Тенью за тобой

6. Олег

Лола… Её имя звучало как музыка, а улыбка заставляла сердце биться чаще.Её красота обжигала.

"Лола, чёрт возьми, я встретил тебя," – эта мысль пронзила меня, когда я увидел, как она пытается убедить подругу, что это не я отправил ей запрос в друзья.

Когда она ушла, я последовал за ней, прячась в тенях. Мне нужно было знать, где она живёт.

- Завтра, первого сентября, мы снова увидимся, Лола. Совсем немного осталось, – прошептал я в пустоту.

***
Дома я включил компьютер. Компьютер стал моим алтарём, а фотография Лолы – иконой. Лола снова приковала мой взгляд.

– Я люблю тебя, понимаешь? Нет? Клянусь, ты поймёшь. И неважно, что ты учишься в гимназии, моя умница. Где ты, там буду и я.

В комнату вошла мать.

- С кем ты разговариваешь? – спросила она устало. – Ужин готов.

Я натянуто улыбнулся.

– С Карлсоном. Представь, он только что прилетел.

Мать вздохнула.

– И где твой Карлсон? – она обернулась к экрану. – Кто это?

– Моя будущая девушка. Есть вопросы? – огрызнулся я.

– Не разговаривай со мной так, Олег. Олег, опять за своё? Хватит уже. Завтра в школу.

– Какая школа? Мам, ты что? Я учусь в гимназии.

– Что? В какой гимназии, если тебе завтра в школу? Ты таблетки пил сегодня?

Мать подошла ближе, её взгляд метался между мной и экраном. На лице отразилась тревога. Я смотрел на фотографию Лолы и улыбался, не замечая её страха.

– Господи, Олег… Ты зациклился на ней? Ты её даже не знаешь! - умоляла она меня.

Но я был глух к её словам. Лола – это всё, что имело значение.

Я лишь отмахнулся, чувствуя, как поднимается волна раздражения.

– Знаю! Она – моя судьба! Ты ничего не понимаешь!

Мать вздохнула и вышла из комнаты.

Я снова посмотрел на Лолу. Её улыбка казалась насмешкой. Но я не сдамся. Я докажу ей, что мы созданы друг для друга. Завтра я буду рядом, её тенью, её ангелом-хранителем. И однажды она поймёт, что я – её единственный шанс на счастье. Я буду ждать. Всегда.

Примерно час спустя услышал, как родители ссорятся. Предмет спора? Я сам.

Скрывая усмешку, услышал, как отец ворвался в комнату.

– Послушай, ты, ненормальный…

– Сынок, – протянул я, наслаждаясь его яростью.

– Ты мне не сын, бестолочь! Завтра же возвращаешься в обычную школу и забудь о гимназии. Там таким, как ты, не место.

– Это тебе не место…

Я встал с кровати.

– Знаешь, отец, – я нарочито выделил слово "отец", – хорошо, что твоя супруга ищет развлечения на стороне, – и снова упал на кровать.

– Что ты несёшь?! – взревел отец. – Я её прикончу!

Он резко развернулся, готовый сорваться на мать.

– Только попробуй! Ты покойник! Она моя мать, и я не дам тебе к ней прикоснуться, – прошипел я.

Отец замер и обернулся.

– Ты видел Карлсона? Он недавно был у меня. Дал мне ценный совет.

– Ты совсем спятил!

– Он сказал, что тебя надо укротить. И он прав, папа, – я опустил взгляд и стал серьёзным, – тебе не помешает немного воспитания. Ты ведёшь себя как невоспитанный ребёнок.

Отец застыл, словно громом поражённый. В его глазах плескалась ярость, смешанная с каким-то нескрываемым испугом. Он смотрел на меня, как на незнакомца, как будто только сейчас осознал, что я – не просто маленький мальчик, а личность, способная на бунт.

– Ты… ты переходишь все границы, – выдавил он сквозь зубы. – Я – твой отец, и ты обязан меня уважать.

– Уважение нужно заслужить, – парировал я, не отводя взгляда. – А ты заслужил только презрение. Своей грубостью, своим эгоизмом и своим неумением слышать других. Ты думаешь, я не вижу, как ты мучаешь мать? Как ты унижаешь её своим молчанием и своим вечным недовольством?

В комнате повисла тишина, такая густая, что её можно резать ножом. Я чувствовал, как дрожат его руки, но старался держаться. Я высказал всё, что накопилось внутри, и теперь мне нечего терять.

Отец сделал несколько шагов назад, словно я представлял для него физическую угрозу. Затем, не говоря ни слова, повернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

Я остался один в полумраке, оглушённый собственным криком. В ушах звенело, а в груди зияла пустота, словно я вырвал из себя часть души. Но вместе с тем я чувствовал странное облегчение. Я сказал то, что должен был сказать.

Снова посмотрел на экран компьютера.Фотография Лолы больше не казалась насмешливой. Теперь в её улыбке я видел что-то другое… надежду? Или это просто игра моего воспалённого воображения? Я не знал. Но знал одно: завтра я пойду в гимназию. Буду рядом с ней. И докажу ей, что моя любовь – это не безумие, а единственная истина в этом безумном мире. Я докажу это и себе.

Я выключил компьютер. В комнате стало совсем темно. Лёг в кровать и закрыл глаза. В голове кружились обрывки фраз, образы Лолы, слова отца. Я пытался уснуть, но сон не приходил.

В конце концов, встал и подошёл к окну. На улице было тихо и спокойно. Звёзды мерцали в ночном небе. Я смотрел на них и думал о том, что меня ждёт завтра. Я боялся, но в то же время чувствовал прилив сил. Я был готов ко всему. Был готов бороться за свою любовь.

Я простоял у окна до самого рассвета. Когда первые лучи солнца коснулись моего лица, почувствовал, что готов. Я пойду в гимназию. Там увижу Лолу. И скажу ей всё, что у меня на сердце. Я не буду ждать. Буду действовать. Потому что я люблю её. И не позволю никому встать у меня на пути.