Тенор (не) моей мечты

Глава третья

Есть муж – есть проблемы.

Нет мужа – есть проблемы.

Проблемам вообще пофиг и на происходящее, и на твою

личную жизнь

(с)

Интернет

Понятно, что никакого разговора с Артуром не получилось. Я только узнала, что скорая ждет героя дня, что все у Олеси под контролем, а организаторов линчуют.

На этом мы с Катей и ушли в заснеженный Александровский Сад, тем более что Артура, слава Богу, со сцены удалили. Надеюсь, никто не заметил как. Он со всеми еще и переругаться успел. Беззвучно, но очень экспрессивно.

– А ты, мам, тоже ничего поёшь, – вдруг сказала дочь.

– Спасибо, – только и усмехнулась я. Что тут ответишь.

– Не хуже папы. Хотя такое же старье.

– Катя-я-я-я, – вздохнула я, натянула шапку на глаза своей вредине, а пока та ворчала и поправляла, сделала снежок. И кинула. Попала.

Волосы, конечно, жалко. И зла я за пирсинг. И в школу ее надо возвращать. Но… Это же не конец света. Так, репетиция. Даже не генеральная.

– А ты сделаешь дома блинчиков? – вдруг посмотрела на меня дочь, став сразу как в старые добрые гордостью мамы, папы и школы при консерватории.

– Сделаю, – улыбнулась я против воли.

– А за весом следим с завтрашнего дня.

– Тем более что это понедельник.

И мы рассмеялись. Что делать. Как ни ругайся, как ни кричи, а все равно договариваться придется. И принимать все изменения тоже. Но коса-а-а-а-а. Я вспомнила зеленые клочья  на любимой голове и только вздохнула.

– Что? – тут же вскинулась Катя.

– Вот что б тебе всю длину в как там его?

– Мятный, – упрямо пробухтел ребенок.

– Хорошо. В мятный было не покрасить, а?

– Ты не представляешь, мам, как это дорого, – совсем по-взрослому вздохнула Катя. – Волосы же были – во.

И она показала длину по пояс.

– Что ж не представляю, – прищурилась я. – И волосы представляю. Твои. И цену.

– Ну, не все могут управляться с такой гривой, как у тебя, - проворчала дочь. – И подкрашивать ее каждый месяц.

– Катя-а!

Домой. А там…

Руки сами отмеряли муку, молоко. Масло, шипя, растапливалось в микроволновке. Где там мой любимый венчик, сто лет им не пользовалась. Вес, он такой. Следим и следим. Хотя вот такие вот кухонные преступления – они тоже нужны. Потому как к тому времени как первый блин вылился на сковородку, я уже успокоилась. Да и Катя, уютно устроившись напротив меня, была тиха.

– Мам, вот скажи, – вдруг попросила она.

– Что, котенок?

– Ты же на меня злишься.

– Ой, злюсь. Более чем.

Я поставила перед дочерью первый блин. Румяный, золотистый, с дырочками. И не комом!

– Тогда почему? – она кивнула на тарелку с румяным солнышком.

– Дурочка ты, Катя, – улыбнулась я и потрепала ее по мятной и бестолковой голове.

Я как раз допекла блины, когда зазвонил телефон.

– Да, – ответила я бывшему.

– Что у вас случилось? – просипел он.

– У Кати потом спросишь. Как ты себя чувствуешь?

– Жить буду.

– Хорошо. Лечись.

– Аня!..

– Потом созвонимся.

Он вздохнул, явно набирая воздух, чтобы высказаться. Но… Захрипел только.

– У тебя голосовой покой, – негромко сказала я. И оборвала звонок.

– Папа? – заглянула в мою спальню дочь.

Я только кивнула.

– Вот зачем вы с ним развелись? – покачала головой Катя. – Нормально же жили.

Она сверкнула на меня любимыми темными глазами, взмахнула длиннющими ресницами. Ах ты ж моя папина дочь. И ушла.

Хлопнула дверь. Но не в ее комнату. Она удалилась к инструменту. Сочинять.

Вопрос о том, как ее завтра отправить в школу и доедет ли она, оставался открытым. Я убирала кухню, мыла посуду и раздумывала – как поступить. Не придумала ничего толкового. Накапала пустырничка. И… тут в дверь позвонили.

Что еще?

Катя не слышала звонка. У нас в комнате, где музыкальные инструменты, можно гранаты взрывать – оттуда не донесется ни звука. В свое время мы, как семья юной скрипачки и двух вокалистов (кабинетный рояль, гитары и еще много чего прилагается) сделали звукоизоляцию на совесть. Я пошла смотреть, кого принесло.

– Артур?

На пороге, покачиваясь как та тонкая рябина, стоял бывший муж. Изумительного оттенка, под цвет волос дочери, только понежнее. Поакварельнее. Зрачков почти не видно. И не то, что испарина – волосы мокрые.