревности.

Из подозрения.

Позже, в личной библиотеке, Эдмунд встретился с королевой.

— Он осторожен, — сказал он о принце.

— И амбициозен, — добавила Маргарет.

— Если в Тахирии начнётся борьба за трон, нам придётся выбирать сторону.

Королева кивнула.

— И ты уже выбрал?

Эдмунд задумался.

— Я выберу того, кто не станет угрозой для Виктории.

Маргарет внимательно посмотрела на него.

— Или для Лилии?

Он не ответил.

Но молчание сказало достаточно.

К полудню дворец наполнился слухами.

Кто-то из тахирийской свиты был замечен ночью с тайным письмом. Один из послов отправил срочного гонца обратно на восток.

Это было неофициально.

Но достаточно, чтобы напряжение возросло.

И Лилия впервые почувствовала лёгкий холод.

Она стояла в галерее, глядя на двор.

Эдмунд подошёл к ней.

— Вы слышали?

— Да.

— Это может стать опасным.

— Для кого?

Он посмотрел на неё серьёзно.

— Для всех, кто окажется слишком близко.

Она поняла.

— Вы думаете, Виктория…

— Я думаю, — перебил он мягко, — что этот визит не просто дипломатия.

И их взгляды встретились.

Мир вокруг становился шире, и опаснее.

Утро после тревожных слухов выдалось неожиданно ясным.

В галерее, залитой холодным зимним светом, Лилия стояла у длинных окон и смотрела на двор. Внизу гвардейцы сменяли караул, слуги спешили по своим делам — жизнь шла спокойно.

Слишком спокойно.

Эдмунд вошёл бесшумно.

— Вы искали меня? — спросил он.

Она повернулась.

Сегодня в её взгляде не было привычной искры спора. Была задумчивость.

— Нет, — мягко ответила она. — Я ждала вас.

Он остановился напротив.

— Что случилось?

Лилия глубоко вдохнула.

— Расследование дела Ривенделла завершено. Его пособники арестованы. Мне больше ничего не угрожает.

Он кивнул.

— Это так.

— Значит… — она выдержала паузу, — мне, вероятно, пора вернуться домой.

Тишина.

Его лицо не изменилось.

Но взгляд стал жёстче.

— Домой?

— Я скучаю по семье. По обычной жизни. По тому, где не каждый шаг — политика.

Он медленно подошёл ближе.

— Вы хотите покинуть дворец.

— Не навсегда, — тихо добавила она. — Но… на время.

Он долго смотрел на неё.

— И вы решили это сами.

— Да.

— Не советуясь со мной.

Она чуть приподняла подбородок.

— Я свободна принимать решения.

— Я не оспариваю вашу свободу.

Но в его голосе появилось холодное напряжение.

— Я лишь пытаюсь понять, — добавил он, — это бегство или пауза?

— Это дыхание, — ответила она мягко.

Пауза затянулась.

Он кивнул.

— Я не стану вас удерживать.

Но её сердце болезненно сжалось.

Потому что это прозвучало слишком ровно.

— Вы злитесь.

— Нет.

Ложь.

Она шагнула ближе.

— Эдмунд…

Он отвёл взгляд.

— Вы правы. Вам ничего не угрожает. Вы можете вернуться к семье.

И добавил тише:

— Если это то, чего вы хотите.

Она чувствовала — за спокойствием кипит другое.

Но не стала давить.