Тени забытых империй

Глава 1

Кавасаки буквально выдернул товарищей из-за стола. Низенький, коренастый, смуглолицый, то ли от природы, то ли от космического излучения, которое хоть и убирается большей частью генераторами магнитный полей, да нет-нет и просочиться. Силы тем не менее он был необычайной. Что двухсотфунтовый Эрлих, с его шестью футами двума дюймами, что ненамного отстающий по параметрам Джованни, оба вылетели со своих мест как пробки из бутылок, стоило мрачному телохранителю старика взять из за шкирки. Чуть позднее они едва ли не кубарем выкатились из таверны, получив каждый по паре увесистых затрещин.

За порогом же таверны встретил их раскалённый Иберийский воздух, который застыл подобно расплаву меди, окутав собой строения, деревья и редких, в этот уже послеполуденный час прохожих.

Да и те что были, старательно переходили на другой бок улицы. Потому как перед таверной стояло два тщательно ухоженных броневика, в которых человек знающий тут же бы опознал “Писмейкера 4”.

С первого взгляда было видно, что за машинами присматривает настоящий профи. Колеса, как мог бы подметить тот же знающий человек, были старательно заменены на более новые модели от послераскольного “Агрегатора”, от него же были и элементы активной брони. Смотрелись последние несколько нелепо, но похоже у механика другого выхода просто не было.

Оригинальных комплектующих на “Писмейкера" спустя столько лет после того, как производство сгинуло в пучинах геены Раскола было уж и не сыскать.

Однако поди ж ты, вот они стоят, ещё одни реликты эпохи ушедшей, и не только на ходу, как можно судить по урчанию электродвигателей, но и в прекрасной форме. Вокруг бронемашин расположилось человек шесть-семь солдат в черном, все с оружием.

Вот в борт второго броневика и впечатался Эрлих после очередной затрещины, полученной от мрачного Кавасаки.  Эрлих никак не мог прийти в себя от резкой перемены обстановки.

Вот только что он сидит и пьет с разговорчивым стариком в плаще, который столько интересного им с Джованни рассказал, о космосе и планетах, о прошлом и настоящем, о наземниках и орбиталах. А тут этот старик похоже сам оказался одним из оных, таинственных и страшных орбиталов. И не старым дедом из обслуги, который на старости лет решил вернуться в колыбель человечества, когда уже хочется относительного покоя. Который, покой то, тем ближе, чем больше смог за службу накопить у занебесных хозяев.

Оказался старик тем самым Кептеном Онтарио, кому и принадлежал весь сектор Иберия, размером ни много, ни мало с четверть дораскольной Испании. А это было сорок шесть тысяч квадратных миль поверхности и без малого шесть миллионов подданных.

Обычные наземники жизнь проживают, так и не увидев своего господина в живую. Изображения в газетах это да. Записи по радио время от времени, когда ослабевали до сих пор терзающие матушку Землю пространственные шторма, наследники того самого который и довершил собой Великую войну и поверг человечество, а заодно и Пришедших в руины.

Металлический борт броневика и момент перехода потенциальной энергии в кинетическую тем не менее смогли привести Эрлиха в чувство, однако чуть не лишили сознания. Пока он пытался протолкнуть немного живительного воздуха в взявщуюся спазмом грудную клетку, из-за спины послышалась ругань его закадычного приятеля. Однако Джованни не успел перейти и на второй уровень английского производственного, который он знал достаточно неплохо, благо подростковые годы он провел помогая отцу в порту, как звук двух отрывистых ударов поставил точку в его монологе.

- Будь моя воля, отбросы, я бы вас тут же в пыль закатал. Но приказ Кептена был взять вас на борт. Поэтому живо в отсек и завалить хлебала. Иначе зубы я вам в глотки вобью вместе со словами. Вопросы есть?

Вопросов после короткой речи скорого на расправу Кавасаки не оказалось. Едва восстановивший, после удара грудью о броневик, дыхание Эрлих, равно как и держащийся за челюсть Джованни молча, если не считать лёгкого покряхтывания южанина, полезли в открытый люк десантного отсека “Писмейкера”.

Разместившись там на лавках, товарищи перевели дух.

- Ни хера себе съездили на трактор посмотрели - только и смог прошептать себе под нос Эрлих.

***

За двадцать шесть лет своей жизни Эрлих первый раз попал в такой переплет. Да и Джованни , будучи на год старше, вряд ли когда-нибудь ранее бывал в подобной ситуации.

Благо знали они друг друга уже лет двенадцать, можно было понять кто чем дышал. Джованни был родом из сектора Милано, но в Кампелл его родители, а также братья с сестрами перебрались когда ему было от роду полгода. Так что он можно сказать был местным почти изначально. Эрлиха судьба закинула на юг уже в возрасте четырнадцати лет. Родители его погибли в результате вспышки лихорадки Темзы, этой чумы двадцать второго века, и оставшись сиротой, юный Эрлих двинул через всю Европу к родному дядьке, осевшему в вотчине Онтарио ещё до рождения Эрлиха.

Благо поезда ходили исправно, паромы тоже, и за восемь дней, подросток из скандинавских доминионов клана Томсена оказался в Кампелле, практически на берегу Средиземного моря. Хорошо что хватило семейных сбережений.

Дядька Олаф принял горемычного племянника и как смог заменил ему семью. Своих детей он не имел, с женой разошелся, так что все хорошее, что было в его грубой фермерской душе, он передал Эрлиху. Равно как и наследство, сто пятьдесят акров паршивенькой каменистой земли, лежащие за околицей городка, и находящиеся в совместном с Кептеном владении. Все недвижимое имущество в секторе находилось в совместном с синьором владении. Исключения из этого правила было только одно, это единоличное владение синьора.