Тени знают мое имя

Глава 7

Я спешила как могла. Теперь уже не было нужды себя останавливать. Даже более того, промедление могло стоить сестры. Сердце ритмично и сильно билось, разгоняя горячую кровь по венам, дыхание выверено, взгляд сосредоточен. Каждая мышца послушно выполняет свою миссию.

Оказывается, времени было гораздо меньше, чем я рассчитывала. Его не было совсем.

Я уже сошла с дороги, надеясь незаметно нагнать повозки, которые направлялись к особняку волков. Так хотелось воспользоваться полным объёмом своих сил, но рисковать никак нельзя.

Утренняя прохлада липла к коже, туман клубился у ног. Рассветное солнце робко раскрашивало всё вокруг золотом.

Я ощущала, как внутри нарастает беспокойство. Каждое сердце в этом лесу било с опаской — от моего собственного до лесных существ, прячущихся в тёмных углах между стволами.

Я уже слышала, как едут повозки по ухабистой дороге. Это единственный путь к логову оборотней. Другого нет. И пользуется ею только для этого случая – привести дань. А особняк всё ближе и ближе.

Где-то впереди мелькнуло движение. Я напряглась, но это был лишь ветер, что играл с листьями.

Тут что-то выскочило мне навстречу. Я, оступившись, не смогла удержаться и со всего размаху рухнула на землю, на свою неудачу покатилась в небольшой овраг. Услышала уже знакомый хруст костей. Опять рёбра. Теперь уже точно перелом, ещё и болезненный ушиб. Я оставалась какие-то секунды лежать неподвижно, сопровождая каждый вдох легким, еле заметными движениями груди.

Больно, очень больно.

При таком поверхностном дыхании и запахи чувствуются плохо. И перед закрытыми глазами красные пятна раздражают и болезненно отдаются в затылок, затупляя ориентацию в ощущениях. И лишь открыв глаза, я по-настоящему поняла, насколько затупляет.

В двух метрах от меня стоял огромный волк и скалился. Нет, не волк. Волка бы я не испугалась. Он стоял и смотрел, принюхиваясь и тихо рыча.

Я, пересиливая боль, приподнялась и приготовилась отползать, в надежде, что именно этого зверь и ждёт. Но не успела сделать и одного болезненного движения, как оборотень в единственный прыжок оказался возле меня и, положив огромную лапу на плечо, пригвоздил обратно к земле. Я подчинилась. Лежала, еле дыша. Даже если бы состояние позволяло полноценно делать вдохи, я бы не смогла, чувствуя на себе это жгучее прикосновение.

По мере того как боль притуплялась, проходил и страх. На его место пришло желание посмотреть в глаза зверю. Почему-то я была уверена, что в нём не должно быть ни капли ярости. Я и волк встретились взглядами. Нет, это не глаза волка. Чёрные, уже знакомые. Он смотрел выпытывающе, будто хотел задать вопрос.

Меня же накрыло неожиданное желание сорваться с места и убежать. Но убежать, чтобы он догнал. Незнакомое желание пугало своею остротой.

– Что здесь? – чей-то раздражённый голос заставил меня чуть вздрогнуть, но взгляд моего волка не давал от себя оторваться. Да я и не хотела. И не могла. – О, – озадачился незнакомец. – Ещё одна. Но она же старая?

Волк зарычал.

– Понял-понял! – незнакомец поднял руки в знак того, что не намерен спорить.

– Встань, – приказал незнакомец.

Я, с трудом подавляя боль, попыталась подняться, но тело предало меня. Я вновь рухнула на колени. Волк рыкнул, и незнакомец отступил на шаг.

– Ладно, пусть лежит, – тихо сказал он.

Оборотень наклонился надо мной, коснувшись плеча носом. Я могла бы поклясться, что в этот момент он шептал моё имя, которого ещё не знает.

Через минуту незнакомец привёл ещё одного. Лучше бы он этого не делал. Я сразу, даже не смотря в их сторону, узнала во втором человеке одного из тех людей, кто так упорно своим появлением портил моё детство. Моё сердце забилось сильнее.

Бурная реакция не осталась незамеченной.

– Я за тобой смотрю, – слабый оборотень заговорил с человеком недовольным и повелительным тоном. – Эта девушка едет с остальными, и ты понимаешь, что с этого момента она принадлежит нашей стае. Осторожней с ней.

Человек усмехнулся.

– Правильно. Этой место только в ваших пастях. Её душонка давно просится к вам на зубы! Хотя твоя мамочка была ох как хороша, — последнее он тихо добавил, обращаясь ко мне.

Я не услышала ничего интересного и нового для себя. Только раздражение укрепилось. И страх. Мне надо вытащить Мэри, даже если сама окажусь в особняке. Я не могу позволить ей пропасть, а она без меня непременно пропадёт. Чтобы там ни происходило.

Волк медленно и будто с неохотой убрал лапу с моего плеча. Двое мужчин положили рядом со мной носилки и, взявшись за платье возле плеч и в ногах одновременно подняли и резко переложили меня. Я стерпела боль, только зажмурив глаза.

– Да понял, я понял, – повторил слабый мужчина-оборотень, провожая взглядом скрывающегося в гуще леса вожака.

Я тоже, как могла, следила, до последнего момента, когда даже перестала слышать его шаги.

– И зачем вам эта? – городской спросил, смотря на меня.

Я же устало опустила руку вдоль тела, не имея больше сил сделать хоть какое-то движение. Теперь меня мог скрутить в бараний рог любой десятилетний мальчишка.

– Я тебе сказал, что она теперь наша. Ты даже не смотри в её сторону! Понял?

– Понял, – пробубнил тот, но стоило оборотню обернуться, посмотрел на меня. Я удивилась, увидев в глазах ещё больше ненависти, чем минуту назад. А я-то думала, что так не бывает.

Тяжесть в теле была невыносимой, каждое движение отзывалось болью. Я лежала в повозке, видела небо, затянутое серыми облаками, и едва различала силуэты людей вокруг.

Тот мужчина всё ещё стоял рядом. Он поднял глаза, встретив мой взгляд.

Повозка качнулась, и мужчина отступил. Я не могла оторвать от него взгляда, следила за каждым движением, пока он спускался на землю. Он что-то говорил, но слова тонули в общем шуме.

Когда повозка тронулась, мужчина остался позади, и я почувствовала, как тени вокруг начали сгущаться.