Тени Весталии

Глава 26

Залы дворца были украшены к приёму. Золотые люстры отражали свет сотен свечей, и воздух наполнялся ароматом цветов, свежей выпечки и дорогих духов. Дворяне стекались со всех уголков Весталии, обсуждая предстоящие события

Все внимание переключилось на Лилию, когда она вошла в зал. На ней было платье утонченного фасона, с лёгкой драпировкой из шёлка и бархата, цвета мягкой слоновой кости с золотым отблеском. Каждое движение ткани ловило свет свечей, словно она сама сияла.

Но главное — украшения. Фамильные, подаренные Эрцгерцогом, когда он делал предложение: ожерелье с драгоценными камнями и изящная тиара, передающая власть и статус. Каждый элемент говорил о том, что она теперь официально рядом с ним, и что Рейвенвуд заботится о ней не только как о невесте, но и как о любимой женщине, которой доверяет самое ценное.

Эдмунд шёл рядом, гордый и властный. Его взгляд постоянно был на ней, словно он охранял каждое её движение.
Он был властью, которая могла одним взглядом заставить шептаться весь двор.

Король поднялся с трона, а зал стих.

— Дорогие друзья и придворные, — начал он, — я рад объявить дату свадьбы Эдмунда Рейвенвуда и Лилии Харпер.

Зал зашумел, перешептывания усилились. Некоторые дамы едва скрывали недовольство.

Но Эдмунд не позволил слухам жить. Он шагнул вперёд, держа руку чуть за спиной Лилии, чтобы все видели: она рядом с ним.

— Любое сомнение в достоинстве моей невесты — это сомнение во мне, — его голос был ровным, властным, но не громким. — И я лично прослежу, чтобы никто не позволил себе шептать лишнее.

Зал замер. Шепоты прекратились. Взгляды, которые пытались блуждать, теперь застыли.
Никто не осмеливался спорить.

Лилия слегка коснулась руки Эдмунда, а он, не убирая взгляда с зала, едва заметно сжал её ладонь.

— Союз моего брата и леди Лилии, — продолжил король. — это не только личное счастье. Это начало новой страницы для нашего дома.

В зале стало тихо.

Он посмотрел на Эдмунда.
Потом на Лилию.

— Свадьба состоится в день весеннего равноденствия.

Лёгкий вдох прокатился по залу.

— В день, когда свет и тьма равны. Когда мир обретает равновесие. Когда зима уступает место весне.

Он чуть улыбнулся.

— Пусть их союз будет таким же. Силой и мягкостью. Сталью и светом. Властью и сердцем.

Маргарет мягко добавила:

— И пусть в их доме всегда будет больше света.

Гул одобрения прошёл по залу.

Лилия медленно повернулась к Эдмунду.

— Равноденствие… — тихо повторила она.

Он смотрел на неё так, будто в зале больше никого не существовало.

— Баланс, — произнёс он спокойно. — Ты и я.

Она улыбнулась.

— Значит, ты — тьма?

Он чуть наклонился к её уху.

— Я — всё, что понадобится, чтобы тебя защитить.

— А я?

Он выдержал паузу.

— Ты — то, ради чего стоит держать равновесие.

Впервые за вечер его взгляд стал не холодным, не властным.

Тёплым.

После главной новости сезона — напряжение в зале не исчезло — оно изменилось.

Теперь это было не сомнение.
Это было изучение.

Кто-то оценивал Лилию.
Кто-то искал изъян.
Кто-то завидовал.

Но сегодня она выглядела не как девушка «ниже по статусу».

Она выглядела как будущая хозяйка дома Рейвенвудов.

Свечи отражались в камнях её ожерелья. Фамильная тиара тонко мерцала в волосах. Платье струилось при каждом шаге, подчёркивая её осанку — прямую, спокойную.

Эдмунд заметил, как несколько молодых аристократов слишком долго задержали на ней взгляд.

Его пальцы едва заметно напряглись.

— Ты сейчас кого-то казнишь мысленно? — тихо спросила Лилия, даже не поворачиваясь.

— Возможно.

— Не смей.

Он склонился ближе.

— Они смотрят.

— Конечно смотрят. Я в твоих украшениях.

Он усмехнулся.

— В моих.

— Эдмунд…

Она мягко коснулась его руки, предупреждающе.

Он сделал вдох. Отпустил напряжение.

Музыка сменилась — объявили первый танец. По правилам бала он должен был открыть его.
С ней.

Первый танец как будущих супругов

Когда он подал ей руку, в зале стало тихо: не мёртвая тишина — внимательная.

Все смотрели.

Он вёл её уверенно. Его ладонь на её талии была твёрдой, почти собственнической.

Она чувствовала это.

— Ты слишком напряжён, — прошептала она, двигаясь в такт музыке.

— Потому что весь двор считает, что имеет право обсуждать тебя.

— Пусть обсуждают.

— Мне это не нравится.

Она подняла на него взгляд. Спокойный. Тёплый.

— Тогда перестань вести себя так, будто собираешься объявить им войну.

— А если собираюсь?

— Тогда я первая тебя остановлю.

На мгновение его губы едва заметно дрогнули.

Он притянул её ближе — в рамках приличий, но чуть ближе, чем требовал танец.

— Ты уверена, что готова к этому? — тихо спросил он. — К жизни рядом со мной? Это не будет спокойно.

Она выдержала его взгляд.

— Я уже рядом с тобой.

Музыка ускорилась.

Он закружил её, и платье вспыхнуло светом свечей.

В этот момент никто в зале не видел ту юную дебютантку. Все видели женщину, которая стоит рядом с ним по праву.

Когда танец закончился, к Лилии приблизилась герцогиня Роузвелл.

— Ваше платье… поразительно. Почти королевское.

Лилия улыбнулась.

— Почти?

— Ну… до свадьбы всё-таки ещё больше месяца.

Прежде чем Лилия успела ответить, рядом появился Эдмунд.

— Для неё королевского достаточно уже сейчас.

Его голос был вежлив, но холоден.

Герцогиня побледнела.

— Я… не имела в виду ничего…

— Прекрасно. Потому что иначе вам пришлось бы выбирать слова тщательнее.

Она поклонилась и поспешила удалиться.

Лилия повернулась к нему.

— Ты опять.

— Что?

— Запугиваешь весь двор.

— Только тех, кто забывает границы.

Она вздохнула, но улыбнулась.

— Ты невозможен.