Теперь и навсегда

Глава 16

– Вот гадство! – с чувством произнесла Александра, следя глазами за бодро махающими по мутному от воды стеклу дворниками. – Прямо сезон дождей какой-то.

– Дождь в день рождения – к большому успеху в делах, – не отрываясь от телефона, меланхолично сообщил Йен – репортер отдела культуры и ее спутник на сегодня. – Примета такая.

Алекс покосилась на скромную красную дорожку, устилающую ступени Рокси отеля, в котором должен был открыться сей социально-культурный проект, и сильно засомневалась в верности примет. Кинофестиваль Трайбека, по задумке его основателей, должен был оживить деловую и социальную активность Нижнего Манхэттена, больше всех пострадавшего от событий 11 сентября. Однако, судя по всему, грядущее культурное событие даже на пятом году существования все еще вызывало интерес разве что у официальных СМИ и кучки наиболее стойких или совсем уж оголодавших папарацци, которые с терпением, свойственным их профессии, переминались с ноги на ногу на ступеньках за толстым бархатным шнуром. Их конкуренты из информагентств и телекомпаний попрятались от дождя по машинам. Наблюдалась еще не самая густая толпа случайных прохожих и зевак, а также профессиональных охотников за автографами.

Александра вздохнула. Конечно, глупо было надеяться, что Саул сразу же доверит ей съемки событий мирового масштаба, однако сегодняшнее мероприятие казалось ей несколько заштатным, отчего поручение вызывало чувство легкой досады и желание поскорее с ним расправиться, тем более что многого от нее не требовалось, а то, что требовалось, она проделывала не один раз в куда более экстремальных условиях.

У входа в отель наметилось некоторое оживление, и из припаркованных неподалеку машин посыпались репортеры.

– Работаем, – дал отмашку Йен, и они резво потрусили вслед за остальными.

Выхода участников и гостей фестиваля пришлось дожидаться еще около получаса. За это время Алекс в очередной раз успела малодушно предаться сомнениям в правильности своего выбора, обругать себя за сомнения и десяток раз прочитать позитивную мантру. Появление первого автомобиля заждавшиеся репортеры встретили одобрительным гулом и слаженно колыхнулись к ограждению.

По причине непогоды фотосъемка очень быстро переместилась в холл отеля, где на фоне черно-серого баннера «Tribeca Film Festival» принимали выигрышные позы и заученно улыбались персоны разной степени известности. Александра, почувствовав себя в родной, пусть и слегка подзабытой стихии, моментально увлеклась процессом. Как и ее коллеги, она выкрикивала просьбы больше похожие на команды с целью привлечь внимание клиента, приседала, снимая снизу и тем самым делая объекту ноги длиннее, поднимала камеру, убирая второй подбородок тому, у кого он присутствовал, выбирала наиболее выгодный ракурс лицам после пластических операций. Так как из всех прибывших на открытие фестиваля гостей Алекс узнала только Роберта Де Ниро, Кристофера Нолана и еще пару-тройку персон рангом помельче, она добросовестно фотографировала всех подряд, опасаясь, что невзначай обойденный ее вниманием товарищ окажется каким-нибудь корифеем независимого кино.

– Энтони Хопкинс! – пролетел воодушевленный клич, а вслед за ним еще более восторженный: – Николь Кидман!

Сияя белоснежной улыбкой, Николь непринужденно позировала на красной дорожке, придерживая под локти сразу двух спутников. Справа, демонстрируя истинно британскую сдержанность, снисходительно щурился сэр Энтони Хопкинс, ну а слева, соревнуясь со старшим коллегой в невозмутимости, уголками рта улыбался Эд.

Александра глупо хлопнула ресницами и опустила камеру.

– Да ладно! – ошарашенно пробормотала она.

Эдгар неторопливо повернул голову, перехватывая ее изумленный взгляд, легонько подмигнул ей и указал глазами на камеру. Александра спохватилась: отпущенные на каждую персону секунды таяли катастрофически быстро. К счастью, трио разделилось, тем самым смешав ряды фотографов и вызвав некоторую суматоху, так как всем хотелось запечатлеть самых именитых звезд фестиваля. Профессионализм возобладал – Александра решительно ввинтилась в толпу коллег. Теперь стало понятно, отчего название фильма, открывающего программу, показалось ей смутно знакомым – она видела его в процессе сбора досье на Эда, но не придала особого значения. Что ж, сюрприз удался сполна, нечего сказать!

Красная дорожка опустела. Все еще несколько выбитая из колеи Александра задумчиво смотрела на закрывшиеся за гостями двери кинозала, когда ее разыскал Йен.

– Не стой столбом, Алекс! – он схватил ее за руку и с прытью, удивительной для столь немногословного и флегматичного товарища, потащил за собой. – У нас есть пятнадцать минут до начала пресс-конференции.

Примостившись в лобби-баре, куда перекочевало большинство репортеров, они споро делали свою работу. Йен сбивчивой скороговоркой наговаривал редактору по телефону сообщение-молнию, Александра лихорадочно перебрасывала необработанные фотографии. Там на месте рекордно быстро фото оптимизируют, наложат водяной знак с логотипом АР, сделают подписи, и уже в течение ближайшего часа они разлетятся по различным мировым информагентствам и информсайтам. От приобщенности к столь глобальному процессу у Александры слегка перехватывало дыхание.

– Давай живее, через пять минут начнется! – поторопил ее Йен.

Александра торопливо захлопнула лэптоп, сунула его в сумку и, прижимая к груди камеру, побежала вслед за ним.

– Это надолго? – поинтересовалась она.