Тени за волнами

Глава 6

Мы с Эйлин сидели на каменной ограде у всеми забытого старого пирса, на который редко приходил кто-то кроме меня или моего горе-соседа. Это было идеальным местом, чтобы послушать музыку или поболтать без свидетелей. Ветер с залива поднимал пряди рыжих и светлых волос, а небо клонилось к вечернему серому.

— Мне нужно тебе кое-что сказать, — Эйлин не смотрела в глаза. Она сидела рядом, свесив ноги, будто собиралась сбросить в воду груз, который тянула на себе.

Я молча ждала, уже тогда зная, что она скажет.

— Это я. Я… рассказала девчонкам в школе. О Бруклине. Про тот случай в школьной газете. Я не думала, что всё обернётся вот так, что эти девочки проболтаются, а опасный старшеклассник начнёт тебя шантажировать этим, — голос у Эйлин дрожал. — Тогда мы едва знали друг друга, и… я просто ляпнула это кому-то из них в раздевалке. А потом уже, видимо, было поздно. Я правда сожалею. Очень. Мне так стыдно, Хейли.

На несколько секунд повисла тишина. Только плеск воды и далёкий крик чаек. Я смотрела прямо перед собой, затем, с трудом сглотнув, медленно сказала:

— Признаться, я жалею, что рассказала тебе что-то настолько личное в ту первую неделю. Просто ты казалась… ну, дружелюбной. Мне хотелось кому-то довериться. Я и Финну Маккану много чего о себе выдала, о чём теперь пожалела. А насчёт того, что ты не ожидала… что ж, Эйлин, это было довольно глупо и наивно с твоей стороны, полагаться на доверие. Ты же сама им и разболтала, надеясь, что слух не дойдёт до остальных. Так и работают сплетни.
— Я знаю, — прошептала Эйлин, всё ещё не поднимая глаз. — Я всё испортила. Это может… подорвать твою репутацию в новой школе, и тебя могут не взять в нашу газету…

— Не думаю, что Финн Маккан продолжит распространять эту информацию. Не похоже на его стиль, — я его почти не знала, но почему-то была уверенна в этом. — К тому же, он почти ни с кем в школе не общается, и его все ненавидят, — это было чистой правдой. — Я прощаю тебя, Эйлин. Каждый может ошибиться. Нельзя в этом винить человека всю его жизнь.
Эти слова дались мне нелегко, но они были искренними. Эйлин резко повернулась ко мне, её глаза блестели от слёз, но теперь в них читалось и облегчение.

— Спасибо, Хейли. Правда, спасибо. Я постараюсь помочь тебе с тем, чтобы тебя приняли в нашу школьную газету. Правда, у тебя талант, я читала твои старые статьи, которые ты выкладывала на Фейсбуке[1], и мне они очень понравились!

Я собиралась подать заявку на вступление в редакцию школьной газеты на днях, и даже подготовила портфолио, основанное на моих старых лучших выпусках из прежнего места.

Позади нас раздался голос:

— А вы чего ревёте? Кто-то умер?

Фрэнк подошёл, неся в руках три стаканчика с горячим шоколадом. Он явился как всегда кстати.

— Всё нормально, — сказала я, натянуто улыбаясь.

— Я вас не понимаю, — пробормотал он, протискиваясь и садясь между нами. — Девчонки, вы как будто одновременно хотите убить друг друга и обняться.

— Добро пожаловать в наш мир, — усмехнулась Эйлин, вытирая глаза краем рукава.

Фрэнк протянул ей стакан. Она взяла его и вдруг задержала взгляд на его лице дольше, чем следовало бы. Это было не просто «спасибо», это был особый взгляд. Тот самый. Чуть удивлённый, чуть растерянный, с долей неосознанного интереса.

Я заметила и почувствовала лёгкий флёр симпатии между ними, но вслух ничего не сказала. Ни к чему смущать ребят.

Почти сразу я мысленно одобрила то, как разворачиваются события. Фрэнк и Эйлин были бы очень милой парой.

Что бы это ни значило — Эйлин, со всеми своими крайностями, наконец-то посмотрела на кого-то не в куртке из кожзама и с мотоциклом, а на Фрэнка. На тихого, доброго, умного Фрэнка, с которым мы перечитывали Сестру Кэрри и обсуждали Джейн Эйр.

И пусть мир вокруг был всё ещё запутанным, вдруг стало немного светлее. Мои друзья со мной честны, и они рядом.

Когда я вернулась позднее обычного домой, меня застала у порога мама. Я виновато поглядела на неё, слегка улыбнувшись:

— Мы немножко забылись во времени с друзьями.

Мама посмотрела на меня с интересом и без осуждения:

— С друзьями? — вскинула бровь Мейрин. — Ты уже завела друзей, Хейли… я за тебя рада.

— Я познакомлю тебя с ними, как представится возможность, — пообещала я ей, снимая обувь и скидывая верхнюю одежду на старинную вешалку.

— Ужин на столе, дорогая. Я хотела у тебя кое-что ещё спросить. Возле дома часто проходит один мальчик, — заметила с нейтральным подтоном мать, позволяя мне пройти вперёд на кухню. — Кажется, он из твоей школы, я не уверенна. Кайл с мальчишками заметили его в окне, и твой брат во всеуслышание заявил, что этот мальчик…

— Что, мама? — завопила я, злясь на брата и понимая, о ком идёт речь. — Не тяни.

— Что ты влюбилась в него по уши, — с безобидной усмешкой протянула неспеша мать, позволив себе добрую улыбку.

— Я убью Кайла за то, что он распускает лживые слухи! — процедила я, выбегая из кухни и поднимаясь по лестнице в комнату младшего брата.

— Хейли, он ничего такого не хотел сказать. К тому же, с его детской наивностью, смею полагать, что ему могло просто показаться! — кричала мне вдогонку мама, но я её уже не слушала.

Когда я распахнула дверь, то обнаружила Кайла мирно сопящим в своей постели. Он уже сделал все уроки на завтра и лёг спать.

Я застыла возле входа в комнату, тяжело дыша. Брат продолжал крепко спать. Мне в какой-то момент хотелось прикончить Кайла, но, когда я увидела, как он мирно пребывает в объятиях Морфея, решила отступить назад. Завтра с ним расквитаюсь.

За завтраком я всё же отчитала брата, посмевшего делать такие громкие заявления и компрометировать меня и мои тайные чувства.

— Кайл, я ни в кого не влюбилась по уши, тебе ясно?

Мейрин наблюдала за нами с молчанием и покорностью.

— Ты смотришь на него каждый раз, как мы проходим мимо его старого дома, — по-детски наивно пробубнил Кайл, не особо обращая внимания на мою злость.