Территория нелюбви

Глава 6

– Она не имела права так поступать! – беснуется мама.

Хана сегодняшнему сну!

– Почему это? – подтянув к груди колени, я сижу на старой деревянной табуретке и исподлобья наблюдаю за мечущейся родительницей.

В нашей крошечной кухоньке особо не разбежишься, поэтому нервная пляска происходит прямо перед моим носом и очень попахивает корридой. Вот эта мамина малиновая сорочка меня жутко выбешивает. Как можно нацепить на себя такую вульгарную тряпку?

– Почему-у?! – визгливо переспрашивает мама, едва не подпрыгивая от негодования. – Да потому что, кроме тебя, у этой старой эгоистки есть ещё трое внуков! И дочь, между прочим!

Ну здрасьте, вспомнила!

– Мам, но она ведь совсем не знала других внуков, да и ты вроде устроена. А у Бабани не было никого, кроме меня и Ричи… поэтому и дарственную она оформила на меня.

– Да перестань уже называть её Бабаней! Детский сад какой-то. И больше ни слова об этой поганой вороне! Ты поняла меня? – мама угрожающе нависает надо мной.

А вот это она зря. Такое даже в детстве не работало, а сейчас просто смешно. Но я сижу себе тихо на табуреточке и мне совсем не до смеха.

– Да твоя бабка знать не хотела моих детей! – распаляется мама, а то, наверное, не все ещё соседи проснулись. – Ты хоть знаешь, что она заставляла меня аборт сделать? Спасибо Валику – не позволил, защитил! И слава богу, с собой увёз! А иначе не было бы наших Сашулек. Ты можешь себе такое представить? – мама судорожно всхлипывает.

А я очень легко и с удовольствием представляю себе отсутствие брата. Но вот нашей рыженькой пампушки и умницы Александрины мне бы очень не хватало. И я отрицательно качаю головой.

– И где я устроена, по-вашему? Вы, что ли, с бабкой меня устроили? Да что вы, эгоистки, могли обо мне знать?

Странное обвинение.

Я поднимаю на маму глаза, но она сразу отводит взгляд и понижает тон:

– Да, сперва, может, было и неплохо. Знаешь, как Валик меня любил? На руках носил, ноги мне целовал…

Потому что валик! И всегда таким был – увальнем бесхребетным.

Как-то раз девятнадцать лет назад занесло в наш Воронцовск молодого перспективного программиста Валентина Скрипку. Приехал человек на свадьбу к другу и поймал на той свадьбе свою птицу счастья – красивую и юную ресторанную певицу Настеньку. И вспыхнуло между серьёзным Валиком и невинной девой Настей большое и светлое чувство.

Хлопец, как водится, гульнул на чужбине и быстро умотал в свой Киев, а чувства, которые он здесь расплескал, набухли и окрепли в Настином пузике. Валентин, когда узнал счастливую новость, чуть с ума не сошёл – от радости, понятно дело. Он-то в своём Киеве сдуру собирался жениться на нелюбимой, но нерастащимая любовь из России настигла его аккурат накануне свадьбы и предостерегла от беды неминуемой.

Свадьба всё же состоялась, но уже по любви и справедливости. Опять же, тесная дружба близких народов – ещё один жирный плюс. И Бабаня на той свадьбе была и горилку пила. В рот ей тогда немало попало, ну, а что у трезвого на уме, то пьяного… до Киева доведёт. Или до греха. И схлестнулись представительницы двух держав на той судьбоносной свадьбе не на жизнь, а на смерть. Нелегко пришлось бабе Ане, а противной бабке Вале в родном доме и стены помогали, и крепкие руки, и лишний вес.

И всем было на той свадьбе очень горько!

В целом всё так и было. И версии случившегося отличались незначительно – так, мелкие технические нюансы.

К примеру, Бабаня говорила, что отцовство наивного хлопчика Валика было под большим вопросом. А это потому, что Настенька ещё до него свою невинность троим подарила. Но все потенциальные отцы дружно открестились, и крайним остался Валик Скрипка. Его смычок и признали ответственным. Мол, виновен Валёк, пока не докажет обратное!

А Валентин – парень честный, порядочный и амнезией не страдал. Было же дело? Было! А коль прокатился разок, то впрягайся в сани и вези до хаты.

«Греха не боишься, зараза!» – кричали киевляне бедной Насте, пылая праведным гневом. А толку? Что для мудрого поколения грех, для юной провинциалки – забавный эксперимент. Ничего – стерпится-слипнется!

Сперва, конечно, терпелось со скрипом. Бабка Валя категорически отказывалась принимать в семью «необразованную певичку с блудливой мордой» и отдавать ей в жертву единственного драгоценного сына. Не для дворняг она его растила! Но баба Аня парировала по-шекспировски: «Быть может, твой единственный алмаз простым стеклом окажется на глаз». Поумничала и едва не лишилась того самого глаза. Вот и вернулась домой после свадьбы – дюже солоно нахлебавшись.

Потом-то, к счастью, всё слиплось как надо. Когда родились двойняшки, уже никто не смел сомневаться, что это произведения Валика Скрипки – оба рыжеволосые, с золотисто-карими глазками и чуть заострённой формой ушек. Какая уж тут генетическая экспертиза, когда все факты налицо! Счастью Скрипок не было предела. И Настя была в шоколаде – реабилитировалась!

Целых два года длилось Настино счастье, а потом шоколад потёк. На семью рыжих Скрипок обрушилась лютая беда – на свет появилась Аика!