Тени за волнами

Глава 12

Дома было тепло, и пахло облепиховым чаем. Я занесла матери в комнату её косметику — сегодня я накрасилась с её помощью. Сама я не очень хорошо умела делать макияж, большую часть времени лишь наносила слой туши на ресницы и оттеночный блеск на губы. Этого было вполне достаточно, чтобы придать моим природным чертам выразительности, но мало для того, чтобы скрыть редкие веснушки и тонкую белую кожу. Румянец появлялся на щеках лишь тогда, когда я испытывала какие-то сильные эмоции. Например, когда рядом был Финн Маккан — одного его присутствия хватало, чтобы вогнать меня в краску.

Мама умела быть женственной и подчёркивать свою красоту, и я старалась перенять это от неё. А Кайл, он мальчишка, ему будет всё равно, даже если на него наденут мешок. Ему было важно, чтобы одежда и причёска не мешали резвиться и бегать. Я бы хотела младшую сестру, чтобы наблюдать за тем, как она вырастает и становится похожей на меня, помогать в учёбе и женских штучках. Что же мне делать с мальчишкой? Я никогда не смогу пойти с Кайлом на шоппинг, хоть и не любила этим заниматься слишком часто. Может, мама когда-нибудь ещё решится родить третьего ребёнка? С другой стороны, я подозревала, что это существенно осложнит нашу с братом жизнь. Мама станет уделять нам меньше времени, и этот ребёнок никогда не будет нашим абсолютно родным родственником. Только по крови матери. Отец, он не вернётся к маме, а она не вернётся к нему. Я загрустила, но отбросила эти мысли почти сразу. Мама улыбается, здесь и сейчас, — а это самое важное.

Рори… он другой, не как папа. Они с матерью в детстве часто пасли овец, прыгали с пирса в ледяную воду, мечтали вместе сбежать в Дублин. Я узнала об этом, когда вечером воскресенья она предложила поговорить наедине за яблочным пирогом и тёплым чаем.

— Но мечтам этим не суждено было сбыться. Я уехала, чтобы учиться в Америке, а Рори остался ухаживать за больной матерью-одиночкой и землёй, — грустно сказала мать, глядя на своё отражение в чашке. Я с тревогой сжала кружку в ладонях, согревая их, и заодно своё ноющее сердце. — Он не мог её оставить. Она была слишком слаба, до того дня, когда спустя пять лет скончалась от тяжёлой болезни. Мы переписывались все эти годы, что я училась, а он жил в Браннелэй и был талантливым хозяином фермы и единственной душой рядом с этой бедной женщиной. Я мало с ней общалась, но все те разы, что мы сидели вместе на их скромной кухне, запомнила хорошо. Мы делали блинчики и много смеялись. Это было очаровательное время в моей юности, Хейли, — мама прослезилась и тут же смахнула непрошеные слезы. Я бережно взяла её слегка влажную ладонь в свои руки. — Веришь или нет, а за все годы, проведённые в Ирландии, я так и не побывала в Дублине. А он жил там, какое-то время. Надеялся, что я к нему приеду, заведу с ним семью. Он присылал много писем в те годы, предлагал взять все расходы на себя. Но проблема была не в деньгах. Тогда я повстречала твоего отца, и спустя недолгое время забеременела тобой.

— О боже, — не сдержала тихий возглас, полный сожаления, я.

— Нет, не говори так, —слегка усмехнулась Мэйрин, отпивая напиток. — Я ни о чём не жалею, Хейли, знай это. Я рада, что встретила тогда Джонатана, твоего отца, и что у нас родилась ты, а затем и Кайл. Вы чудесные дети, и я даже не могу представить, что бы я делала без вас.

— Ты так говоришь, потому что уже ничего нельзя изменить, — произнесла я едва слышно и без всякой обиды. — В глубине души я тебя понимаю. Это так паршиво, мам, осознавать, что ты жила все эти годы не с тем человеком!

— Да, милая, ты права, уже и правда ничего не изменишь. Но я верю в то, что мы можем навсегда изменить свою жизнь сейчас, — тепло улыбнулась она, и я погладила её по светлым волосам, что так любила рассматривать и трогать в детстве.

Послышались шаги сзади. Я обернулась и обнаружила Рори, застывшего в проходе.

— Я вам не помешал, милые дамы? — он так широко улыбнулся матери, что я вдруг поняла, что он способен сделать её счастливой. Все эти годы он не заводил семью. У него не было детей. Он жил и верил, что однажды она к нему вернётся. Это было романтично и в то же время так ужасно! Его жизнь стояла на паузе, пока мама была с папой!

Мне вдруг стало жаль Рори. Но разве это не было его выбором?

— Хейли, я зайду к тебе в комнату позже, — произнесла мать, её глаза засияли. Я покинула кухню. В груди что-то сжималось. Мне было обидно за то, что их судьбы надолго разъединились, но если бы этого не произошло, меня бы просто не было, также как и моего младшего брата. От этой мысли по спине пробежались мурашки.

Я пообещала, что постараюсь полюбить нового маминого приятеля, чего бы мне это не стоило. Он был так добр к ней, ко мне и Кайлу, что у меня просто не оставалось выбора.

После ванных процедур я переоделась в ночную светлую сорочку из лёгкой ткани, заплела волосы в небрежную косу и подошла к окну. Приоткрыв шторы, я увидела, как на небе мерцают звёзды, услышала, как стрекочут сверчки в кустах. Ирландия — мой новый дом. И я здесь не новый гость. Тогда почему на сердце так одиноко после этой вечеринки, и душу будто сковало прочными нитями?

Я распахнула форточку. В тёмную комнату ворвался северный ветер. Я поёжилась, но не сразу закрыла окно. Держась руками за плечи, я смотрела вдаль, в кусты за деревьями, надеясь, что он вот-вот оттуда выйдет. Может быть, он в этот поздний час выгуливает своего пса — он часто так делает. Но Финна нигде не было.

Когда я совсем озябла, пришлось закрыть форточку и задёрнуть плотнее шторы. Даже сквозь ткань в комнату пробивался серебряный небесный свет. Я приподняла одеяло, чтобы лечь в постель. Коснулась своего кулона на груди — внутри была фотография, моя с дедушкой, а само украшение было в форме маленького золотого сердца с бриллиантом. Это было его подарком, незадолго до кончины. Дедушка бы меня понял сейчас, в эти минуты, когда весь мой мир переворачивается с ног на голову. Он всегда знал, что сказать, где проявить чуткость, а где лучше промолчать. Дедушка не со всем был также мил, как со мной, но я была для него особенной и вселяла в душу надежду и любовь. Это были слова моей мамы.