Тени забвения

8 глава

Во сне было тепло.
Я стояла во дворе, воздух был свежим, пахло травой, а тёплые руки мягко обнимали меня, укрывая от всего мира. Женщина. Пожилая, но родная. Её лица я не видела, только ощущала этот тихий, уютный момент, словно я снова ребёнок, которому ничего не нужно бояться.
— Ты моя девочка, — услышала я едва различимый голос, пропитанный лаской и заботой.
Я хотела спросить, кто она. Хотела разглядеть её черты.
Но вместо этого мир внезапно расплылся, сменился тьмой, и я резко открыла глаза.
Утро
На потолке играли слабые тени, просачиваясь сквозь панорамные окна. Я пару секунд вглядывалась в них, стараясь успокоить дыхание. Сон. Всего лишь сон.
Я медленно повернула голову чтобы посмотреть на часы. 08:00 утра.
Закрыв глаза, я несколько секунд просто лежала, пытаясь вытолкнуть остатки сна из головы. Знакомое ощущение. Эти сны преследовали меня не первый раз, но ни разу не давали ответов. Всегда только обрывки.
Я вздохнула и села, убирая волосы назад. Надо вставать.
Натянув тёплый свитер поверх футболки, я открыла дверь спальни и вышла из комнаты. К моему удивлению, Йен уже не спал. Он сидел на белом диване, одной рукой держал чашку с кофе, а другой лениво переключал каналы по телевизору. На нём были серые спортивные штаны и чёрная футболка. Волосы растрёпаны после сна, очки на месте. Он выглядел так, будто утро его не касается — спокойный, сосредоточенный, в своём мире.
Я кашлянула, давая знать о своём присутствии.
— Где ванная?
Йен даже не посмотрел на меня, продолжая листать каналы.
— Вторая дверь налево.
Коротко, без лишних слов.
Я только кивнула и направилась в указанную сторону, чувствуя лёгкое напряжение в воздухе. Мы всё ещё сохраняли дистанцию. И, похоже, оба понимали, что так будет ещё долго.
Ванная
Я закрыла за собой дверь и наконец огляделась.
Как и вся квартира, ванная комната была просторной, оформленной в тех же сдержанных тонах. Серые стены с лёгкой текстурой бетона, чёрные металлические детали, идеально ровный тёплый пол. Большое зеркало на полстены, встроенная в стену подсветка, придающая комнате мягкий, почти уютный свет.
Душевая кабина из прозрачного стекла с матовыми вставками занимала угол, а напротив неё располагалась широкая раковина с чёрной мраморной столешницей. На полке рядом — аккуратно разложенные флаконы с каким-то дорогим, минималистичным оформлением. Он явно не любил загромождать пространство.
Здесь всё выглядело идеально. Будто никто здесь и не жил.
Я подошла к раковине, открыла кран и набрала в ладони ледяную воду. Плеснула на лицо, резко вздохнув от холода.
Чёрт, вот теперь бодрит.
Я выпрямилась, медленно поднимая взгляд на себя в зеркало.
Уставшее лицо. Влажные пряди тёмных волос и красных прядей прилипли к щекам. Глаза слегка покрасневшие от недосыпа. Я провела пальцами по коже, словно пытаясь понять, действительно ли это я.
Все эти события, сны, контейнер, ограбленная квартира, убийства..
Слишком много всего сразу.
Прислонившись спиной к мраморной столешнице, я выдохнула и снова взглянула на отражение.
Иногда мне казалось, что я живу не свою жизнь.
Я ещё раз посмотрела на себя в зеркало и прищурилась, пытаясь заглянуть в глубину своего взгляда, будто там, в отражении, мог скрываться ответ.
Мне снова снилась та женщина. Тёплые объятия, двор, залитый солнцем, лёгкий ветер, треплющий мне волосы. Я не видела её лица, но ощущала тепло.
Кто она?
Почему мне кажется, что я знаю её?
Я нахмурилась, оттолкнувшись от раковины, и открыла шкафчик в поисках полотенца, нашла стопку аккуратно сложенных белых полотенец и взяла одно.
Сон всё ещё не выходил из головы.
Память работала странно. Я помнила вещи, которые случались со мной год назад, помнила даты, детали расследований, даже случайные встречи с источниками. Но стоило мне копнуть глубже, в детство, — там была пустота.
Я встряхнула голову, пытаясь избавиться от навязчивых мыслей. Какой в этом смысл? Всё равно ни к чему они меня не приведут.
Вдохнув глубже, я сложила полотенце и повесила его на крючок, затем открыла дверь и вышла в коридор. В квартире было тихо. Йен сидел там же, где и раньше, на диване, погружённый в утренний выпуск новостей. Я прошла в кухню, двигаясь на автомате. Здесь всё было таким же безупречным, как и в остальных комнатах. Минимум предметов, максимум функциональности. Чёрные фасады, гладкие столешницы, дорогая техника. Казалось, здесь не готовили, а лишь выставляли кухню напоказ.
Порывшись в шкафу, я нашла чай.
Наполнив чайник водой, я поставила его на плиту и скрестила руки на груди, ожидая, когда он закипит.
Нужно отвлечься.
Чай — хорошая идея.
Я слышала, как Йен оторвался от телевизора, но не сразу посмотрела в его сторону. Только когда он заговорил, я подняла взгляд.
— Что собираешься делать дальше?
Я немного замешкалась, вытащив чашку из шкафа.
— Не знаю, — призналась честно, наливая кипяток в кружку. — Мы же решили залечь на дно, не буду пока к себе привлекать лишнее внимание. Буду просто ходить на работу и писать то, что скажет главный редактор.
Йен молча кивнул, словно этот ответ был для него ожидаемым. Я поставила чашку на стол, а он перевёл взгляд на чайник, который всё ещё стоял на плите.
— Если хочешь сладкого к чаю, — спокойно сказал он, — в шкафу есть конфеты.
Я удивлённо приподняла брови.
— Ты ешь сладкое?
— Нет, — ответил он безразлично. — Они просто есть.
Ну, почему бы и нет? Я открыла шкаф и увидела там аккуратно сложенную коробку с шоколадными конфетами. Взяла несколько и захлопнула дверцу.
С чашкой в одной руке и конфетами в другой я повернулась к дивану, где сидел Йен.
— Ты не против, если я присяду?
Он посмотрел на меня через очки и просто кивнул.
— Нет, садись.
Я опустилась на другой конец дивана, сделав глоток чая. Тепло разлилось внутри. Я сделала ещё один глоток чая и задумчиво посмотрела на телевизор. Он был включён, но я даже не пыталась понять, что там показывали. Голова всё ещё была занята мыслями о ночном сне и беспорядке в квартире.
— Ты часто так помогаешь людям, с которыми едва знаком? — спросила я, переведя взгляд на Йена.
Он даже не повернулся, продолжая смотреть в экран.
— Нет, — ответил он сухо.
— Тогда чем я заслужила такую честь? — усмехнулась я.
Йен чуть заметно пожал плечами.
— Не знаю. Может, решил помогать бездомным.
Я закатила глаза.
— Ты всегда такой грубый?
Он наконец-то повернул голову ко мне, но его выражение лица было всё таким же безразличным.
— А ты всегда такая раздражающая?
Я молча схватила пару конфет и запустила в него. Они мягко ударились о его плечо и грудь, упав на диван.
Йен странно на меня посмотрел. Не то чтобы раздражённо или удивлённо — скорее задумчиво. Как будто что-то вспоминал.
— Твои привычки вообще не изменились, — произнёс он после паузы. — Всё так же кидаешься конфетами.
Я застыла с чашкой в руках.
— Что?
— Ничего.
Йен отвёл взгляд, поднял одну из конфет и небрежно положил на стол рядом с собой. И больше ничего не сказал. Он просто поднялся с дивана, сунул руки в карманы и направился в другую комнату.
Я проводила его взглядом, всё ещё переваривая его последние слова.
“Твои привычки вообще не изменились…”
В груди странно сжалось. Как будто я что-то должна помнить. Как будто это действительно было когда-то со мной.
Я сделала глоток чая, но он уже успел остыть.
Почему он сказал это так, будто знал меня раньше? Будто видел, как я делала это раньше?
Я посмотрела на разбросанные конфеты на столе. Одна из них скатилась к краю, зависла, а потом сорвалась вниз, ударившись об пол. Я машинально сжала чашку в руках, всматриваясь в пустое пространство перед собой.
В голове было слишком много вопросов.
Допив чай, я поставила чашку в раковину и медленно провела по ней пальцами.
Работа.
Даже несмотря на всё это, жизнь должна продолжаться. Мы решили пока залечь на дно, но это не значит, что я должна сидеть без дела.
Я выдохнула, сгоняя ненужные мысли, и направилась в комнату. Зайдя внутрь, я автоматически посмотрела в окно. Город за стеклом жил своей жизнью: машины ехали по улицам, люди куда-то спешили, всё было как обычно. Будто ничего не произошло.
Нужно собраться. Просто делать то, что я всегда делала. Ходить на работу. Писать статьи. Вести себя так, будто меня не пытались запугать. Я наклонилась к сумке, вытащила из неё тёмно-синий кардиган, белую футболку и джинсы. Что-то простое, удобное, ничего вызывающего. Бросив одежду на кровать, я подошла к зеркалу. Волосы спутались после сна, но возиться с ними не хотелось. Я собрала их в небрежный пучок, закрепив резинкой, и провела пальцами по лицу.
Накрасится?. Зачем? Я и так выгляжу достаточно собранной. Только блеск для губ — лёгкий, почти незаметный, просто чтобы не чувствовать сухости.
Я натянула джинсы, заправила в них футболку и накинула кардиган. Куртку оставила напоследок.
Вздохнув, я взяла её в руки, перекинула сумку через плечо и вышла из комнаты.
У двери почти нос к носу столкнулась с Йеном. Он явно собирался куда-то идти — был уже в кроссовках, накинул чёрную толстовку поверх футболки конечно же его очки были на месте. Волосы всё такие же взъерошенные, но теперь уже намеренно.
Он скользнул по мне взглядом и кивнул:
— Подвезти?
— Справлюсь.
Он пожал плечами, не настаивая.
— Ну, сама знаешь.
Я не ответила, просто прошла мимо и направилась к выходу.
Утро было пасмурным, воздух тянул холодом, хотя весна уже вступила в свои права. Дороги ещё блестели от недавнего дождя, в лужах отражались серые небеса, а проезжающие машины оставляли за собой тонкие водяные брызги. Ветер трепал волосы прохожих, заставляя их поправлять шарфы и плотнее закутываться в пальто.
Я поймала такси у обочины и забралась в тёплый салон. Водитель молча кивнул, принимая заказ. Машина плавно тронулась с места, увозя меня сквозь пробуждающийся город. Сквозь окна мелькали силуэты людей, направляющихся по своим делам, кофейни, из которых доносился аромат свежесваренного эспрессо, и газетные киоски с утренними выпусками.
Я опустила голову, глядя в телефон, но мысли всё равно витали далеко.
Когда такси остановилось у здания редакции, я поспешно расплатилась, вдохнула прохладный воздух и направилась внутрь. В коридорах царила привычная суета — кто-то спорил возле кулера, кто-то с бешеной скоростью печатал на клавиатуре, а телефоны не умолкали ни на секунду. Я уже прошла половину пути к своему столу, когда из-за поворота вышел Харпер — главный редактор.
— Райт, — позвал он, останавливая меня.
— Да? — я взглянула на него, настраивая себя на серьёзный лад.
Харпер выглядел, как всегда, идеально собранным: выглаженный пиджак, пристальный взгляд из-под очков, чашка кофе в руке.
— Пока что забудь о расследовании. Возьми тему для ленты.
Я нахмурилась, но не стала спорить. Всё логично: меньше шума, меньше внимания.
— Хорошо, — коротко ответила я.
Харпер кивнул и ушёл, а я продолжила путь к своему столу.
— Доброе утро, — раздался знакомый голос.
Я не успела даже поставить сумку на стол, как рядом появился Макс.
Он выглядел, как обычно. Светло-каштановые кудри в лёгком беспорядке, густые тёмные брови, раскатистый голос, лёгкая полуулыбка. Рубашка нараспашку — одна пуговица, как всегда, расстёгнута, рукава закатаны до локтей, классические брюки идеально сидят. Он был довольно симпатичным мужчиной но совершенно не в моем вкусе.
— Устал? — спросила я, мельком глянув на него.
— Да нет, это просто мой естественный вид, — усмехнулся Макс, облокотившись о край моего стола.
Я хмыкнула.
Макс всегда был на моей стороне. Даже если я ввязывалась в очередную безумную историю, он только качал головой, но неизменно помогал. И если честно, мне это нравилось.
Я вспомнила, как мы впервые сработались. Тогда у меня был непростой материал, и всё шло к тому, что я просто провалюсь. Макс вмешался в самый последний момент, найдя нужного человека для интервью. С тех пор мы стали хорошими коллегами, а я поняла, что, несмотря на его внешнюю лёгкость, он не так уж прост.
— О чём задумалась? — спросил он, выдернув меня из мыслей.
— Да так, — ответила я, улыбнувшись краем губ.
Я развернулась к компьютеру, открывая новую страницу. Макс какое-то время молча наблюдал за мной, потом лениво сложил руки на груди.
— Так что там Харпер тебе сказал? — спросил он.
Я вздохнула.
— Дал мне другую тему. Сказал, пока что отложить расследование.
— Ну, логично, — он кивнул. — После того, что случилось с Винсентом, лучше не лезть на рожон.
Я промолчала, отвернувшись к экрану. Да, логично. Но это не значит, что я перестану копать. Макс прищурился, будто разглядел что-то в моём лице.
— Ты ведь всё равно не собираешься бросать это дело, да?
Я медленно повернула голову, встретившись с его взглядом.
— А ты как думаешь?
Он усмехнулся.
— Я думаю, что если ты вдруг решишь вляпаться в очередную опасную ситуацию, то хотя бы предупреди меня заранее.
Я чуть улыбнулась.
— Буду иметь в виду.
— Вот и отлично, — он хлопнул по моему столу. — Ну а теперь рассказывай, что там за скучная тема тебе досталась?
Я кивнула на экран.
— Что-то про городское благоустройство.
— О-о-о, ну это, конечно, потрясающе, — с притворным энтузиазмом протянул Макс. — Как раз мечтал почитать о новых парковках и велосипедных дорожках.
— Тогда можешь написать статью вместо меня, — парировала я.
— Не, спасибо. У меня ещё есть инстинкт самосохранения.
Я усмехнулась, а он ухмыльнулся в ответ.
Время текло медленно. Я пыталась сосредоточиться на статье, но мысли постоянно ускользали. Пальцы печатали слова, но голова была занята совсем другим — Картером, портом, тем, кто вломился в мою квартиру. Макс, сидевший за соседним столом, работал над своей статьёй, но время от времени я чувствовала на себе его взгляд. Он знал, что меня мучает, но не давил. И это было в его стиле — просто быть рядом, пока я сама не решу заговорить. Мой документ заполнялся текстом, но он казался пустым.
Слишком механическим. Я перечитывала свои слова, вздыхала и удаляла предложения, снова начинала с начала.
Так продолжалось, пока Макс не хлопнул ладонью по столу.
— Всё, хватит, — сказал он.
Я оторвалась от экрана и подняла на него взгляд.
— Что?
— Ланч. Мы идём в кафе.
— Макс, я работаю.
— Ты не работаешь, а мучаешься, — он картинно закатил глаза. — Давай, Райт, тебе нужно отвлечься.
Я уже собиралась возразить, но он с ухмылкой добавил:
— И да, это был не вопрос.
Я усмехнулась и покачала головой.
— Ладно. Надеюсь, ты хотя бы выберешь место с хорошим кофе.
— Не сомневайся, — Макс довольно усмехнулся и потянулся за курткой. — Пошли.
Я выключила монитор, взяла телефон и встала. Впервые за весь день почувствовала, как ноет спина. Наверное, перерыв мне и правда не повредит.
Кафе, в которое нас привёл Макс, оказалось небольшим, но уютным. Деревянные столики, мягкий свет и запах свежеиспечённого хлеба создавали почти домашнюю атмосферу.
Мы заняли стол у окна, откуда открывался вид на улицу. Я машинально провела пальцем по краю меню. Макс сделал заказ первым — чёрный кофе и круассан.
— А ты? — спросил он, когда официантка перевела на меня взгляд.
— Капучино и… — я пробежалась глазами по меню. — И сэндвич.
Официантка кивнула и ушла.
Макс откинулся на спинку стула, сложив руки на груди.
— Ну, Райт, что с тобой творится?
Я нахмурилась.
— В смысле?
— В смысле, ты ходишь с таким лицом, будто думаешь не о журналистских расследованиях, а о том, как с этим миром попрощаться, — в его голосе скользнуло беспокойство.
— Не драматизируй, — я устало улыбнулась.
— Так что происходит?
Я задумалась. Стоило ли ему рассказывать? Макс всегда был на моей стороне, но чем меньше он знал, тем лучше.
— Просто много работы, — ответила я, делая вид, что рассматриваю интерьер.
Макс усмехнулся.
— Райт, ты отвратительно врёшь.
Я вздохнула.
— Просто… не хочу говорить об этом.
Он пару секунд молча смотрел на меня, а потом кивнул.
— Ладно. Но если передумаешь, знай, что я всегда готов слушать.
Я благодарно улыбнулась, а в этот момент официантка принесла наш заказ.
— За ланч, который поможет тебе не свихнуться, — сказал Макс, поднимая чашку.
— За него, — я коснулась своей чашки о его, прежде чем сделать первый глоток.
Вкус кофе немного вернул меня к реальности.
Я только успела сделать второй глоток кофе, как по периферии зрения уловила знакомый силуэт у входа.
Йен.
Он заметил нас почти сразу. В его взгляде мелькнуло что-то, но я не успела это толком разобрать, потому что в следующий момент Макс, к моему полному удивлению, поднял руку и махнул ему:
— Приятель!
Йен приподнял бровь, но всё же двинулся в нашу сторону. Подойдя ближе, он усмехнулся:
— Давно не виделись.
Я уставилась на него в немом вопросе. Они что, знакомы?
Макс посмотрел на меня и, похоже, понял, что я в полном недоумении. Он открыл рот, чтобы начать объяснять, но Йен его опередил:
— Не обязательно, — лениво произнёс он. — Она буквально живёт под моей крышей.
Я чуть не подавилась своим кофе.
Макс нахмурился.
— В каком смысле?
Йен пожал плечами, абсолютно невозмутимо:
— В прямом. Мы живём вместе.
Макс медленно перевёл взгляд на меня.
— Это не то, что ты думаешь! — быстро сказала я, поднимая руки, словно сдаваясь.
Макс вскинул брови.
— Да я даже не знаю, что тут думать. Может, ты мне объяснишь?
Я открыла рот, чтобы найти хоть какое-то логичное объяснение, но Йен, разумеется, не мог упустить шанс вставить свою реплику.
— Всё вышло случайно, — сказал он, пожав плечами. — Она просто с небес на голову мне упала со своими проблемами.
Он уселся за наш стол, явно наслаждаясь ситуацией.
— Ты наслаждаешься, да? — тихо спросила я, сузив глаза.
Йен едва заметно усмехнулся и сделал невинное лицо.
— Да что ты, Райт. Просто констатирую факты.
Макс перевёл взгляд с меня на него и обратно, потом вздохнул:
— Отлично. Значит, теперь мне точно нужно объяснение.
Я вздохнула, понимая, что деваться некуда.
— Слушай, Макс, это действительно не то, о чём ты подумал. — Я постаралась говорить как можно спокойнее. — Просто у меня возникли… неприятности. И Йен согласился помочь.
Макс прищурился, явно не удовлетворённый ответом.
— Согласился помочь? — медленно повторил он. — Ты же не проехала мимо его дома и не подумала: «О, а не переехать ли мне к этому парню?»
Йен усмехнулся и, сложив руки на груди, с явным интересом наблюдал за нашей беседой.
— Почти так и было, — хмыкнул он. — Только с немного большим драматизмом.
Я закатила глаза.
— Кто-то вломился в мою квартиру, Макс. Всё перевернули вверх дном. А потом пропала одна важная папка.
Он моментально посерьёзнел.
— Чёрт… И ты сразу к нему?
— Не сразу, — пробормотала я, отводя взгляд.
Йен наклонился вперёд, опершись локтями на стол.
— Ты ведь знаешь, Райт, что когда ты так отвечаешь, это звучит подозрительно?
Я метнула в него предупреждающий взгляд, но он, конечно, не обратил внимания.
Макс посмотрел на меня, потом снова на него.
— Ладно, допустим, ты помогаешь. — Он снова обратился к Йену. — Но почему ты выглядишь так, будто это самое забавное, что с тобой происходило за последнее время?
Йен усмехнулся:
— Потому что так оно и есть.
Я закатила глаза и отпила свой капучино, мысленно считая до десяти.
— Короче, Макс, можешь не беспокоиться. Всё под контролем.
— Угу, точно под контролем, — с сарказмом отозвался он. — Именно поэтому ты переехала к типу, которого, как я понимаю, практически не знаешь?
— Мы работаем вместе, — подчеркнула я.
— И живём вместе, — напомнил Йен с показным безразличием.
Я чуть не впечатала ладонь себе в лицо.
Макс провёл рукой по волосам, будто обдумывая всё это, а потом покачал головой:
— Ладно. Буду считать, что ты знаешь, что делаешь.
— Знает, знает, — с ухмылкой вставил Йен.
Я бросила на него испепеляющий взгляд, но он только пожал плечами.
Макс вздохнул и вернулся к своему ланчу.
— Ладно, но если что-то пойдёт не так, зови.
— Учту, — сказала я, вновь бросая взгляд на Йена, который выглядел так, будто вся эта ситуация его откровенно развлекала.
Я постучала ногтем по чашке, раздумывая.
— А вы как познакомились?
Макс улыбнулся и покосился на Йена:
— Он мне помог найти важные данные для одной статьи. Ты должна помнить, Харпер тогда дал мне премию.
Я нахмурилась, вспоминая. Точно. Макс тогда несколько недель носился с каким-то расследованием, копался в документах, а потом вдруг выдал мощный материал, и Харпер был в восторге.
— Подожди… — я перевела взгляд на Йена. — То есть это ты тогда нарывал данные?
Йен, казалось, едва сдерживал ухмылку.
— Я просто немного направил его в нужную сторону.
— Немного? — фыркнул Макс. — Если бы не ты, я бы в жизни не нашёл эти файлы.
Я прищурилась, разглядывая Йена с новым выражением.
— Ну надо же, наш мистер Декарт прям божий посланник, помогает всем бедным и несчастным, — протянула я с нескрываемым сарказмом.
Йен наконец-то позволил себе усмехнуться.
— Конечно. Именно так меня и называют.
— Ага, в твоих мечтах.
Макс только качал головой, наблюдая за нашим обменом колкостями.
— И вы живёте вместе, — пробормотал он себе под нос.
— Вынужденно, — одновременно ответили мы с Йеном и посмотрели друг на друга.
Макс усмехнулся.
— Что ж, удачи вам, соседи.
Йен бросил на меня короткий взгляд, но промолчал, а я просто закатила глаза.
Макс откинулся на спинку стула, осушил остатки своего кофе и хлопнул меня по плечу:
— Ладно, дружище, мы пойдём. Нам ещё нужно доделать дела в офисе, — он бросил взгляд на Йена.
Тот кивнул, явно не особо расстроенный таким поворотом событий. Он допил свой чай, поставил чашку на стол и наконец посмотрел на меня.
— Встретимся дома.
Я едва не подавилась своим чаем.
Этот тип специально это делает?
Макс, разумеется, не мог оставить такое без комментария. Он усмехнулся и покачал головой:
— Знаете, вам совсем не идёт это вынужденное соседство. Скорее похоже, будто вы пара.
Я закатила глаза.
— Не преувеличивай, — буркнула я, поднимаясь со стула. — Обычно он немногословен, но сегодня почему-то решил порадовать своей речью.
Йен ничего не ответил, но уголки его губ дёрнулись вверх, он оказывается умеет улыбаться.
Макс бросил на него задумчивый взгляд, но спорить не стал. Он просто пожал плечами, затем махнул мне рукой:
— Пошли, Райт. Нас ждёт куча работы.
Я кивнула и направилась к выходу вместе с ним, чувствуя, как взгляд Йена прожигает мне спину. Ну и день.
Мы шли по улице, и я чувствовала, как Макс бросает на меня взгляды. Он явно хотел что-то сказать, но выжидал момент.
— Знаешь, — начал он наконец, засунув руки в карманы, — а Декарт довольно странный.
Я фыркнула.
— Ты только сейчас это понял?
Макс усмехнулся, качая головой.
— Нет, но его реакция на тебя какая-то… необычная.
Я подняла брови.
— Не знаю, о чём ты.
— Конечно, не знаешь, — протянул он с ухмылкой. — Но он смотрит на тебя не так, как на других.
Я закатила глаза.
— Может, потому что я буквально живу у него в квартире?
— Возможно, — кивнул Макс, но потом добавил: — Хотя, по-моему, дело не только в этом.
Я не стала ничего отвечать, просто ускорила шаг. Этот разговор меня раздражал.
К счастью, когда мы вернулись в редакцию, Харпер уже ждал нас с новыми правками. Я вздохнула с облегчением — наконец-то можно отвлечься от этих нелепых разговоров и просто заняться работой.
Остаток дня прошёл в привычной суете: звонки, правки, обсуждения. Я с головой ушла в работу, стараясь не думать ни о Максе, ни о Йене, ни о странных словах, что они оба сегодня сказали. К вечеру, когда офис начал пустеть, я дописала последний абзац статьи и выдохнула. Встав из-за стола, я потянулась, размяла затёкшую шею и взглянула на часы. Уже поздно. Пора ехать “домой”.
Как только я вышла из здания редакции, мне сразу захотелось вдохнуть свежий воздух. После долгого дня за компьютером даже прохладный вечерний ветер был приятным. Я огляделась, размышляя, поймать ли такси или пройтись. Решив всё-таки не рисковать, я вызвала машину. Ожидание заняло не больше пары минут. Забравшись внутрь, я назвала адрес и откинулась на спинку сиденья, закрыв глаза.
День выдался напряжённым, но самое сложное, как ни странно, ждало меня впереди. Ведь мне предстояло снова оказаться под одной крышей с Декартом.
Когда такси остановилось у нужного адреса, я не сразу вышла. Сидела, глядя в окно на высокое здание, освещённое уличными фонарями.
Зайти внутрь казалось таким простым решением. Но мне было не по себе. Может, всё-таки поехать домой? Но нет. Там небезопасно. Как бы ни раздражал меня Йен, но сейчас рядом с ним я была в большей безопасности, чем одна в собственной квартире.
Я тяжело вздохнула, заплатив водителю, и, взяв свои вещи, медленно пошла к входу.
Как и ожидалось, Йен был в своей привычной позе — развалился на диване, закинув одну руку на спинку, а в другой держал чашку кофе. Очки всё так же сидели на переносице, а свет от экрана телевизора отражался в стёклах.
— Поздно ты заканчиваешь, — произнёс он, лениво переводя на меня взгляд.
Я закатила глаза.
— Старалась время потянуть, чтобы физиономию твою меньше видеть, но, к моему великому сожалению, не получилось, — с сарказмом бросила я.
Йен ухмыльнулся.
— Да неужели? А я думал, ты проводила время со своим Максом.
Я нахмурилась, подойдя чуть ближе.
— Кстати, насчёт этого… Что ты устроил в кафе?
Он вскинул руки вверх, изображая невинность.
— В смысле? Я вёл себя как обычно.
Я прищурилась. Что-то в нём изменилось. Куда-то пропало вечное безразличие.
— Обычно из тебя одно слово вытянуть сложно, а там ты прямо распелся.
Он усмехнулся.
— Мне было просто интересно посмотреть на твою реакцию.
Я скрестила руки на груди.
— Я тебе что, подопытная крыса, чтобы ты за моей реакцией наблюдал?
Йен посмотрел на меня, прищурившись, а затем с ноткой сарказма произнёс:
— Что тебе плохого сделали крысы, что ты их так оскорбляешь сравнивая с собой?
Мои губы приоткрылись от возмущения
Этот человек… Иногда мне казалось, что он состоит из одной лишь холодности и сарказма. В его голосе всегда скользила отстранённость, а во взгляде читалось безразличие ко всему происходящему. Казалось, его вообще ничего не волновало. Грубость у него шла по умолчанию, как неотъемлемая часть характера.
Не раздумывая, я сбросила сумку на пол вместе с курткой и медленно подошла к нему, делая вид, что ничего не затеваю.
Йен с интересом наблюдал за мной, явно не ожидая подвоха.
А я в следующий миг бросилась на него.
Он охнул от неожиданности, но я уже начала колотить его кулаками, не особо заботясь о точности ударов. Йен сначала попытался увернуться, но затем только рассмеялся, перехватывая мои руки.
— Серьёзно? Ты решила меня забить до смерти?
Я вырвала руки и резко схватила его за шею, притягивая ближе. Йен удивлённо выдохнул, но губы его всё равно дрогнули в ухмылке.
— Ты совсем рехнулась?
— Надеюсь, усвоил свой урок, — сказала я, глядя ему прямо в глаза.
Но прежде чем я успела отпустить его, он внезапно схватил меня за запястья, развернул и уложил на диван, нависая сверху. Его движение было молниеносным. Я не успела понять, что происходит, как оказалась прижатой к дивану, его сильные пальцы крепко сжимали мои запястья.
Я затаила дыхание.
Йен нависал надо мной, его лицо было пугающе близко — слишком близко. Я могла видеть, как напряглась его челюсть, как свет отражался в его глазах. Они были холодными, но в этом холоде теплилось что-то ещё, неуловимое.
Я чувствовала его вес — тяжёлый, не дающий ни малейшей возможности вырваться, но при этом он не причинял мне боли. Просто удерживал, полностью контролируя ситуацию.
Грудь сжалась от какого-то странного чувства, смесь раздражения и чего-то более глубокого, чего-то, что я не хотела признавать. Сердце билось слишком быстро, словно пыталось вырваться наружу.
Его запах коснулся меня едва уловимо — что-то свежее, холодное, с оттенком горьковатого кофе и лёгкого намёка на древесные ноты. Неужели я вообще обратила внимание на такие детали в подобный момент?
Моё дыхание стало прерывистым.
Я попыталась отвернуться, но между нами было так мало пространства, что даже малейшее движение только сильнее подчеркивало нашу близость. Щека едва не коснулась его, и я почувствовала тепло его кожи.
Это было неправильно. Абсурдно. Я не должна была замечать, насколько он красив вблизи.
И всё же…
Резкие черты его лица теперь казались ещё более притягательными. Высокие скулы, тонкая линия губ, чуть нахмуренные брови. Очки, которые он почти никогда не снимал, теперь немного сползли, открывая ещё больше его внимательного, пронзительного взгляда.
— Твоя тактика не изменилась, — произнёс он, скользя взглядом по моему лицу. — Но есть одно «но»… Я изменился.
Я затаила дыхание, но тут же нахмурилась.
— Слезь с меня, Декарт.
— А если не хочу? — его голос звучал слишком спокойно, но в глазах проскользнул тот самый блеск — развлекался он.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось от его слов. От его взгляда.
— Тогда мне придётся сделать это самой, — прошипела я, приподнимаясь, но Йен не дал мне и шанса.
Он двинулся быстрее, чем я успела осознать. Теперь его руки были по обе стороны от моей головы, а его тело — слишком близко. Тепло, исходящее от него, почти обжигало.
Я чувствовала его дыхание у самого лица. Чувствовала, как напряжены его мышцы, как будто он готовился к чему-то… Но к чему?
— Ты правда думаешь, что я отпущу тебя так просто? — его голос звучал низко, почти хрипло, и я не могла не заметить лёгкую усмешку в уголке его губ.
— Думаю, что ты слишком переоцениваешь свою власть, — бросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
— Правда? — он склонился ниже, и теперь между нами осталась буквально пара миллиметров.
Я напряглась, чувствуя его запах — он был слишком притягателен
Глупо.
Йен был нахалом. Хамом. Чертовски раздражающим человеком.
И вдруг раздался резкий звук.
Телефон.
Я дёрнулась, словно меня только что поймали на чём-то запретном. Йен заметил это, но лишь усмехнулся и нехотя отстранился, позволяя мне подняться.
— Кажется, кто-то спас тебя, — заметил он.
Я тут же вскочила, не глядя в его сторону, и нагнулась за сумкой и курткой, чувствуя, как к щекам приливает жар.
Чёрт, почему мне вдруг стало так некомфортно? Я должна была быть злой, раздражённой, но вместо этого…
Телефон завибрировал снова.
Я тряхнула головой, стараясь не думать о том, что только что произошло, и быстрыми шагами направилась в свою комнату.
Закрыв за собой дверь, я выдохнула и посмотрела на экран.
Мама.
Я на секунду замерла, прежде чем нажать кнопку ответа.
Наши отношения с мамой всегда были… сложными. В подростковые годы мне казалось, что мы разговариваем на разных языках. Она пыталась контролировать каждый мой шаг, давала бесконечные советы, которые я не просила, а я в ответ только мечтала поскорее съехать от родителей и зажить своей жизнью.
И, наконец, у меня это получилось.
Я отдалилась, научилась сама справляться с проблемами, выстроила границы. Но от этого наши разговоры не стали проще. Каждый звонок сопровождался странной смесью раздражения и лёгкой вины.
Телефон всё ещё вибрировал в моей руке.
Я вздохнула, провела пальцем по экрану, заставляя себя ответить:
— Алло…
— Ривьера, — голос матери прозвучал ровно, но мне не нужно было её видеть, чтобы понять: она чем-то недовольна.
Я медленно опустилась на кровать, крепче сжав телефон.
— Да, мам.
— Почему я должна звонить тебе первой? Ты вообще собиралась выходить на связь?
Я стиснула зубы. Тот же разговор, что и всегда.
— Мам, у меня была работа, — спокойно ответила я.
— Работа? И это оправдание? — она тяжело вздохнула. — Ривьера, ты ведёшь себя безответственно. Я переживаю, а ты даже не удосужилась отправить сообщение.
Я закатила глаза, но промолчала. Спорить с ней — бесполезно.
— Ладно, — продолжила мать, видимо, решив сменить тему. — Как у тебя дела?
— Нормально.
— Это всё, что ты можешь сказать?
— Да, — отрезала я.
Между нами повисла напряжённая пауза. Я знала, что она сейчас подожмёт губы, недовольная моей краткостью, но мне не хотелось углубляться. Не хотелось обсуждать свою жизнь.
— Ты, случайно, не заболела? — наконец спросила она. — Голос у тебя какой-то… уставший.
Я потерла виски.
— Всё хорошо, просто день тяжёлый.
— Хочешь, я приеду?
Я резко выпрямилась.
— Нет!
— Почему?
— Просто… не нужно. У меня всё в порядке, мам. Честно.
Она замолчала, и на секунду мне показалось, что она сейчас снова заведёт свою пластинку. Но потом я услышала короткий вздох.
— Хорошо, доченька, не буду настаивать.
Я облегчённо прикрыла глаза.
— Спасибо.
— Но если что-то случится — звони мне. Не делай всё сама, как ты привыкла.
Я знала, что она это скажет.
— Ладно, — ответила я, хотя мы обе понимали, что этого не случится.
— Береги себя, — мягко добавила мать.
Я кивнула, даже зная, что она этого не видит.
— Спокойной ночи, мам.
— Спокойной ночи.
Я сбросила звонок и откинулась на подушку, выпуская воздух. В груди неприятно сжалось. Я убрала телефон в сторону и устало прикрыла глаза. Разговор с матерью всегда оставлял после себя странное ощущение — смесь раздражения и чего-то похожего на вину. Хотя виноватиться мне было не в чем.
Медленно поднявшись, я подошла к комоду и вытащила свою пижаму — мягкие хлопковые шорты и просторную футболку. Заменив дневную одежду на ночную, я машинально провела пальцами по волосам, собирая их в небрежный пучок.
Комната была тихой, только приглушённый свет настольной лампы освещал пространство. Я бросила быстрый взгляд на дверь, словно проверяя, нет ли за ней Йена, хотя понимала, что он не станет меня беспокоить.
С этими мыслями я забралась в кровать, натянула на себя одеяло и глубоко вздохнула. Но стоило сомкнуть веки, как в голове снова вспыхнули обрывки воспоминаний — женский голос, тёплые объятия, детский смех…
Я сжала пальцы на ткани одеяла и резко перевернулась на другой бок, пытаясь прогнать образы, которые не давали мне покоя.
Но прежде чем разум окончательно провалился в сон, перед глазами возникло другое воспоминание — тяжёлый взгляд Йена, жар его тела, нависшего надо мной, его дыхание, касавшееся моего лица. Эта проклятая близость, от которой сердце пропустило удар.
Я открыла глаза, раздражённо вздохнув.
Какого чёрта я вообще об этом думаю?
Стиснув зубы, я снова зажмурилась и заставила себя сосредоточиться на тишине комнаты.
В конце концов, мне нужно хотя бы немного выспаться.