Терпеть тебя ненавижу!

Глава 47

Посторонние разговоры начали смолкать. Всё внимание было обращено в сторону окна, где сейчас, похоже, разворачивалась нешуточная драма.

- Что именно? – в одну секунду изменившимся голосом уточнила Алёна.

- Да всё! Всё!

- Константин, объяснись! – вступила я в разговор. Тут же поймала себя на мысли о том, что полным именем я называла Вьюгина впервые в жизни…

- Всё! – продолжал Костя, переходя с обычной речи на крик. – Алён, ты нужна была, чтобы Лиза заревновала!

- Чего-о?!

- Да! Именно так! – с вызовом произнёс Вьюгин, вставая в позу.

- Я ничего не понимаю… - я подошла поближе к импровизированной сцене и упёрлась серьёзным взглядом в лицо Кости. – Быстро рассказывай мне всё. От и до.

Алёна приблизилась к нам.

- Мне тоже интересно послушать, - хрипловато-дрожащим голосом проговорила она.

Я ободряюще сжала руку бывшей подруги. Хоть и было меж нами недопонимание, но теперь, похоже, обманутыми мы оказались обе.

- А чё рассказывать-то? – Вьюгин стоял в пол-оборота, глядя в окно.

- Мы ждём.

Костя сунул руки в карманы джинсов.

- Да всё ж элементарно! Я давно вынашивал этот план мести. Ещё с тех пор, когда ты, Лиза, едва не начала встречаться с ним, - Вьюгин небрежно кивнул в сторону Марка. Тот нахмурился и прислонился плечом к стене, скрестив на груди руки. Как был прекрасен в ту минуту гнева Беккер… Я нервно сглотнула. – Ты так раздражала меня своей глупостью, Меркулова!

Ого! А вот это я точно не ожидала услышать. Чёрные зрачки моих глаз расширились, поглощая каре-зелёную радужку.

- И я решил отыграться за упущенное время. Лучшим вариантом показалось влюбить в себя Тоневу. Она давно по мне сохнет! – при этих словах бывшая подруга спрятала лицо в ладонях. Ася Колосова подошла сзади и обняла нас обеих.

- А ты, Алёна, зашла слишком далеко! Ну и, влюбившись сама, начала склонять и меня к этому!

- Кость, я не… - всхлипывая, начала было Тонева, но Костя грубо оборвал её:

- Да неважно уже! План вроде как сработал, мы с Лизой сошлись. Но ты, Алёна, уже не унималась! Тебе нужно было моё внимание! Ты искала моей заботы! Что ж, я и решил, что смогу использовать это в нужном для меня русле. Ещё не раз я проворачивал то же самое, что и пару-тройку лет назад, и ни одна из вас не догадалась об этом! Ха! А ещё говорят, девчонки догадливые и сообразительные! – фыркнул Вьюгин напоследок.

Мы с Тоневой растерянно смотрели на этого парня, который сумел всколыхнуть два трепетных сердца, верящих в чистую любовь. Вокруг нас стояла, как говорится в подобных случаях, гробовая тишина. Даже музыка совсем стихла.

- Ой-ой-о-ой… - донеслось откуда-то из конца класса. Кажется, это сказал кто-то из девочек.

Алёна оглянулась, поискала кого-то глазами, а потом резко занесла руку, и предателю достался такой удар, что я поразилась, откуда в хрупкой Тоневой нашлось столько сил. Впрочем, я, кажется, знаю, откуда. Её сила родилась из душераздирающей боли…

Кто-то вскрикнул. Тоже девочки.

- Алён… - Костя схватился за щёку. А чего, интересно, он ожидал? У неё неплохо получилось, хотя я б добавила. Но прямо сейчас на меня смотрел Марк, и по его напряжённой фигуре, широко расставленным ногам и скрещённым на груди рукам я видела: Беккер готов за меня подраться. Где-то в сердце будто пролили кипяток.

- Да для тебя даже этого будет мало! Уходи отсюда! – вскричала Алёна, сжимая кулаки.

- Ты меня прогоняешь?

- Ага! Давай, Вьюгин! Накорми лапшой других наивных дурочек! И сам не подавись!

Под гул голосов одноклассников Вьюгин выбежал из класса и понёсся вниз по лестнице. Замершие ребята теперь отходили от шока.

- Во дела… - Дима почесал затылок. – Не ожидал, что в 11 «А» такое случится!

- О-фи-геть! – протянула по слогам Ира. Она, крутившаяся в начале чаепития рядом с Димкой-Невидимкой и время от времени одаряя его красноречивыми взглядами, теперь подошла поближе.

- Боже, Лизочка, я так тебе благодарна! Спасибо! Наконец-то ты открыла мне глаза на этого… ух, даже культурное слово не подобрать! – и Алёна бросилась ко мне на шею.

- Да я-то тут при чём… - растерянно улыбнулась я, всё же обняв подругу. Уже не бывшую.

Всё вернулось на круги своя: музыка, прекратившая звучание на время ссоры, вновь наполнила класс мелодией; одноклассники отправились проверять, не осталось ли где случайно забытого кусочка пиццы; кто-то засобирался домой, а кто-то занял выжидающую позицию. А у меня на душе вдруг стало так противно, будто на меня вылили сто вёдер грязи. Почему-то вспомнилось всё плохое, что происходило со мной за последние пару месяцев. Навалилась тяжесть непонимания всего вокруг. Я не могла разобраться, что чувствую к близким мне людям. Не понимала, как реагировать на это и как себя вести. Не понимала, как разобраться в перипетиях событий и судеб. Пыталась распознать истинные чувства, запрятавшиеся куда-то глубоко. И «вишенкой» на торте моего шока стало то, что сделал Костя… Вернее, то, что он делал на протяжении достаточно долгого времени. И то, как поступил со мной и с моей подругой.