Тэра - хозяйка земли. Рецепты выживания.

Глава 20

Металл был сущностью Железных, казалось, он был повсюду. Он нагревался днём, дыша жаром и остывал до ледяного состояния ночью, скрипел, отзывался на каждый шаг громыхающим эхом.

Здесь не было привычных Тэре мелочей, к которым она привыкла в Истоках - занавесок, полок с аккуратно сложенными вещами, запаха щёлока и трав. Всё было открытым, грубым, на виду. Спали на нарах вперемешку, ели за длинными столами из сварных листов, мылись редко и быстро, без разговоров.

Тэра училась не морщиться.

Клык держался с ней неожиданно почтительно. Не мягко - этого от него никто и не ждал, - но сдержанно, внимательно, словно она была даже не гостьей, а ценным инструментом, к которому нельзя прикасаться без необходимости.

Он никогда не подходил слишком близко - не нарушал дистанцию. Не повышал голос. Если говорил - то прямо, коротко, глядя в глаза. И ни разу не усомнился в её словах, когда речь заходила о земле, воде или растениях.

Это нервировало сильнее, чем открытая агрессия.

Надя это тоже замечала.

- Он тебя бережёт, - сказала она однажды вечером, когда они вдвоём стирали бинты Арса. - Как редкий ресурс.

- Или как трофей, - ответила Тэра.

Надя покачала головой.

- Нет. Трофеи он не уважает, просто использует.

Арс шёл на поправку медленно. Слишком медленно, чтобы радоваться, но достаточно, чтобы не бояться за его жизнь каждую ночь. Он уже приходил в сознание надолго, говорил мало, больше слушал. Иногда Тэра ловила его взгляд - внимательный, цепкий, будто он пытался собрать происходящее в цельную картину.

- Домой поедем, - сказал он однажды глухо, уверенно, как будто это было уже решено. - Как только смогу хотя бы сидеть.

Слово «домой» кольнуло.

Вопрос всплыл сам собой - что делать с Тэрой?

Накануне из Истоков пришли вести. Непонятные, тревожные. Через Ветров - их путь пролегал мимо.

Они сообщили, что люди в Истоках так и не успокоились, спорили. Говорили, что Тэра слишком много решает. Что её знания опасны. Что она ломает привычный уклад. Что Арс слишком ей доверял. Чаще всего упоминали Ворона - он заправлял Истоками наравне с Акимом.

Клык выслушал всё молча. Потом сказал:

- В Истоки Тэре сейчас нельзя.

Ни вопроса, ни сомнения - утверждение.

- И что ты предлагаешь? - спросила Надя внешне спокойно.

Он посмотрел на неё долго, задумчиво, снова машинально двигая пальцами железной руки. Потом обратился к Тэре, которая сидела молча, отвернувшись, словно то, что говорили её лично никак не касалось. Её светлые волосы трепал ветер, лицо было непроницаемым.

- Оставайся с нами. Пока. Поможешь. Земля везде мёртвая. Ты можешь попробовать её оживить здесь. А мы… - он чуть наклонил голову. - Мы тебя не тронем.

Это предложение не понравилось никому.

Надя сжала губы так, что они побелели. Кай вспыхнул, шагнул вперёд, но Арс остановил его взглядом.

- Другого выхода нет, - сказал Арс тихо. - Пока нет. А вернёмся домой - я разберусь со всем. И со всеми.

Прощание вышло скомканным.

Клык торопил. Не объяснял почему - просто сказал, что нужно уезжать сейчас. Немедленно. Арса уложили на носилки, закрепили в машине-франкенштейне. Надя суетилась, проверяла повязки, вроде бы было не до Тэры. Кай метался,помогая ей.

Тэра стояла чуть в стороне.

- Мы будем работать, - быстро сказала Надя, обняв её. - Смотреть за огородом. Не вздумай тут… - она запнулась. - В общем, не раскисай.

Кай обнял её неловко, быстро.

- Это ненадолго, - сказал он убеждённо. - Мы тебя заберём очень скоро.

Арс смотрел на неё долго. Потом протянул руку. Она сжала его пальцы - тёплые, живые. Вот бы не отпускать, поехать домой с ними…

- Держись, - сказал он. - Ты сильнее, чем думаешь.

Машина тронулась.

Тэра стояла, пока не улеглась красная пыль. Потом ещё немного. И ещё.

Ощущение было странным. Будто её просто забыли и сейчас спохватятся, вернутся. Она обняла себя за плечи и посмотрела на мёртвую землю за стенами.

- Ладно, - сказала она тихо. - Значит, будем начинать сначала.

Чувство брошенности не отпускало.

Пока Тэра была не одна, женщина, которая разговаривала в ту ночь с Клыком, к ней не подходила. Держалась на расстоянии.

После отъезда истоковцев стала вести себя так, чтобы её невозможно было упрекнуть в открытой враждебности, но и вежливостью это назвать было нельзя. Скорее, пассивной агрессией. Иногда Тэра ловила на себе взгляд: тяжёлый, оценивающий, как у человека, который прикидывает, насколько новый предмет вписывается в уже отлаженную систему.

Звали эту женщину Орха.

Имя звучало резко, с гортанным хрипом, как удар металла о металл. Оно ей подходило.

Орха была заметна сразу - и всегда. Короткие, почти под машинку остриженные волосы подчёркивали резкие скулы и длинную шею, испещрённую татуировками: грубые линии, шестерни, какие-то старые знаки, смысл которых давно был утрачен. Поверх кожаной сбруи - металлические пластины, намеренно подогнанные так, чтобы не столько защищать, сколько демонстрировать тело. Между ними - кожа, загорелая, покрытая шрамами. Пластины не закрывали грудь полностью, и это не было случайностью. Набедренная повязка была короткой, вызывающей, с заклёпками по краю. Она двигалась уверенно, будто весь этот завод принадлежал ей по праву.

Мужчины это чувствовали.

Кто-то смотрел с откровенным желанием, кто-то - с опаской, кто-то - с уважением. Орху слушались. Её пропускали вперёд. Её место за столом никогда не занимали.

И Клык ей доверял.

Пока Арс, Надя и Кай были рядом, Орха не делала ни шага в сторону Тэры. Даже когда та проходила мимо, она будто не замечала её - разве что губы едва заметно кривились.

Всё изменилось сразу после отъезда.

В первый же вечер Орха появилась на общей кухне как бы случайно.

Тэра сидела за длинным металлическим столом, перед ней стояла миска с густой, тяжёлой похлёбкой - жир, мясо, какие-то коренья. Ели здесь быстро, без разговоров, зачерпывая ложками, иногда просто макая кусок хлеба прямо в миску.